Дмитрий Билик 
Ключ Отца [СИ, целиком]

Верравия – 1

Добро пожаловать на Тойрин

– Именем Огулиса, стой!
Огроменных размеров драман тяжелой поступью преследовал меня. На бегу я обернулся и посмотрел в его черные глаза, полные злобы. Дурак какой, я ведь тебе ничего не делал. "Новопасит" тебе, дружище, надо пить, говорят, помогает. Мускулы драмана угрожающе напрягались при каждом движении – жуть какая, это ж он меня с одного удара вынесет. Нет уж, спасибо большое, давай будем дружить на расстоянии и с Огулисом, и с остальными твоими приятелями.
"Деревня Файвора", – нежно пропел мне женский голос в самое ухо.
Давно пора, выносливость хоть незначительно уменьшилась, но началась дурацкая отдышка, а проклятый варвар не отстает. Драман‑стражник придирчиво осмотрел меня, но не сказал ни слова. А увидев сородича, вытащил длинный меч и бросился на разбойника. Ну ребят, веселитесь сколько душе будет угодно, а я в сторонке постою.
– Крил, привет, это снова я, – раздалось сверху. Я по привычке поднял голову. – Мы тут всех программеров собрали, объясни еще раз свою ээ… ситуацию.
Я вытащил синеватый кристалл, используемый для связи, и нажал на него. Передо мной появилась проекция собеседников, сгрудившихся вокруг камеры.
– Что, с самого начала?
– Если тебе не сложно.
– Ну что ж…

…я ужасно опаздывал. Впрочем, как и всегда. Хотя по мне, профессор Франкенштейн все равно не заметит. Вообще не понимаю, зачем ему лаборант? Сидит, копается в своих записях, без конца носится вокруг своего лазера, пылинки с него сдувает, меня, естественно, близко не подпускает. Странный он. Хотя мне то что, плюс шесть тысяч в месяц прибавки за тихое двухчасовое сидение около Францевича – это настоящая фамилия Франкенштейна – а потом протирку полов, почему нет. Лишними не будут.
Я сбежал по лестнице со скоростью, какой не было у Усейна Болта в лучше годы, и нырнул в правое крыло. Как хорошо тут. Стены зачем‑то выложены кирпичом, но из‑за этого даже в такую жаркую погоду здесь прохладно. Франкенштейн стоял посреди коридора.
– Кирилл, ты опаздываешь! – закричал он, увидев меня.
Вот ведь сглазил. Не нужен ему, конечно. Хотя любопытно, полмесяца работали душа в душу – он писульки свои чиркал, я в телефоне сидел – и вдруг чудесному симбиозу пришел конец. Интересно, чего это у Франкенштейна случилось?
– Здравствуйте, Владлен Карлович. Извините, на кафедре задержали.
Вот я хорош, соврал и даже глазом не моргнул. Впрочем, Франкенштейну, похоже, все равно. Он махнул рукой, и мы пошли в "Лабораторию N4", а попросту бывшую лекционную, заставленную всяким хламом.
– Ты ученый человек и должен жить наукой. Должен идти ради нее на жертвы, возложить себя на алтарь физики.
– Дак какая физика мне, Владлен Карлович. Я же историк.
– Да? – Франкенштейн искренне удивился. Задумчиво почесал свою плешивую голову и поправил очки. – А я думал… А курс какой?
– Четвертый.
Францевич замолчал. Да, с прибабахом профессор. Я от скуки принялся изучать знакомый и скучный интерьер: чудо‑лазер, купленный на какой‑то грант и ни разу при мне не включавшийся, стопка журналов с кривым почерком Франкенштейна, аккуратно сложенных друг на друге, новый игровой компьютер… Чего?! Я глазам не поверил, но нет. На запыленном столе действительно стоял широкий экран, а снизу мирно гудел огромный системник. Я не спец, но судя по тому, что комп тянет "Верравию", а на мониторе была именно она, он не слабый. Стоп. "Верравия"?
Да что ж за день сегодня такой? Просто уму непостижимо. У Франкенштейна, оторванного от жизни на сто двадцать процентов, появляется игровой комп с самой дорогой и популярной во всем мире игрушкой. Дело пахнет керосином.
– Владлен Карлович, а вы "Верравию" купили?
– Да, друзья дали, – профессор покопался среди своих бумаг и протянул мне пустую коробку от диска.
Я взял в руки эту пластиковую святыню и аккуратно перевернул. "Верравия: Тойрин. Настало время отправиться через Великое Море на загадочный и древний остров Тойрин, вотчину воинов драманов. Здесь все еще живы старинные обычаи черноглазых, а общины не любят чужаков. Ходит предание…"
– Кирилл, – забрал коробку Франкенштейн, – у тебя еще будет время познакомиться с игрой.
– Серьезно? Офигеть. А где шлем‑то?
– Мне он не нужен.
Мда, недолго музыка играла. "Верравия" сделана исключительно под виртуальный шлем и не является обычной игрушкой. Говорят, эффект погружения полный – игроки чувствуют боль, осязают запахи, ощущают вкус. В общем, полный фарш. Почему говорят? Потому что из моих друзей в Верравии никто не был. Дорогое удовольствие – только лицензионный диск стоит в районе сорока тысяч, а сам шлем около трех‑четырех миллионов. Конечно, некоторые смотрят на "ютубе", как играют в "Верравию", но ведь полных ощущений геймеров не передать. А покупать диск, чтобы следить за игрой на компе – онанизм какой‑то.
– Кирилл, садись сюда, – поставил Франкенштейн стул передо мной.
Коробка из‑под диска снова оказалась в моих руках. Я искоса взглянул на лазер, направленный на меня, но даже не напрягся – все равно никогда не работает. Так, на чем остановился?
"Ходит предание, что появится чужак, который поможет занять драманам достойное место в Империи. Кто знает, может быть, им будете именно вы?".
Ага, точно не я. Если только в ближайшее время вдруг резко не разбогатею. А так, вряд ли. В шею что‑то больно кольнуло, я рефлекторно схватился рукой за рану и повернул голову. Францевич с видом художника, сделавшего последний мазок кистью, держал в руках пустой шприц.
– Вы что мне вколо…
Язык внезапно обмяк, распластавшись во рту, тело повело в сторону, и если бы не Франкенштейн, я бы точно грохнулся. Впрочем, ему стоило не малых сил поднять меня и усадить‑уложить на стуле. Теперь его противная рожа была передо мной. Странное выражение лица – довольное и одновременно извиняющееся.
– Уж извини. Я был с тобой не совсем откровенен. Мы с тобой войдем в историю. Ты – как первый человек, перемещенный в пространстве, я – как великий ученый, осуществивший это. Разве это не замечательно?
Ни фига не замечательно, гад. В историю он войдет. Лучше бы сказал, что за перемещения в пространстве. Это ведь не те, о которых в книжках пишут?
– Тебе, наверное, интересно, в чем заключается суть, – словно подслушал мои мысли Франкенштейн. Гавнюк такой, расхаживает, как павлин, нашел свободные уши. – Суть квантовой телепортации – передача сцепленной пары и классического канала связи. То есть, в одном месте состояние разрушается, а в точке приема – воссоздается. Понимаешь?
Серьезно? Нет, он серьезно? Я в государственный строй Древнего Египта не сразу въехал. А он про квантовые телепортации.
– Конечно, квантовая телепортация не передает энергию и вещество на расстояние. Увы. Но! – Францевич важно поднял указательный палец. – Информации – сколько угодно. Согласись, Кирилл, это тоже не мало. Я долго работал над этим, чтобы извлечь информацию из тела человека и передать ее на расстоянии. Вопрос – во что можно вложить сознание человека?
Ну тут уже я догадался. Все‑таки не полный придурок – внезапно появившийся компьютер, диск с игрушкой "полного погружения". Франкенштейн решил меня в Верравию телепортировать. Может, это все бред? Заработался профессор, с головой не дружит. Может, и не получится ничего? Ну облучит меня этим лазером или сетчатка расслоится.
– Я перемещу тебя на сервер "Верравии". Конечно, сам бы я не справился, но мне помогли. Ну ладно, я перемещу тебя туда и буду следить отсюда, что с тобой происходит… Ты спросишь, что станет с твоим телом? Скорее всего, ты превратишься в овощ. Не знаю, не сталкивался с человеком, у которого вдруг пропадает все из головы. Но я прослежу и зафиксирую все изменения в твоем состоянии. Сам понимаешь.
Он включил лазер и тот ослепил меня.
В принципе, умирать не так плохо. В нос ударил приятный дух хвойного леса, вдалеке слышалось щебетание птиц, редкие удары топора. Так длилось недолго, мир вокруг резко обрел очертания – это была не игра, а реальность. Самая настоящая, только чужая.
Чего за фигня? Неужели у этого психопата получилось?
Я стоял возле срубленной большой хижины, напоминающей дом олимпийской сборной по баскетболу (причем всей команды сразу), а около нее возился с дровами великан. Вернее, внешне это был обычный человек, только ростом чуть больше двух метров, да и подкачен не хило. Но самое странное – глаза. Радужка была неестественно‑черного цвета, хотя даже не черного – темно‑серого, постоянно находившегося в движении, точно стелящаяся дымка от мокрого хвороста. Мужичина, увидев меня, отбросил дрова в сторону, воткнул топор и направился навстречу. Ну хоть топор оставил…
– Приветствую тебя на Тойрине, путник. Я смотрю, ты из Империи. Нечасто сюда захаживают люди.
– Сетевой адрес виртшлема не обнаружен, – пропел женский голос. – Раса человек принята по умолчанию. 
Ну крутотенюшка. Вот тебе и свобода выбора. Что, интересно, дает эта раса?
Руки сами полезли в заплечный мешок, о, у меня есть заплечный мешок, и вытащили оттуда старую потрепанную книгу. Так, что тут у нас…
Человек.  Исконные обитатели Империи, храбрые разведчики и пионеры, несущие слово Императора в самые глухие и малонаселенные дикие земли. Славятся хитростью и изворотливостью, несмотря на небольшой рост и средние физические данные неплохо дерутся на мечах.
Человек: +1 к выносливости каждый уровень. Базовая способность к переноске груза +25 %.
Драман.  Аборигены острова Тойрин. Первое упоминание о них датировано пятым веком до создания Империи. Драманы жили вокруг Мглистой горы, поэтому отличаются черным цветом глаз. Варвары обладают огромным ростом и силой, имеют высокую сопротивляемость к болезням и ядам.
Драман: + 1 к силе за каждый уровень. Базовое сопротивления ядам и болезням +25 %.
Фейра . Забавный лесной народец из провинции Тиире. Изначально люди считали фейров неразумными существами, поскольку те не разговаривали вслух, общаясь меж собой телепатически. Теперь же раса распространилась по всей Империи, их услугами часто пользуются богатые купцы для сопровождения караванов.
Фейра: +1 к интеллекту за каждый уровень. Базовая сопротивляемость магии +25 %.
Голгора . Высокие худые ящеры населяют западные болота Верравии. Голгоры по сей день живут в гармонии с природой, отчего их обычаи многим кажутся дикими. Являются самыми ловкими и искусными охотниками.
Голгора: +1 к ловкости за каждый уровень. Базовая способность к уклонению от удара +25 %.
Мда… Спасибо отсутствию виртшлема, досталась фигня полная по умолчанию. Самый тупой навык – плюс один к выносливости за каждый уровень. А уж про двадцать пять процентов к переноске груза вообще молчу. Хоть сейчас вьючным ишаком нанимайся.
Ну да ладно, чего там дальше? Я попытался оторвать страницы, но они словно прилипли друг к другу.
– Так как тебя, говоришь, зовут? – оживился драман‑лесоруб.
– Введите имя персонажа, – попросил голос. 
Блин, да она меня прям заводит. Самое забавное – поди сидит там тетенька лет за пятьдесят, килограммов сто весом и шепчет тут сладким меццо‑сопрано… Ладно, куда тут чего вводить? Клавиатуры нет, в книгу не напишешь. Сказать вслух?
– К… – внезапно язык прилип к гортани. Я проглотил слюну и продолжил. – рилл.
– Приветствую тебя, Крил. Меня зовут Эдегар.
Ну вот приплыли, блин. Мало того, что в начале И не услышал, так еще в конце второй Л решил пренебречь. Зато книга перелистнулась сама собой, и моему взору предстала новая запись.
Персонаж: Крил. 
Раса: Человек. 
Сила:  10, Здоровье: 100 
Грузоподъемность 125 (+25 % базовый навык) 
Интеллект:  0, Мана: 0 
Выносливость:  25, Бодрость: 250 
Ловкость:  5, Гимнастика: 5. 
Свободных очков навыков: 0, очков способностей: 0. Талантов не обнаружено. 
Ну, если есть здесь в Верравии боженька, то сейчас он смотрит на меня и тихо хихикает в бороду. Плюнули в меня наиболее дурацкой расой, так еще и наградили самыми что ни на есть беспонтовыми навыками. Выносливость 25, да в пьяном бреду никто столько не поставит на первый уровень. Зато интеллекта ноль. Ну действительно, зачем нам магия – мы такие рубаки, мечами всех забьем, а судя по шкале бодрости, можно попросту тапками закидать. Мда… беда, ох беда.
Я убрал книгу в мешок, так, это все, конечно, забавно, но надо выбираться из игры. Не жить же тут. Итак. Порылся еще в вещах и нащупал какой‑то кристалл. Может оно и есть?
– Связаться с администрацией! – крикнул я. Сверху что‑то пиликнуло, и мне ответил мужской голос.
– Керрик3, слушаю вас.
– Добрый день, у меня тут проблема…
Вот трудно говорить о квантовой телепортации сознания, если сам ни хрена в ней не понимаешь. Но я старался. А что еще оставалось? Признаться, Керрик3 хоть не перебивал меня, но слушал с таким терпением, с которым внимают сумасшедшим старикам. Но у меня был веский довод – отсутствие сетевого адреса виртшлема.
– Минуту, – озабочено произнес дежурный и заклацал по клавиатуре. – Видимо, какая‑то ошибка. Я разберусь и свяжусь с вами позже.
Вот и весь разговор. Конструктив в полном виде, ничего не скажешь. Что ж, делать нечего, давайте осмотримся. Эдегар все еще стоял передо мной, я могу поклясться, что он с интересом, настоящим живым интересом, присущим только людям, а не НПС, изучал меня.
– Ну и… чего скажешь?
– А что спросишь? – рассмеялся Эдегар. 
Открыт талант Остроумие. Начальный уровень 0. Открыта способность Красноречие. Начальный уровень 0. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности. Внимание, уровень способности не может быть выше уровня навыка.  
Без книги не обойтись. Так, так, так. На моих глазах на страницах небольшого фолианта появились новые строчки. Про Красноречие ничего не было сказано, от него к Остроумию тянулась синяя линяя, с другой – красная к Интеллекту. Значит, тут определенная иерархия. Сначала Интеллект, потом Красноречие, затем Остроумие. Соответственно: навык – способность – талант. Раз интеллект у меня нулевой, то и все остальное не развивается.
Ну да ладно, а что за талант такой?
Остроумие. Вы можете разрядить напряженную обстановку или улучшить отношения с любым НПС, если у него также есть предрасположенность к таланту Остроумие. 
Интересно. Учитывая, что самому анекдоты первому встречному и поперечному рассказывать не надо. Эдегар вон сам пошутил, а у меня талант открылся. Круто. Только интеллект надо качать.
– Может, работа какая есть, ну или чего в таких случаях спрашивают?
– Работа всегда есть. А она тебе нужна? – ухмыльнулся Эдегар.
Все‑таки странный НПС. Больше на живого игрока похож. Хотя он прав, нужна мне сейчас работа? Это же базовый квест при начале игры, сейчас какую‑нибудь фигню предложит, типа дров натаскай, воды наноси и даст пару медяков.
– А ты, наверное, прав. Пока работа мне не нужна.
– Ну тогда до скорого.
Драман повернулся ко мне спиной и зашагал к хижине. Ладно, теперь осмотримся. Деревенька была небольшая, около тридцати домов, Эдегарский находился на отшибе. По периметру высокий частокол. Действительно высокий, из толстенных, метра по четыре, деревьев, а ведь они еще и в землю вкопаны. На деревянных площадках, к которым вели лестницы, дозорные в черных кованых доспехах с бляшками. Тоже драманы.
А вот в самой деревне, помимо неторопливо расхаживающих по определенному алгоритму НПС, носились живые игроки. Драманы, фейры, голгоры. И конечно ни одного человека. Это я тут один такой Дартаньян.
Я спустился с холма и почти сразу же столкнулся с фейрой. Какая‑то невиданная зверушка, маленькая, не больше метра, с большими повернутыми раковинами вперед ушами, крупными фиолетовыми глазами, зеленой кожей и длинными пальцами.
– Ну ты, дружище, извращенец. Человека выбрал. Вообще легких путей не ищешь?
– Да, не без этого.
– А почему у тебя ник не высвечивается?
– Долгая история. Хотя у тебя тоже.
– Так ты первый раз что ли? – рассмеялся фейра. – Ты просто в меня всмотрись пристально.
Я попробовал. Действительно, фейра на мгновение стал полупрозрачным, и на месте, где он стоял, появились следующие строчки: Кобелюга, уровень 3. Способности скрыты. 
– Кобелюга? – удивился я.
– А че, по‑моему, прикольно. Я, как только в игре зарегался, Остроумие сразу на два уровня поднял. Ну а тебя как звать?
– Крил, – сообщил я свой подкорректированный "Верравией" ник.
– Ну будем знакомы. Может, еще встретимся, – Фейра сорвался с места и помчался к западным воротам. Вот еще одна странность, входов в деревню было три, с четвертой стороны мелкой рябью колыхалось озеро, но я определенно знал, где запад и восток.
– А чего там? – крикнул я уже в спину Кобелюге.
– Мобы низкоуровневые, какой‑никакой опыт.
Ну опыт, допустим, мне сейчас на фиг не нужен. Лишь бы администрация бы чего‑нибудь придумала и вытащила. Подумать только, сказать кому – не поверят. Судьба дала редкий шанс – на халяву окунуться в игру с полным погружением, а тебе в нормальный мир вернуться хочется. Ладно, не время хандрить. Во всякие лавки и подобные заведения мне пока не надо было. Мобов бить – да нет, спасибо, чего‑то не хочется. Прогуляться? А почему нет.
Я сначала пошел к северным вратам, которые сторожил всего один драман, а потом перешел на бег. Заразила вся эта кутерьма вокруг. Не успел добраться до выхода из деревни, как услышал знакомый нежный голос.
Открыт талант Бег. Начальный уровень 1. Перемещение персонажа увеличено на 1 %. 
Сказочный голос, просто невероятный. Точно, назову его именем Афродиты, богини красоты. Хотя слишком длинно, лучше Дита. Вроде, неплохо.
Вы покидаете деревню Файвора. 
Даже будто темнее стало. Лес обступил со всех сторон, угрюмо напирая на заросшую тропинку. Видать, не часто тут ходят, сценариев никаких что ли нет? Хотя мне то что, если здесь нет мобов и НПС, только лучше. Посижу в тишине, пока админы разбираются.
Но не сложилось. Не успел я отойти метров на двести от деревни, как послышался зловещий хриплый голос.
– Слава Огулису, наконец он послал человека.
Я остановился как вкопанный. Из‑за ели вышел черноглазый великан с самой бандитской рожей. Вряд ли он предложит сейчас прокачать травничество или лесничество. Блин, надеюсь, среди программеров "Верравии" не было любителей разноцветных флагов и толерантности уровня сто. А то здоровенный драмн, в лесу… Господи, хоть бы ты был разбойником!
Великан снова забубнил что‑то про Огулиса, но я не стал дослушивать, драпанул, как испуганный заяц, в сторону деревни…

– Ну вот как‑то так, – закончил я свою историю.
– Кирилл, – подал голос Керрик3, ‑ если честно, звучит очень…
– Как фигня полная звучит, – ответил я. – Но это, к сожалению, правда.
– Мы в любом случае проверим. Информация дошла уже до руководства. Но сам понимаешь, нужно время.
– Ну хорошо. За один день, думаю, ничего не случится.
– И еще одно, Кирилл. В общем, постарайся не погибнуть. Мы пока правда не знаем, что будет, если ты умрешь.
– И зря задание на Огулиса провалил, – влез худой очкарик. – У этого перса оно было расовое, только для людей.
– До скорого, Крил, – отодвинул ботана Керрик3.
– Давай, – без энтузиазма ответил я.
Задание Послушник Огулиса Провалено. Отношение с последователями Огулиса ухудшились на 20 пунктов, отношения с последователями Темных Богов ухудшились на 10 пунктов. 
Значит, пока я тут лясы точил, разбойника завалили. Так, надо будет узнать про этого Огулиса, да и вообще про Богов. В воздухе заметно посвежело, засверчали сверчки, горизонт сверкнул в последний раз яркой алой полосой, и солнце закатилось за горизонт. Быстро тут темнеет. Надо ночлег найти, а завтра будет день, будет пища.

Приют у Эдегара 

Цены в Верравии были отнюдь не демократичные. Оно и понятно, виртшлем стоит немаленькие деньги, и позволить его себе могут люди очень состоятельные. Что для них донат в игре? Конечно, есть принципиальные, которые хотят всего достичь сами, но это скорее блажь. Вот я, например, не отказался бы от сотни другой золотых.
В кармане сейчас позвякивало всего сорок монет серебром, точнее тридцать – десятку отдал за постой. Полное погружение мне нравилось все меньше, потому что в игре можно было почувствовать все – в том числе худой тюфяк и колючую соломенную подушку. Хотя снаружи было бы точно хуже, утром я обнаружил холодную росу на траве. Да, перестарались создатели игрушки с натурализмом, явно перестарались.
К тому же, мой желудок скорбно урчал, упрашивая расстаться с еще частью монет. Делать нечего, пришлось идти в таверну. Внутри было тихо: пустые грубые столы, на многих из которых покоились перевернутые массивные стулья, не полностью горевшая круглая свечная люстра и НПС (естественно драман), со скучающим видом, сопящий за стойкой.
– Уважаемый, – черноглазый поднял голову. – Мне бы чего‑нибудь поесть.
– Дорогого или… – он окинул меня взглядом. – Что подешевле?
Вот и наглые же в Верравии НПС! Я ожидал более почтительного обращения. Да, стою в дырявых холщовых штанах моды весна‑осень 1987, гол, как сокол, но на минутку все же живой игрок, а не бездумная программа.
– Подешевле и посытнее.
Я без разговоров занял ближайший к стойке место. Блин, все понимаю, остров драманов и игроки почти все эту расу выбирают, но почему не сделать каких‑то общих стандартов. Хотя бы по росту. Столешница упиралась мне в грудь, и чтобы руки лежали на ней, пришлось задирать их до уровня плеч.
Трактирщик куда‑то запропастился. Уж не заснул ли он там? Когда я уже было собрался наведаться на кухню, великан появился с деревянной дымящейся чашкой. Теперь настала пора восславить драманов и всю их культуру – блюдо по размерам раза в полтора превосходило мою голову. И это всего за два серебряных.
Странно, вроде с хозяином не говорили о цене, но я вытащил ровно такую сумму, а он молчаливо и удовлетворенно смел монеты со стола и собрался уйти.
– А что это? – поинтересовался я.
– Суп‑похлебка из чечевицы и поползней, – выдал на одном дыхании трактирщик.
– Из чего, простите?
– Поползни. Такие прибрежные большие черви.
Ой, чего‑то есть сразу расхотелось. Вот не был бы такой жлоб, точно отодвинул тарелку и заказал блюдо подороже, пока деньги в кармане есть. Но благодаря студенчеству я и не такие медные трубы прошел. Эх, сюда бы еще майонез с кетчупом, тогда бы точно все варево подчистую смел. Ладно, давайте попробуем ваш суп а‑ля поползень.
По шкале от единицы до курника моей мамы все было не так уж и плохо. Суп оказался очень сытным, вернее жирным. Мясо поползня напоминало куски сала, поэтому весь местный деликатес я осилить не смог. Зато бульон и чечевицу умял за милую душу.
Вы съели суп‑похлебку из чечевицы и поползней. Следующие пять часов Сила увеличена на 25 пунктов. 
А вот и Дита проснулась. Слышать ее голос утром, да после такого сытного завтрака – одно удовольствие.
– Спасибо, – сказал я драману, выбираясь из‑за стола. Тот в ответ лишь кивнул и пошел убирать чашку.
На улице уже окончательно рассвело, хотя утренняя свежесть нет‑нет, да пробирала до костей, заставляя невольно вздрагивать. Изредка появлялись игроки, сразу убегая к западным вратам – набивать опыт, чтобы побыстрее свалить из деревни для новичков в развитые локации. А мне что делать?
Администрация пока молчит, дергать их смысла нет. Было бы, что сказать, так уже сказали. Может действительно прокачкой заняться? Вопрос как – шкуру надо беречь, наказали ведь не умирать, а даже не низкоуровневом мобе можно споткнуться. Тогда какие‑нибудь второстепенные таланты, которые не требуют повышения уровня. Так‑с…
Книжка мне вежливо напомнила, что талантов у меня всего два: Остроумие и Бег. Остроумие отмел сразу – Интеллекта нет, качай его, не качай, все равно на нуле останется. Да и что прикажете делать? Ходить по Файворе и рассказывать НПС бородатые анекдоты? Тупо. Значит, Бег.
Ну чего, поехали. Круг получился большим, вдоль частокола, а потом опять к озеру. Стражники на вышках и у ворот следили за мной с нескрываемым любопытством. Да и хрен с ними, за просмотр денег не беру, пусть наблюдают за будущей звездой легкой атлетики империи.
Первые два уровня поднял легко, почти не напрягаясь. А вот с четвертым пришлось повозиться. Зато заметил одну странность – вчера при бегстве от назойливого последователя Огулиса проклятая отдышка появилась через сто метров. После третьего левела Бега, я мог пробежать с ускорением чуть больше круга на одном дыхании.
Получен талант Бег, уровень 5. 
Ну наконец‑то. Не прошло и полдня, вернее, почти прошло. Уровень Бодрости несколько раз опускался до нуля, из‑за чего приходилось вставать на месте, восстанавливать дыхание и утирать пот. Конечно, я не замечал, что стал быстрее на пять процентов, но теперь есть хоть какой‑то шанс удрать от мобов и недобронастроенных НПС. У последних же сценарием заложено стоять на одном месте и ждать жертву для заклания, поэтому вряд ли они покажут чудеса спринта.
Около часа я просидел около озера, кидая мелкие камешки в воду. Одно хорошо с этим "полным погружением" – после получения уровня ноги не болели. Пока прокачивался да, мышцы и деревенели, и сводило их, а стоило апнуться, как в конечностях запульсировала приятная истома и все как рукой сняло.
– Крил, то есть Кирилл, – раздалось сверху. Я достал кристалл.
– О, Керрик, привет. А я уж заждался. Ну что скажешь?
– Ну, у нас есть плохие новости и хорошие.
– Давай хорошие.
– Твоя история подтвердилась.
Ни хрена себе хорошие. Я ожидал чего‑то более существенного.
– Подняли всю информацию на тебя и на этого Францевича Владлена Карловича. Все выглядит именно так, как ты говоришь.
– Круто! Так давайте, вытаскивайте меня отсюда.
– А теперь плохие новости.
Сердце противно заныло.
– Не нашли ни профессора, ни лазерной установки, ни тела твоего. В общем, мы пока не знаем, как тебя из игры вытащить. Мы вообще на тебя никак повлиять не можем. Думали денег дать и свиток телепортации в столицу, – при слове телепортация меня передернуло, – но тебя привязать не к чему. Ты вроде как баг. Ошибка, понимаешь? Хотя всю информацию мы о тебе видим. Странно, в общем.
– А делать чего?
– Не знаю. Ну ты можешь остаться жить в Файворе. Мы тут приготовили всяких плюшек для истинных ценителей, но тебе информацию сдадим. Можешь отправиться в столицу Тойрина. Провести я тебя попробую. Как раз смотрю, ты начал Бег качать. Это правильно. Я бы посоветовал еще в Акробатику вложиться. Ну чего ты думаешь?
– И чего, мне теперь всю жизнь тут куковать?
– Кирилл, ты не представляешь, какие люди и на каком уровне ищут твоего Францевича. Они его найдут в конечном итоге, это вопрос времени. Я каждый день буду с тобой связываться. На работе все время за тобой слежу, да и дома тоже. Не переживай, мы тебя не бросаем. Главное не унывай.
– Ладно, только это. Ты отвернись сейчас.
– Чего это?
– Да в туалет я хочу. Сделали тут максимальное приближение к жизни, а я мучайся.
– Ладно, – хохотнул Керрик. – Как еще Остроумие по максимуму не апнул? Я тогда пойду, свяжемся позже. И еще, Кирилл… Меня Костей зовут, ну это на всякий случай.
– Приятно познакомиться. А теперь, если ты не против…
Наверху что‑то щелкнуло, а мой кристалл перестал мелко вибрировать и погас. Про естественные нужды я соврал – не полностью, утром меня довольно обескуражили позывы организма, но сейчас они молчали. Просто не хотелось слушать слова утешения, пропитанные жалостью, а то еще расплачусь чего доброго. На душе скребли кошки. Надо было чем‑то отвлечься. Что там Костя говорил про Акробатику?
Хотя, вопрос в другом, как ее открыть. Об этом админ не обмолвился. Будем думать логически. Что у нас акробатика – прыжки, перекаты, сальто. Ловкач из меня вообще никудышный. Во всяком случае, в реальном мире. А тут? Сейчас посмотрим. Я присел на корточки и сделал кувырок вперед с грациозностью пожилого мужчины, страдающего ожирением второй степени.
Открыт талант Остроумие, уровень 0. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности.  
Чего? Не веселился вроде и не шутил. Я поднялся на ноги и осмотрелся по сторонам. Стражники‑драманы вместо охраны своих постов глазели на меня и ржали. Вот гады. Делом бы занялись. Рад, конечно, что вас развеселил, но цель была другая. Ладно, кувырки не прокатили, с сальто можно даже не пробовать – не ровен час шею себе сверну. Остаются прыжки?
Только надо уйти подальше от любопытных глаз, чтобы не продолжать качать себе нулевой уровень Остроумия. Я спустился к самому озеру и побродил берега. Нужный обрыв словно специально создали для меня – его не было видно с деревни, разве что с вышек. Ну да черт с вами. Если хотите, смотрите. Я посмотрел вниз, блин, метра три лететь. Ну да ладно, попробуем. Алле‑оп.
Открыт талант Акробат. Начальный уровень 1. 
И что нам говорит о данном таланте моя волшебная книжка?
Уменьшен процент повреждения при падении с большой высоты. Увеличена скорость передвижения при наличии препятствий. 
Это я теперь паркуром могу заняться? Славно. Акробатика была привязана к Гимнастике. Ну это логично. Интересно, сколько еще чудных открытий готовит эта замечательная способность?
Я поднялся на ноги и принялся отряхиваться. Холщовые штаны хоть и выглядят тряпьем, зато на них не особо грязи видно. Вот я балбес! Уже второй день тут, а так и не посмотрел свой шмот. Ну‑ка, применим тактику Кобелюги – поглядим третьим глазом на портки.
Дешевые холщовые штаны. Уровень брони 0 
Вес: 1 кг 
Поношенные грубые ботинки. Уровень брони 0 
Вес: 1 кг 
Неудивительно. Я присмотрелся к рукаву.
Рваная мужицкая рубаха. Уровень брони 0 
Вес: 0,5 кг 
Радует, что хоть мужицкая. А так тряпье. Ну чего делать, не голышом же ходить, уровень Остроумия благодаря местным стражникам прокачивать? Ладно, а что там в мешке?
Имперский короткий меч. Урон 5–8. 
О, уже кое‑что. Я аккуратно вытащил ножны и принялся думать, как же их закрепить. Но стоило только поднести оружие к поясу, как что‑то тихонько щелкнуло, и кожаные ремешки закрепились к пряжке сами собой. Я не смог удержаться, чтобы не извлечь клинок. Ух, даже дрожь по рукам пробежала. Почувствовал себя настоящим рубакой – ничего теперь не страшно. Ладно, надо разжиться нормальной одеждой, когда деньги будут. Оружие теперь есть. Пока же можно и Акробатику добить.
Как обычно, первые три уровня поднял легко, а потом начались мучения. Летишь‑то быстро, хоп и все, да только потом наверх взбираться приходится. Придумали бы что‑нибудь вроде таланта Младенец, который прокачивает ползанье на карачках для шахтеров там всяких или рудокопов.
Закончил затемно. Молодой человек‑паук в отдельно взятой империи (я то есть), чувствовал себя удовлетворенным, потным и уставшим. Хорошо, что после взятие пятого уровня боль в коленях унялась, вряд ли в Файворе имелся аптечный пункт.
Я поплелся на постоялый двор. Блин, в кармане скорбно звенели оставшиеся деньги – двадцать восемь монет серебром. Не густо. Сейчас за ночь отдам десять, еще бы пожевать чего‑нибудь, желательно, чтобы это раньше не было червем или поползнем.
– Крил, куда направляешься?
От зычного грудного баса я невольно вздрогнул. Ясен пень, нахожусь в Файворе в относительно безопасности, но все же… С холма, на котором стоял дом знакомого лесоруба, неторопливо спускался Эдегар. Так и не понял до конца его функцию в игре – он типа наставника для новичков или попросту генератор случайных низкоуровневых заданий?
– До постоялого двора иду.
– У меня есть свободная комната, если хочешь, можешь первое время пожить там.
Вы получили доступ к хижине лесника Эдегара. 
Халява! Вот это повезло, так повезло. Одно только меня смущало, бесплатный сыр он даже в мышеловке всегда с конкретной целью лежит.
– А чего это ты такой добрый?
Эдегар улыбнулся. Он уже подошел ко мне вплотную и сейчас скреб пальцами себе макушку.
– Да есть одно задание…
Внимание. Вы получили уникальное задание "Через тернии к рёгзам".  Для дополнительной информации поговорите с Эдегаром. Принять задание? 
Уже интересно. Ну ладно, почему бы и нет.
– Рассказывай, – сказал я.
– Не здесь, пошли ко мне в хижину.
Жестом, не терпящим никаких пререканий, драман махнул рукой и мы почапали наверх. Судя по вычурности названия квеста, дрова колоть там не надо было.
Едва мы вошли в маленькую хибарку Эдегара (небольшую для него, но вполне нормальную для меня), как нос предательски зашмыгал, уловив запах… Чего? Да нет, не может быть. Картошки? В мире, где питаются червями, лесник где‑то нашел и пожарил картошку? Я сглотнул огромную слюну и щенячьими глазами посмотрел на драмана – предложит пожрать или нет?
– О, ну и извозился ты, – удивился Эдегар, повернувшись ко мне. – В земле что ли ковырялся весь день? Как тебя такого к столу подпускать? Иди‑ка лучше умойся, там во дворе бочка с водой. А вот тебе одежда. Небогатая, но чистая.
Получена обычная льняная рубаха. Уровень брони 0. 
Вес: 0,5 кг 
Получены обычные льняные штаны. Уровень брони 0. 
Вес: 1 кг 
Простые крепкие башмаки. Уровень брони 0. 
Вес: 2 кг 
Я сунул одежду под мышку и рванул к бочке. Напрягало, конечно, это неведомое задание. Тем более, все складывалось, как в русских сказках – помоет, накормит, спать уложит. А потом что, съест меня Эдегар что ли?
Да вряд ли. Если бы подобное предложение поступило от НПС в какой‑нибудь затерянной локации, то тогда надо было десять раз подумать. А тут же деревня, вреда никто причинить не может. Наверное. Я стянул с себя все стандартное тряпье и начал плескать на себя воду.
– Ну разве так моются? – вышел наружу Эдегар.
Он подошел к бочке, поднял ее, словно та была детским пластиковым ведром, и начал "тихонечко", как ему наверное казалось, поливать меня. Я отфыркивался, отплевывался и усиленно тер себя, пока рукотворный водопад не иссяк, и натянул новую одежду.
В хижине на столе нас уже ждали две порции маслянистой, прожаренной с одной стороны до темной хрустящей корочки картошки. Все‑таки по душе мне драмановские размеры. Пусть и чувствую себя на большущем стуле за высоким столом Машей, забредшей в гости к трем медведям, но вот диаметр тарелки радовал. Эдегар монотонно ковырял ложкой еду, искоса посматривая на меня, а я трескал, как в последний раз.
Вы съели жареную картошку. Следующие пять часов Сила увеличена на 20 пунктов. 
Вы объелись. Следующие два часа Бодрость уменьшена на 15 пунктов. 
Ну и ладно, оно того стоило. Тем более, в следующие пару часов я бегать точно не собираюсь. Вообще, если честно, жутко хотелось спать, но любопытство не отпускало.
– Эдегар, ну давай, рассказывай. Че за рёгзы такие?
– Рёгзы – это такие грибы. Очень редкие, – мое лицо от разочарования вытянулось. Думал что‑то серьезное. – Найти их может не каждый. Я, например, как ни стараюсь, ни одного увидеть не могу. Глаза не те.
– А где искать эти рёгзы?
– В лесу.
Ну замечательно. Мог бы просто послать, раз так. Взял кота в мешке, на свою голову. Получается, задание останется невыполненным.
– Ну круто, круто. В лесу, так в лесу. Ноу, как говорится, проблем. Эдегар, ты мне лучше вот что скажи, кто такой Огулис?
– Огулис один из трех Темным Богов. Ты выбрал Огулиса своим Господином?
– Господином? Боже упаси, я в эти садо‑мазо‑атата не играю. Расскажи тогда про ваших Богов. Если есть три Темных, значит есть и Три Светлых?
– Да, есть. Три Светлых и Три Темных Бога. Рожденные от одного отца, Основоположника, Иерарха. Их зовут Перворожденные, двенадцать братьев…
– Погоди, ты мне только что говорил за шестерых и вдруг их резко больше стало.
– Три Светлых Бога против Трех Темных Богов. Первые придумали покой, законы и порядок. Последние родили хаос, свободу и войну. Если бы их было всего шестеро, то мир рухнул из‑за постоянного противостояния Света Тьме, а Тьмы Свету. Все привычное тебе бы погибло. Но на защиту сущего встали Серые Боги, шестеро братьев, также Перворожденные, не выбравшие Свет или Тьму, хранившие в себе отпечаток того и другого.
Внимание. Получено обязательное задание. Выберите себе Господина из двенадцати Богов и принесите ему клятву в Храме Вечного Упокоения.  
Минутку, а как быть, если я атеист?! Тоже мне свобода выбора – вот вам двенадцать кандидатов, бери кого хочешь, но других нельзя. Просто парламентские выборы, не иначе. Ну черт с ним, выбрать, так выберем. Огулиса, значит, я сам прокатил. Зато еще целых одиннадцать осталось. Живем!
– О, да я смотрю ты носом клюешь. Давай‑ка спать.
– Золотой ты человек Эдигар, даром что драман.
Лесоруб проводил меня до маленькой комнатенки, огороженной лишь занавеской, и уложил на гигантскую кровать. Минуты не прошло, как я захрапел.

Через тернии к рёгзам 

– Вставай, Соня.
– Мам, мне ко второй.
Крепкая рука настойчиво затрясла меня, аж зубы застучали. Я открыл глаза и шарахнулся в сторону, ударившись о стену. О блин, крокодил в ванной, то бишь драман в комнате.
Несколько секунд хватило, чтобы понять, где нахожусь. Пощипал себя на всякий случай – больно. Значит, не сон, а жаль. Ну ладно. Что день грядущий нам сготовил? Нос уловил запах омлета.
– Вставай давай, все проспишь, – пробасил Эдегар. – Сходи умойся. Завтрак на столе.
– Омлет? В смысле из куриных яиц? – на всякий случай переспросил я.
– Конечно. Это остальные драманы готовы дрянью всякой питаться, которую достать легче, а я за нормальную еду.
Бочка была снова наполнена. Я склонился над чистой обжигающе‑ледяной водой и постарался получше себя рассмотреть. Ален Делон и Том Круз нервно курят в сторонке. Сделали из меня писанного красавца – прямой нос, подбородок с ямочкой, яркие, даже чересчур, зеленые глаза, равномерная двухдневная щетина. У самого‑то у меня борода плохо растет, да и идеальной внешностью похвастаться не могу. Нескладный, пухлый да еще невысокий. А тут меня хоть в музей мер и весов как образец идеального мужчины. Ну да ладно, собрал ладошками воду, плеснул несколько раз в лицо и поспешил обратно – сел за стол и принялся уплетать завтрак. А ничего, омлет как омлет.
Вы съели $#*@&%#$(. Последствия не обозначены. 
Это что еще за фигня? Терзают меня смутные сомнения, что…
– Эдегар, а ты как омлет научился делать… и картошку?
– Да был тут проездом один… товарищ, как он себя называл. Научил много чему полезному.
– Погоди, погоди. То есть, игрок научил тебя жарить картошку и готовить омлет?
– Мы называем их бессмертные. Есть еще одно слово, но его не любят произносить. Что будет, если тебя ранить?
– Ну не знаю, кровь пойдет, наверное.
Эдегар схватил мою руку и кольнул ножом в палец.
Внимание, получен урон. Степень урона незначительная, поэтому он отображаться не будет.  
Лесоруб проделал тот же фокус с собой, и на стол закапала кровь.
– Между нами нет никакой разницы.
Ну да, конечно. Только я человек, умею думать, мечтать, чувствовать, а ты лишь программа. Хорошо проработанная, реалистичная, уникальная в своем роде, но все же программа.
– Кстати, я тут припас тебе кое‑что, раз уж ты за рёгзами сегодня пойдешь.
Вот ведь, пристал как банный лист со своими грибами. Никуда я не собирался. Буду сидеть в деревне до посинения, а то неровен час еще… Ох ни фига ж себе, он мне что, щит приготовил?
– Мне его отец смастерил, когда я совсем маленький был. Но тебе должен подойти.
Вам передан предмет "Детский щит". Уровень брони 30. Необходимо силы 10.  
Передал, а сам все на него смотрит, будто жалеет. Ну и ладно, я психолог так себе, чужих тараканов разбирать не люблю. По мне – хочет человек что‑то сказать – говорит, не хочет – молчит в тряпочку. Я допытываться не буду. Бесполезное какое‑то занятие.
Чего там с щитом у нас? Ух, хорошо, что базовой силы хватило. Детский, говорите? На мне смотрелся вполне как ростовой. Ну, может, чуть меньше. Круто. Думаю, на первом уровне не все таким обзаводились. Только какое‑то непонятное чувство внутри проснулось. Совесть что ли?
– Эдегар, я не уверен, что выполню твою просьбу. Я выходить из деревни вообще не хочу. Мне и нельзя, если честно.
– Знаешь, я редко ошибаюсь в людях, – ответил Эдегар. – И мне кажется, что если ты отринешь страх, то многого добьешься. Ладно, а теперь иди погуляй, мне тут делами надо заняться.
Какие дела у лесоруба? Но делать нечего, хозяин – барин. Я вышел наружу. Вокруг пастораль – робкие солнечные лучи выбиваются из‑за нежных, состоящих точно из взбитых сливок туч, трава широкими волнами ходит под освежающим северным ветром, в небесах изящно и плавно скользит доисторический птеродак… Чего? Какой птеродактиль? Я присмотрелся. Да нет, именно он. Странная фантазия у админов. Кстати, о них.
– Костя! Костя! Керрик3!
Молчит. Блин, делать‑то чего?
– Кирилл, привет, – услышал я сонный голос. – Ты что в такую рань вскочил?
– Так а что мне, спать круглые сутки? Порадуешь хорошими новостями?
– Нет, пока ничего. Хотя погоди, конфу посмотрю… Нет, никаких подвижек. Похоже, непростой у тебя профессор, раз наши его найти не могут.
Да какой там непростой, если с современной точки зрения, то лох лохом, к жизни совсем неприспособленный, соответственно, никаких тайных покровителей у него нет. Хотя… откуда то же у него в одночасье появилась Верравия и мощный комп, который стоит больше двухсот косых. У Франкенштейна, который в игрушках вообще ни фига не рубит. Неспроста, явно.
– И делать‑то мне чего?
– Я тебе тут на карту три маячка поставил. Там растут рёгзы. Грибы такие, очень дорогие. Можно их продать и безбедно жить некоторое время, пока мы профессора ищем.
– Значит, придется все‑таки выполнять задание Эдегара?
– Что, у Эдегара задание новое появилось?
– Ну да, – теперь настала пора удивляться мне. – Ты разве не видел наш разговор вчера?
– Да спать рано лег, замотался совсем. Погоди пару минут, посмотрю.
Костя замолк, яростно стуча по клавиатуре и изредка щелкая мышкой. Звуков игры слышно не было, скорее всего, в наушниках сидит.
– Блин, да. Новое задание появилось у Эдегара.
– Почему тебя это удивляет?
– Да понимаешь, изначально сами мы виноваты. Хотели запустить не просто игру, а суперигру, чтобы в ней все было максимально приближенно к жизни. Поэтому и НПС сделали не обычными, а, как бы сказать, самообучающимися.
– Не понял.
– Ну вот возьмем Эдегара. Был обычный НПС с четко отмеченными функциями – встречает новых игроков, спрашивает имя, предлагает пару квестов начальных, ну совсем туфтовых. Внедрили в программу, на свою беду, что‑то вроде искусственного интеллекта. И первое, что сделал лесоруб – перестал предлагать задания. Видите ли, скучно ему. Потом с игроками стал дружить, обучаться у них разным вещам – в основном готовке. Мы же сюда ввели почти все продукты, к тому же добавили разных зверюшек и растений из местной фауны. И теперь Эдегару в кайф готовить жареную картошку, омлет и блины. Прикинь?
– Погоди, так получается, что у вас НПС живые?
– Ну ты загнул. Они лишь программы, но всеми силами стараются быть живыми.
– Вот оно что, – припомнил я странное для обычной рядовой игры поведение стражников. – Ладно, черт с ними, НПС и Эдегаром. По поводу рёгзов – ты говорил, что мне нельзя из деревни высовываться…
– Ну надо просто знать, куда идти, а не ломиться сразу через северные врата в столицу.
– Так я не в столицу совсем хотел…
– Слушай, короче, идешь тихонечко к меткам, которые я на карте обозначил. Там, в принципе, ничего такого, просто рёгзы спрятаны очень хорошо, не напрягаясь, их можно только на тридцатой наблюдательности увидеть. А мобы там фигня, не выше второго уровня. Так что не умрешь. Если только очень постараешься.
Ну стараться, допустим, мне не хотелось. Все‑таки не член клуба самоубийц, как у Стивенсона. Хотя, как бы так сказать помягче, все же играло кое‑что – страшно как никак.
– Может, ты меня направлять сразу будешь? – Спросил я Костю.
– Кирилл, я бы с радостью, только есть одно НО. За пределами городов и деревень я не смогу с тобой связаться. Но наблюдать наблюдаю.
Ну офигенно, будет знать, куда цветочек на могилку положить. Однако сколько еще придется отсиживаться в деревне? Тоже непонятно. А так бабла подниму хотя бы.
– Ясно. Тогда я почапал за этими рёгзами?
– Погоди, от южных врат в третьем доме справа знахарь. Купи у него пару зелий очищения.
– Зачем?
– На всякий случай. Могут пригодиться.
– Ладно.
На пятом уровне Бега я долетел до нужного дома быстро. А, может, попросту выдавал желаемое за действительное. Что удивительно – алхимик оказался человеком. Вот тут разработчики стараться не стали, собрали среднестатистического пожилого дядьку – с пузиком, седыми висками, отвисшим мешком‑подбородком.
– Приветствую. Что привело вас ко мне?
– Мне бы прибарохлиться. Говорят, у вас есть зелья очищения.
– Говорят, в Оорусе поползней доя т, – шутливо ответил дядька, но вытащил мензурку с мутноватой жижей.
– Мне две.
А что? Костя сказал пару, вот тебе и пара. Не буду я тратиться непонятно на что, тем более стоит удовольствие по три серебряных за каждую пипетку. Теперь, получается, у меня всего 22 монет. Что за фиговину‑то купил?
Зелье очищение. Слабый исцеляющий эффект от болезней. 
– Заходите еще, молодой человек.
– Обязательно, – буркнул я, засовывая зелья в мешок. Проклятые капиталисты. Я так по миру пойду.
Ну ладно. Меч на месте, щит на руке, зелья в рюкзаке. Итак, посмотрим, чего там приготовили нам разработчики…

Не могу сказать, что я страдал инсектофобией – всегда относился к жукам довольно спокойно. Не удивился бы, если на меня набросились мелкие арахниды или даже тараканы, блин, но слизни… Фу, жесть какая. Придумали же мобов первого уровня. Хотя, справедливости ради, это все‑таки не жуки, а моллюски. Но все же мерзость жуткая.
Их было всего четверо, каждый двигался в своей зоне, плавно и медленно скользя по поверхности и оставляя после себя осклизлый налет на траве, от которого буйная зелень жухла на глазах. Не знаю, что там с ними не так, но руками эту мразь лучше не трогать. Ну давай, мелкое чудовище, нападай на меня.
Заагрившись, слизень перестал быть таким неповоротливым и медленным – БАМ, это он уже ударился в щит, который я успел выставить в последний момент.
Открыт талант Блокировка. 
Напористый какой моллюск, а по виду не скажешь. Ладно, это СПАРТА! Я оттолкнул слизня, полоснул мечом и снова спрятался за подарок Эдегара. БАМ! Слизень не терял надежды продавить меня, за что снова пропустил удар. Ну нормально, тактика выработана нормальная, так можно и покачаться.
Поздравляем, вы убили первого монстра. Получено достижение "Вивисектор". 
Вы убили Огненного Слизня. Получено 40 опыта. 
Даже так, огненного? Что‑то боец он совсем не огонь. Опыта мне нужно 50 до второго уровня, посмотрел перед выходом на охоту. Ладно, надо апнуться, потом ачивку погляжу, что еще за Чучельщик такой. БАМ, БАМ, БАМ.
Показалось, что второй слизень был попроворнее, но опять отработанная минутами, тактика сработала.
Вы убили Огненного Слизня. Получено 40 очков Опыта. 
Внимание! Достигнут второй уровень. Получено 1 очко навыков, получено 2 очка способностей. 
Так. Я прям сел возле тушки поверженного врага. Открыл книгу с информацией обо мне и ткнул на Интеллект.
Интеллект 1, Мана 10.
Ну это нужная штука, по‑любому. Повысил сразу Красноречие на один, чтобы Остроумие на нуле не болталось. Нужный талант, без него никуда. Ну и, соответственно, остается Гимнастика. Только ее пока не повысишь – Ловкость всего 5. Ну‑ка посмотрим.
Персонаж: Крил. Уровень 2. 
Раса: Человек. 
Сила:  10, Здоровье: 110 (+10 достижение "Вивисектор") 
Защита: 1, Блокировка: 1, Грузоподъемность 125 (+25 % базовый навык) 
Интеллект:  1, Мана: 10 
Красноречие: 1, Остроумие: 0 
Выносливость:  26, Бодрость: 260 
Ловкость:  5, Гимнастика: 5, Бег: 5, Акробатика: 5. 
Уровень брони 30. 
Свободных очков навыков: 0, очков способностей: 1. 
Интересно. По Защите и Блокировке сразу кинули с барского плеча по единице. А в Остроумие тогда зажали. Получается, что если навык нулевой, то и способность с талантом ниже плинтуса. В другом случае дадут первый уровень. Ну хоть так.
Отлично, начало положено. Надо только посмотреть, куда идти. Я пролистал книгу и на третьей странице с конца обнаружил большое темное пятно, посреди которого белела маленькая точка с надписью "Крил", а рядом курсивом виднелось "Файвора". Ясно, это мировая карта. Что дальше? Я перелистнул страницу, и изображение стало крупнее, на терра инкогнита виднелись поставленные Костей яркие маячки с регзами. Всего три. Так‑с, на последней странице картограф явно расстарался уже для слабовидящих людей – изображение локации, где находится персонаж, то бишь я.
До первого чудо‑гриба, вокруг которого все так носятся, совсем немного. Я завалил еще семерых слизней, поднял уровень, и оказался на месте. Ладно, статы потом раскидаю, сейчас бы найти этот самый рёгз. Или рёгзу, не знаю уж, как правильно.
Все бы хорошо, только выполнением квеста тут и не пахло. Карта локации с упорством идиота твердила, что я нахожусь на месте, чуть ли не танцую на этом проклятом рёгзе, но им тут и не пахло. Бархатистый ковер травы, мелкие сухие ветки, хвастливо распустившиеся полевые цветы, но никаких грибов. Костя говорил, что здесь нужна наблюдательность какого‑то жутко высокого уровня. Значит, глазами я ничего не увижу. Включим режим "рак, свистящий на горе". Я опустился на корточки и стал водить руками по земле, как близорукий очкарик, уронивший стеклышки. О, а вот и кое‑что интересное.
Я нащупал махристую ножку гриба и потянул на себя. Рёгза издала хрустящий звук, как надкушенный огурец, и Дита принялась меня поздравлять.
Открыт талант Травничество. 
Поздравляем. Вы нашли рёгзу.  
Обновлено задание "Через тернии к рёгзам". Найдено 1/3 регзы.  
Книжка сама собой легла в руки. Травничество открыло Наблюдательность, которая была привязана к Интеллекту. Все‑таки правильно единичку бросил. Статы расставлять не стал. Травничество все равно качать не буду, пусть на начальном уровне и остается.
Что же до гриба – то я понял, почему нужен был такой высокий уровень Наблюдательности. Едва оказавшись в руках, рёгза стала такого же цвета, как и пальцы, даже папиллярные узоры приняла. Гриб‑хамелеон, что‑то новенькое. Я бросил невидаль в мешок и включил карту. Надо смотреть, куда дальше топать.
Резкая боль пронзила правую ногу.
Внимание. Получено 24 урона.  
Вы заразились болезнью "Огненная лихорадка"  
Что за…? Меч выскочил из ножен в руку и полоснул нападавшего. Слизень, самый большой среди всех, что я видел, взревел и снова атаковал. Врешь, не пройдешь. Щит принял склизкую морду чудовища на себя, а я толкнул моллюска и вонзил меч по самую рукоять. Зря, конечно, еле успел вытащить клинок обратно. Интересно, смог бы потом его кулаками загасить?
Танцевали мы со слизнем долго. Хитпоинтов у него было больше, чем у сородичей, хотя об этом и так можно было сказать по размерам. Ничего, мы люди не горячие, терпеливые. Не мытьем, так катаньем возьмем.
Вы убили Пламенного Слизня. Получено 240 очков Опыта.  
Ну‑ка? Уровень моба всего второй. Что же на третьем будет?
Но больше всего сейчас волновало другое. Рана на ноге, полученная от этого склизкого дурака, покраснела и покрылась волдырями. Пугало еще, что ткань штанов вокруг язвы точно оплавилась. Получается, в слюне слизней кислота какая‑то?
Открыл книгу, почитал на всякий случай об "Огненной лихорадке"
Болезнь "Огненная лихорадка". Переносится слизнями и вивернами. При длительной продолжительности отнимает силы и выносливость. Лечится свитком полного исцеления, зельем очищения и благосовением жрецов светлого Бога Фиорела. 
Блин. Жизнь пока не убавлялась, но думаю, это вопрос времени. Хорошо, что у меня есть знакомый администратор, который предварительно уговорил потратить деньги на мензурки с целебной жижей. Итак, вуаля – я достал зелье очищения, открыл пробку и залпом выпил. На вкус, как немытая соседка с нашего первого этажа. Наверное…
Вы исцелились от болезни "Огненная лихорадка". 
Рана на глазах стала затягиваться. Ничоси, и делов‑то. Конечно, не окажись у меня нужной вещицы под рукой, пришлось бы туго. Вообще, новичку, не читавшему гайд по игре и сразу поспешившему на прокачку, тут несладко придется.
Что мы извлекли сегодня? Никогда не начинай читать книжки на свежем воздухе, не разведав обстановки. Милый пикник у раскидистых деревьев может закончиться какой‑нибудь неприятной болячкой, которую можно исцелить не всеми подручными средствами. Кстати, говорилось еще о благословлении Бога Фиорела. Получается, у всех Перворожденных свои плюшки. Забавненько.
Вторая регза далась сравнительно легче. Позади осталось пять Огненных Слизней и один Пламенный. Последний, как я понял, что‑то вроде мелкого босса, охраняющего гриб. Интересно, когда прокаченные игроки возвращаются за этим квестом, потому что на начальном этапе с нулевой или единичной наблюдательностью выполнить его нереально, Слизень так и остается второго левела или тоже повышается соразмерно претенденту на выполнение задания?
В любом случае, Пламенный засранец врасплох меня теперь не застал. Дита с упорством, достойным лучшего применения, кричала, что талант Блокировка не может быть повышен из‑за низкого уровня способности Защита, но я игнорировал мою сладкоголосую сирену. Как‑то мне ветка Ловкости намного больше нравится, чем сила и связанное с ним рубилово в ближнем бою. Прикуплю при случае лук или отравленные метательные ножи, заделаюсь ниндзя‑убийцей, грозой всех Слизней и прочей бесполезной гадости.
Хотя, конечно, это я погорячился. Определенно, моллюски что‑то давали, не шмот, конечно, но нечто ценное. Вот только мне не хотелось лазить у них во внутренностях в поисках "вкусняшек". Тем более, неизвестно, могут ли они заразить после смерти лихорадкой или нет. Лучше побережемся. Долго размышлять над горой муцина, при жизни бывшего грозой всех персов первого уровня, мне не дали. Маленький Слизняк выполз откуда‑то из леса и сагрился на меня. Ну куда ты лезешь, мелочь пузатая?
Я был настолько уверен в своих силах, что вместо выставления щита попросту отпрыгнул в сторону. Слизень пролетел прямо, выжигая за собой траву, и стал разворачиваться. Но мне было не до него, Дита открывала мне новый мир – без боли, болезней и повреждений.
Открыт талант Уклонение. 
Если его раскачать по полной, то в меня хрен кто попадет. Я аж задрожал весь от нестерпимого желания вложить все очки способности в эту ветку. Как говорил красивый и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил: "Спокойствие, только спокойствие". Я уже узнал, к каким болезням ведет чтение книг в небезопасных локациях. Конечно, не к венерическим, но все же… Даю себе зарок раскидывать статы и читать информацию только в деревнях и городах.
БАМ, БАМ, БАМ – стучался Слизень в щит, а я, пока отработанными движениями сносил ему пункты жизни, думал о новом таланте. Фиг знает, как называется способность, но к гадалке не ходи, привязана она к Ловкости. Значит, этот навык у меня будет основным. Даже интересно – всю жизнь за магов гамал. Я себя невольно одернул – теперь‑то это уже не игра.
Вы убили Огненного Слизня. Получено 40 очков Опыта. 
Я вытер меч о траву. Не выпуская его из рук, другой вытащил книгу с картой, изредка посматривая по сторонам – не приближается ли кто. Где там третья часть задания? Ага, совсем недалеко. Интересно, успею повыситься до пятого уровня? Ладно, война план покажет…
Вы выполнили задание "Через тернии к регзам". Вернитесь к Эдегару за наградой.  
Я аккуратно положил гриб, ежесекундно меняющий цвет, в рюкзак и побежал что есть мочи по тропинке к Файворе. Возродившиеся Огненные слизни пытались некоторое время преследовать мою скромную персону, но куда этим медленным моллюскам против бегуна пятого уровня.
Блин, жалко, сам на четвертом левеле застрял. Перед третьей регзой подбил еще семнадцать мелких соплежуев и одного Пламенника. Еще бы часок, и точно апнулся, но в Верравии смеркалось. А оказаться ночью одному, да еще в открытой для всех мобов локации – нет уж спасибо.
А жрать‑то как хочется, конечно, съел утром слоновью порцию Эдегаровского омлета, но это когда было? Теперь в животе шли какие‑то бурные демонстрации и акции протеста. Нет, с питанием надо что‑то решать. Так и до язвы недалеко. Надеюсь, несколько минут мой пищеварительный тракт потерпит, просто давно уже руки чесались. Где же ты моя ненаглядная книжечка?
Персонаж: Крил. Уровень 4. 
Раса: Человек. 
Сила:  10, Здоровье: 110 (+10 достижение "Вивисектор") 
Защита: 1, Блокировка: 1, Грузоподъемность 125 (+25 % базовый навык) 
Интеллект:  1, Мана: 10. 
Красноречие: 1, Остроумие: 0 
Наблюдательность: 1, Травничество:1 
Выносливость:  28, Бодрость: 280 
Ловкость:  5 
Гимнастика: 5, Бег: 5, Акробатика: 5. 
Сноровка: 1, Уклонение: 1 
Опыт 1880/2121 
Уровень брони: 30 
Свободных очков навыков: 2, очков способностей: 5 
Уклонение открыло Сноровку, которая привязана к Ловкости. Все, как я и предполагал. А Выносливость с каждым уровнем продолжает качаться, даже обидно. Эту бы атомную энергию да в мирное русло. Ну хотя бы даже на Силу. Ладненько, не время посыпать голову пеплом. Надо навыки повысить.
Хорошо, что тут думать особо нечего. Интеллект я качать буду, там точно много всяких сладостей и приятностей. Но основной веткой все же сделаю Ловкость. Так‑с, кинул по одному очку туда и туда. Интеллект теперь 2 – ну прямо вундеркинд среди идиотов, а вот Ловкость подросла до 6.
Теперь способности. Гимнастику повысил сразу, над ней даже не размышлял. Я же хочу летать, как ветер, а не едва перебирать ногами. Куда бы еще запульнуть? Можно вложиться полностью в Сноровку и качать Уклонение. Думаю, так и поступлю. Только хоть на один Красноречие в Интеллекте подниму, мало ли, вдруг пригодится.
Итого Красноречие – 2, Сноровка – 3.
Понимаю, что четвертый уровень – это лишь грязь под ногтями, но меня распирало от собственной значимости. Интересно, какую награду Эдегар приготовил за чудо‑грибы?

Услуга 

Вы съели жареную ногу Остроклюва. Следующие три часа сила увеличена на 20 пунктов. 
– Ты уж извини, нормальные продукты кончились, – прогундосил Эдегар. – Пришлось готовить из того, что было.
Остроклюв оказался нечто средним между уткой и курицей, правда, отдавал полынью. Но не в моем положении иждивенца было привередничать. Слопал за милую душу, единственное что – добавки не попросил.
– Держи свои рёгзы, – вытащил я не успевшие изменить цвет и оттого заметавшиеся в спектре грибы.
– Ты их достал! – возликовал Эдегар.
Странный такой, конечно достал. Сам же задание дал. Или он просто один и тот же квест раздает налево и направо, потому что никто выполнить не может? Ладно, гуляй рванина, пока барин позволяет. Рёгзы перекочевали из моих тонких аристократических ручонок в грубые лапища Эдегара. Лесоруб бережно завернул их в тряпку и отложил в сторону.
– Ты не представляешь, как я рад. У меня есть товарищ в столичном Веселом Доме, и я давно должен был привезти ему десять рёгз. Мне не хватало как раз трех, чтобы выполнить просьбу. Я очень благодарен тебе, держи.
На столе появилась стопка золотых монет. Раз, два, три… девять. Трешка за штуку, неплохо. Видимо, не такие простые эти грибы.
– Понимаешь, сами рёгзы не вполне законны.
Вот это поворот. Что ж ты Эдегар, драмановская твоя морда, меня под монастырь подводишь? Я ж законопослушный гражданин, даже условки нет, а мне теперь нарисуют, сколько захотят, и посадят в императорские темницы. И Костя хорош – даже бровью не повел, когда за рёгзами отправлял.
– Не боись, Эдегар, я могила.
Ваши отношения с Эдегаром улучшились. Теперь вы Приятели. 
– Ты хороший парень. Надеюсь, мой щит тебе пригодился.
– Еще как пригодился. Без него бы меня к ночи легче было замазать, чем отскрести.
Получен талант Остроумие, уровень 1. 
Эдегар ухмыльнулся. Но я увидел в его глазах смешанное чувство сожаления и стеснительности. Так вот оно что! Ему щит жалко? Да нет, насколько я успел узнать лесоруба, он кто угодно, но не жлоб. Скорее, вещица что‑то для него значит. Ну действительно, это же подарок отца. Хочет вернуть, но не говорит. Гордая птица.
– Слушай, Эдегар. Щит мне пригодился, но больше не нужен. Так что забирай, хорошо?
Все равно я решил, что ближний бой вообще не мое. Куплю дальнобойное оружие, стану Робин Гудом и Вильгельмом Теллем в одном лице. Деревяшка на руке будет только мешать. А лесоруб поплыл, смотрит на меня коровьими глазами, слово вымолвить не может, зато оживилась Дита.
Ваши отношения с Эдегаром улучшились. Теперь вы Друзья. 
Странная какая‑то неизведанная и темная НПС‑ная душа. Сначала щит отдает, потом жалеет. Хм, а может все дело в том, что алгоритмом в нем заложено помогать живым игрокам, но вот Искусственный Интеллект за другую ниточку цепляется – историю с отцом. Хоть и выдуманную, но для лесоруба единственно возможную. Вот такой конфликт и легкая шизофрения. Интересная догадка, надо будет подумать и поразмышлять позже.
– Спасибо тебе, Крил, спасибо. Отдал щит, а у самого потом кошки на душе скребли. Может, по маленькой?
Я посмотрел на стаканы – что у драмана по маленькой, то человеку смерть от алкогольного отравления. Нет уж, спасибо. Да и набегался за день, сил никаких нет. Надо найти тут какое‑нибудь зелье, чтобы выпил – и бодряком.
– Нет, Эдегар, как‑нибудь в другой раз. Мне бы сейчас только поспать.
– Да, да, конечно, ложись на мою кровать, а я за занавеской посплю. Давай, давай.
Не в силах сопротивляться дружескому драмановскому гостеприимству я лег на кровать хозяина и почти сразу заснул.
Утро встретил в одиночестве. Постель Эдегара, бывшая недавно моей, была смята, завтрака на столе не наблюдалось. Странно как‑то, не похоже на лесоруба. Или это своеобразный бонус к дружбе с драманом? Ладно, навещу трактирщика.
На улице оказалось также неспокойно, как и на душе: небо укуталось в серую простыню туч, дул холодный сильный ветер, на лоб упало несколько капель дождя. Странная погода, словно вчера еще было лето, а теперь поздняя осень. Лишь неуместная зелень не вписывалась в быстро изменившиеся метеорологические условия Верравии.
В трактире было так же глухо, как в моей общаге во время каникул. Похоже, я единственный, кто сюда вообще заходит. Хотя объяснимо, вряд ли кто из игроков испытывает проблемы с голодом, – да и рубятся они от силы несколько часов, а мне приходится жить. Конечно, можно рассчитывать на какого‑нибудь гурмана, но в этом месте вряд ли их бывает много. Трактирщик, впрочем, заметив своего главного бюджетообразующего клиента, не ломанулся навстречу с кокошником и караваем. Лишь лениво кивнул, как старому знакомцу. Ну хоть что‑то.
– И тебе не хворать. Послушай… Крейнлинг, ведь у тебя есть нормальная еда, а не та бодяга, который ты кормил меня в прошлый раз?
– Я не знаю, что люди называют нормальным. Очень расплывчатое понятие.
Ну началось. То есть у них еще и главный по чашкам и бутылкам НПС философ? Держите меня семеро.
– Что заказывают игроки? Не в общем, и не первый раз попавшие сюда, а знающие толк в еде.
Я заметил, что мой вопрос разочаровал драмана. Казалось, ему доставляло истинное удовольствие измываться над бедолагами, попавшими сюда.
– Их вкусы обычны и непритязательны, – ответил Крейнлинг. – Яичница с мясом рыкунов и что‑нибудь сладкое на десерт.
– Присоединяюсь к непритязательному и тупому большинству. Неси!
Рыкуны на вкус оказались вполне себе неплохим беконом, а венгерка с творогом вообще превзошла все ожидания. За такое не жалко отдавать 14 монет серебром. Тем более Дита сразу зашептала о бафах, последовавших после вкусного и сытного завтрака.
Следующие четыре часа сила увеличена на 20 пунктов. 
Следующие три часа бодрость увеличена на 15. 
Вот это да! Похоже, чем разнообразнее пища, тем сочнее плюшки! Ладно, теперь не помешает прибарахлиться.
Файвору я знал уже относительно неплохо, поэтому дом оружейника, бывшего одновременно и бронником, нашел без труда. И вот тут меня ждал сюрприз. Я настолько привык, что деревня наполнена драманами, но НПС‑фейра, да еще на таком месте – выглядел забавно. Ведь каждый оружейник, как правило, кузнец… Хотя что я удивляюсь? Магию же для поднятия огромного молота еще никто не отменял.
– Доброго дня в хату. Броней не богаты?
– Приветствую, – вежливо ответил (или ответила, хрен их разберет) фейра, навострив свои огромные уши и пошире распахнув глаза. – Погляди внимательнее, путник. Все по умеренным ценам.
Я осмотрел открытые шкафы с широкими полками – мифриловые нагрудники, стальные наплечники с золотом, адамантовые сапоги. Мда… Я точно в Файворе, а не в столичной лавке "Все по 100 золотых".
– Уважаемый, а у вас обычная перчатка стоит, как крыло от Боинга. Есть что‑нибудь для обычного пролетариата, более доступное?
Получен талант Остроумие, уровень 2 
Ваши отношения с персонажем Бройлег незначительно улучшились благодаря таланту Остроумие. 
Ну хоть узнал, что фейра – мужик. Бабу ведь Бройлером, то есть Бройлегом, не назовут.
– Так бы и сразу сказал, что ты не из тех игроков, которые сорят деньгами направо и налево, – усмехнулся оружейник. Ах, ну точно, тут же кругом проклятые донаты. – Для своих у нас и товар поинтереснее, и цены реальные.
Фейра два раза хлопнул в ладоши, и стена вдруг разошлась, обнажив еще один шкаф, больше и основательнее своих собратьев. На первый взгляд, тут лежало совсем незначительное тряпье, но если присмотреться, были интересные штуки:
Капюшон вора  
+ 3 к Скрытности 
Уровень брони: 0 
Вес: 0,5 кг 
Кожаный жилет Гонца  
+ 2 к Уклонению 
+2 к Бегу 
Уровень брони: 20 
Вес: 5 кг 
Малые перчатки Хапуги  
+ 3 к Стяжательству 
Уровень брони: 5 
Вес: 0,5 кг 
Потерянные штаны Гройке  
+ 2 к Уклонению. 
Уровень брони: 10 
Вес: 2 кг 
Крепкие сапоги Преступника  
+ 1 к Бегу 
+ 2 к Акробатике 
Уровень брони: 10 
Вес: 5 кг 
Посмотрел я на это добро и вдруг пожалел, что отдал эдегарский щит обратно. Брони легкое шмотье особо не давало. Конечно, можно было нацепить тяжелый доспех, тем более вон он лежит:
Шлем доблестного стражника  
+ 2 к Эгиде 
+ 3 к Заслону 
Уровень брони: 30 
Вес: 15 кг 
Если уж шлем весит 15, сколько же тогда нагрудник? Ладно, будем развиваться в сторону Уклонения, чтобы никто не проверил, какая у нас там степень брони. Тем более я тут увидел загадочные таланты, которые у меня еще не открыты: Скрытность и Стяжательство. Зуб даю, без моей любимой ловкости тут не обошлось.
– Так‑с, Бройлег, – вот еще одна странность, обычно у меня на имена память примерно такая же, как у коровы способности к начертательной геометрии, но как звали фейру запомнил. – Будьте добры, мне кожаный жилет Гонца, одну штуку; портки великолепного Гройке, долгих лет ему жизни, кем бы он ни был; крепкие сапоги Преступника, малые перчат… Хотя погоди. Мне же еще оружие надо. Тогда так: пока жилет, сапоги и штаны. А там посмотрим.
Это я вовремя тормознул. Покупка обошлась почти в восемь золотых. А мне ведь надо вместо меча, который без щита теперь ни к чему, приобрести лук. Так, у меня остался золотой и четырнадцать монет серебром. Негусто.
– Слушай, Бройлег. А что ты можешь мне предложить за этот великолепный и уникальный в своем роде меч?
Открыт талант Вранье. Начальный уровень 1. 
И ничего я не врун. Меч действительно уникальный в своем роде. Лично у меня только один такой.
– Ну придется немного доплатить, впрочем, смотри.
Малый лук Скорби  
Урон 3–8 
Скорость стрельбы: 35 
Урон от яда: 2–5 
Составной лук Боли  
Урон 4‑12 
Скорость стрельбы: 31 
Эффект: легкое оглушение от стрел. 
Крутье! Только я интуитивно понял, что на эти радости жизни моих оставшихся денег не хватает. Поторопился с одежкой.
– Бройлег, а есть что попроще?
Если вы хотите увидеть, как можно упасть в глазах негуманоидной расы раз и навсегда, то признайтесь фейре о своей платежной несостоятельности. Бройлег ничего не сказал, но фиолетовые глаза источали презрение.
Охотничий лук  
Урон 2–9 
Скорость стрельбы: 26 
Мда… Плюхнули мордой в навоз, но делать нечего.
– Обмен? – с улыбкой счастливого идиота, спросил я.
– С тебя еще пятьдесят монет серебром.
– Дорогой Бройлег, у меня только двадцать.
– Есть, я видел…
– Бройлегушечка, то не мои деньги, а сводного брата сестры моей матери по отцовской линии. Одолжил на один день, теперь спешу вернуть. Ты же понимаешь, с родней нельзя портить отношения.
Открыт талант Торговля. Начальный уровень 1. 
– Ладно, по рукам.
Вот и славненько. Говорят, нельзя и рыбку съесть, и сковородку не помыть. Что ж, я буду очень к этому стремиться. Обновки надел прямо при фейре, все равно ниже падать уже некуда. Итак…
Персонаж: Крил. Уровень 4. 
Раса: Человек. 
Сила:  10, Здоровье: 110 (+10 достижение "Вивисектор") 
Защита: 1, Блокировка: 1, Грузоподъемность: 125 (+25 % базовый навык). Текущая: 15,5 
Интеллект:  2, Мана: 20. 
Красноречие: 2, Остроумие: 2, Торговля: 1, Вранье: 1 
Наблюдательность: 1, Травничество:1 
Выносливость:  28, Бодрость: 280 
Ловкость: 6  
Гимнастика: 6, Бег: 8 (+3 от предметов), Акробатика: 6 (+2 от предметов) 
Сноровка: 3, Уклонение: 5 (+4 от предметов) 
Уровень брони 40 
Свободных очков навыков:0, очков способностей: 0 
Уже неплохо я по талантам Гимнастики поднялся. Еще бы таинственные Стяжательство и Скрытность открыть, но это успеется. Порадовало, что как только подумал про то, сколько у меня весят все вещи, так тут же они отобразились. Остался у меня один золотой доллар тридцать четыре серебряных цента. Негусто, но всяко лучше, чем у незадоначенных новичков.
Блатной походкой, важно покачивая плечами и высоко поднимая ноги, обутые в новые сапоги, я неторопливо двинулся к дому Эдегара. Представляю, как сейчас удивится драман, увидев меня в новом амплуа. Получилось не только модно и молодежно, но и практично – вложился в Бег, Уклонение и Акробатику. Самые нужные навыки для выживания.
Но Эдегар не всплеснул руками, не цокал от восхищения языком, не кривил рот и не кивал одобрительно. Лесоруб ничего не сделал, потому что в хижине его по‑прежнему не было. Что‑то мне начинает это не нравится. Я несколько раз прошелся взад‑вперед, пока не наткнулся на белеющий айсбергом посреди воды листок на столе, исписанный корявыми закорючками.
"Крил, мне пришлось спешно уехать. Появились проблемы… В общем, неважно. Суть в том, что я не смогу доставить грибы своему товарищу в столицу. Я понимаю, что ты и так слишком много для меня сделал, но, клянусь Бейрешем, это в последний раз. Моего приятеля зовут Тертил, он владелец Веселого Дома в столице. Эдегар". 
Я не понял, а чего Дита молчит? Где ее расчудесный голос, предлагающий взять мне задание? Или это не квест, а личная просьба Эдегара? Мда, чем дальше, тем страннее и чудесатее… За лесоруба я все понял, назвался груздем – лечись дальше. Впрочем, тут ничего удивительного. Если даешь из себя веревки вить, то все окружающие начинают воспринимать это не как доброту, а как данность. Надо будет с Эдегаром поговорить по этому поводу. Когда он вернется…
Все бы хорошо, но в столицу мне совсем без надобности. Это тут мобы слабенькие и глупые, все‑таки нуболокация как‑никак, а что там будет, кто знает? Хотя точно есть один человечек, который общее представление имеет.
– Костя! Керрик!
Ответил мой приятель сразу, точно только и ждал, когда с ним заговорю.
– Привет. А я все жду, когда меня наберешь.
– А сам чего?
– Так пробовал. Без особых результатов. Вообще с тобой ничего не понятно, два дня все нормально было, а теперь ведешь себя, как вирус. Информация о тебе по серверу сама перемещается, на связь выходишь, когда сам захочешь.
– Я надеюсь, вы антивирусами меня лечить не будете.
– Нет, только подорожниками, – хохотнул Костя. – Так я что хотел. Тебе по‑хорошему валить надо из деревни. Лучше всего в столицу.
– С чего это еще?
– Хороших новостей по‑прежнему нет, наше начальство подключило людей из силовых структур, но результат нулевой. Похоже, твой профессор не такой простой, как казался.
– Ну а столица тут причем?
– Понимаешь, как бы мы ни старались, но долго удерживать информацию, что в игре живой человек, не сможем. Так или иначе, она просочится. В Файворе ты на виду, тебя легко заметить. К тому же уровень стражи тут не такой высокий, как в столице. Если вдруг высокоуровневые игроки решат устроить на тебя рейд, они сметут деревню со всей охраной.
– А зачем им на меня охотиться?
– От скуки, от любопытства, от желания стать первым, кто убьет живого человека в игре. Адекватных людей много, а неадекватных еще больше. Если бы знали точно, что вытащим тебя завтра, то я бы даже не парился. Понимаешь?
– А какова вероятность того, что я не погибну во время путешествия в столицу?
– Не погибнешь. Мобы расположены вдалеке от дороги, высокоранговые игроки из столицы в Файвору не бегают, незачем им. Просто не сходи с дороги и не останавливайся. Бегун ты уже, вроде, ничего. Ну что скажешь?
– Звучит разумно. Тем более меня Эдегар как раз в ту сторону послал.
– Как? – искренне удивился Костя. – У него же на столицу нет квестов.
– Квестов нет, а просьбы есть. Да там ничего особенного.
– Темнишь.
– Темню, – признался я. – Но вы ведь сами навпихали невпихуемое в своих НПС, теперь кушайте полными ложками. Да не бойся, там ничего такого. Просто пообещал Эдегару не трепаться.
– Кирилл, он программа, не более. Да, умная, самообучаемая, но на этом все.
– Ладно, – решил я сменить тему разговора. – Тогда чего, топать в столицу.
– Только не топать, а бежать, – поправил Костя. – Как доберешься, выйди на связь. Ок?
– Заметано, – отключил я Керрика.
Что ж, в столицу, так в столицу. Я порыскал под кроватью, куда вчера Эдегар засунул небольшой сверток с рёгзами, закинул грибы в вещмешок и легкой трусцой направился к северным вратам. Опять в голове появилась дурацкая уверенность, что надо туда. Мда, помнится в последний раз эта дорога не принесла мне особого удовольствия. Надеюсь, воскресший адепт Огулиса не держит на меня зла, и мы мило поговорим о вступлении в его секту.
Но и тут ждал облом. Видно, наложил на меня кто‑то баф одиночества, потому что тот драман, недавно оголтело бежавший за мной, не респаунился. Блин, а сколько дней‑то прошло? Он что, появляется раз в неделю, или чего еще доброго в месяц?
Лес постепенно расступался, полумрак истончался под натиском света, из‑за плотной серой завесы наконец выглянуло солнце. На последнем рубеже соснового бора, на краю выжженной опушки, важно скользила, каждый по своему маршруту, восьмерка Огненных Слизней. Так… А не поднять ли мне прямо сейчас уровень? Сколько там оставалось опыта? 241. Мне за семерых дадут 280. Такс, где там мой мега‑лук?
Хорошо, что тут не нужен особый навык для обращения с оружием. А то бы было совсем плохо. Надеюсь, кстати, стрелы не заканчиваются.
Фьють… Слизень заревел и побежал, точнее усиленно пополз в мою сторону. Фьють… Расстояние сокращалось быстрее, чем умирал мой моллюскообразный друг… Фьють… Блин, слишком много времени уходит, чтобы достать стрелу из тула. Фьють… Огненный Слизень был уже совсем рядом… Фьють.
Внимание. Получено 12 урона.  
Вы заразились болезнью "Огненная лихорадка".  
Твою ж за ногу! Я схватил стрелу и стал тыкать наконечником в морду Слизню, ну или туда, где по моим представлениям должна была быть морда.
Внимание. Получено 11 урона. 
Больно‑то как. Хорошо хоть, кожаная одежда в отличие от штанцов, выданных Эдегаром, слизь выдерживала. Ну да, они же колдунские‑расколдунские. Только прочность портков меня сейчас не радовала.
Внимание. Получено 14 урона.  
Сходил, блин, в столицу. И людей посмотрел, и себя показал. Если так пойдет, то я рискую стать всего лишь навсего номинантом на премию Дарвина. Убит мобом первого уровня.
Вы убили Огненного Слизня. Получено 40 опыта.  
Фуф, выдохнули. Значит так, тактика – говно, мой лук тоже. Вернее не он, а скорость, с которой я вытаскиваю стрелы из колчана. Что делать? Поворачивать назад, возвращать меч и брать у бронника щит? Но ведь играют же как‑то за лучников. Значит, надо попросту что‑то придумать.
А почему бы… Я нечасто мог похвастаться гениальными идеями, но сейчас был именно такой случай. Интересно, прокатит или нет? Ладно, попробую. Но если Слизень снова доберется до меня, то надо все бросать и валить обратно в Файвору. Рисковать глупо. Я вытащил с десяток стрел, воткнул перед собой в землю, встал на колено и прицелился в ближайшего моба. Ну, погнали.
Огненный моллюск рухнул в трех метрах от меня. Поздравляю, Кирилл Алексеевич, Нобелевскую премию, вам, конечно, не дадут, но пирожок с полки можно смело брать. Вот и Дита также считает.
Открыт талант Скорострельность. 
Блин, обещал себе, но не удержался. Отошел чуть назад, чтобы ненароком никакого Слизня не сагрить, открыл книгу, но все равно по сторонам посматриваю.
Ловкость – Тренировка – Скорострельность. 
Скорострельность. Увеличена скорость стрельбы из лука. 
Ну, все понятно. Америку никто не открыл. Эх, дорогая моя Ловкость, дай‑ка я тебя расцелую.
Остальные мобы пошли как по накатанной. Я даже на радостях пожалел восьмого, когда получил пятый уровень. Здоровье вновь восстановилось до ста десяти, плохо у меня, конечно, с ним. Словно услышав мои мысли, Дита оживилась.
Вы повышаете навык Выносливость, но не используете навык Сила, к которому привязано количество здоровья. Один раз за игру вы можете самостоятельно поменять привязку Здоровья на Выносливость. Повторное возвращение прикрепления Здоровья к Силе может быть осуществлено лишь в Храме Вечного Упокоения и будет стоять 10000 золотых. Привязать Здоровье к Выносливости? 
Дита!! Что же ты раньше молчала? Вот и окажется, что никакая Выносливость не бесполезная. Да, да, да, тысячу раз да!
Текущий уровень здоровья 290. 
Уф, в три раза почти! Ну, теперь хоть голыми руками слизней дави. Да, действительно полное погружение, только подумал, а тебе ИИ уже подсказывает, как лучше поступить.
Так, свободные очки навыка… Не буду заморачиваться, плюс на Ловкость, и того 7, а все очки способности на Тренировку, и того 3. Может, конечно, поторопился, накидал на эйфории, ну ничего. Пусть Скорострельность качается.
Дальше я летел, словно Бег был не на восьмерке, а на всей тридцатке. Дорога петляла, извивалась вдоль камней, проворно взбиралась на пригорки и холмы, пряталась среди оврагов и ложбин, вытягивалась ровной скатертью по полям и лугам. Хорошо природу проработали, ничего не скажешь. Очень похоже на Россию, если не брать во внимание нескольких пролетевших птеродактелей и слишком зубастых волков, размером с откормленного теленка. Но на мобов я особо не смотрел, крепкие сапоги Преступника мчали меня все дальше и дальше, навстречу к столице острова Тойрин, четвертой провинции Верравии.
Лишь когда дорога разошлась змеиным языком в две стороны, я остановился передохнуть. Бодрость была уже почти на нуле, поэтому можно было осмотреться и утереть пот со лба. Так‑с, правая тропа с еле виднеющимися мощеными булыжниками под плотным покровом колючек и сорной травы вела к высокому и широкому угорку с руинами. Да и руины – одно слово. Лишь высокая и широкая стена. Развалины такие старые, что вряд ли там обитают скелеты или приведения. А так с возвышенности можно осмотреться.
Я без опаски направился к стене. Все вокруг видел, все контролировал. Мобов нет, вражески настроенных НПС тоже. Не учел я только одного. "Верравия" была все‑таки многопользовательской игрой. Поэтому выросшая в пятнадцати метрах передо мной огромный голгора явилась неожиданностью. В расе ящерицы я не сомневался – желтые с вертикально вытянутым зрачком глаза, почти человеческие пальцы, разве что вместо ногтей маленькие кинжально‑острые когти, широкие пружинистые ступни и гладкая песчаного цвета чешуя.
Я рванулся в сторону, вытаскивая лук, но голгора сделал едва уловимое движение руками, наклонив корпус вперед – показалась веревка, которая мгновенно ковбойским лассо стянулась на моем корпусе. Куда там удержать равновесие, когда тебя резко тянет к себе огромная ящерица, у которой в нескольких десятках поколений выработался инстинкт убийцы и смертельного соперника…
Внимание. Вы оглушены!  
Колючки царапали лицо, небо то и дело загораживала трава, а я не мог пошевелиться, с равнодушием стоика следя за происходящим. Лишь когда перед моим лицом появилась довольная морда ящера с рядом острых маленьких зубов, по телу побежали мурашки.
Спасибо Эдегар. Удружил. Никогда, никогда больше не заведу себе друга среди драманов и уж тем более не буду выполнять их дурацкие поручения. И Костя тоже хорош, дорога безопасная. Блин, хотя сам виноват, говорили же с дороги не сворачивать. Форменный идиот… Голгора щелкнул пастью, и все мысли вдруг улетучились.

Локтр из зе кэпитал оф грейт Тойрин 

В принципе, я люблю, когда меня трогают. Не в час пик в вагоне метро, а, например, в темной комнате, когда прикасаются нежные и мягкие руки красивой девушки. Голгору с натяжкой можно было назвать симпатичным, даже по меркам пресмыкающихся. К тому же холодные хваталки, которые и на пальцы не были похожи, то и дело царапали кожу.
Да, тебе бы в полицию надо, а не в игрульки играть. Ишь как ловко прошелся по пустым карманам, перевернул на живот и стянул мешок. Я услышал, как зазвенели монеты. Вот ведь я молодец какой, приберег на черный день, лучше бы перчатки купил. Хотя какая разница. Сейчас и одежду заберет.
Точно прочитав мои мысли, голгора встряхнул меня, повернул обратно и попытался стянуть жилет. Но вот тут произошла странная штука. Едва ящер дотронулся до пряжек, вернее попытался дотронуться, как его руки, словно облитые маслом, проскользили дальше. Он пробовал снова и снова с упорством дебила‑склеротика, пока наконец не отшвырнул меня в сторону, нажал на левое запястье и щелкнул пальцами в мою сторону.
С вас снято Оглушение заклинанием Рассеивание. 
– Вставай давай, – щелкнул пастью голгора. – Поживее. И снимай с себя всю одежду.
– Ты не обижайся, но я не из этих.
– Я смотрю, ты шутник, – в руках ящера появился меч.
– Ладно, ладно, дружище. Давай только без нервов. Я делаю все, что ты говоришь, а ты меня отпускаешь. Ок? Я просто в такой заднице точку привязки закрепил, столько придется сюда топать опять. Будь человеком, а?
Со стороны, конечно, смотрелось комично – человек взывает к гуманности, обращаясь к ящеру.
– Снимай с себя всю одежду и положи рядом.
Да блин, как будто в шоу‑бизнес попал. Делать нечего, я стянул жилет, новенькие штаны и сапоги, положил все рядом со своим распотрошенным мешком. Дальше чего?
– Какого..?
Вопрос скорее был риторическим. Незнакомец (кстати, надо хоть имя его поглядеть) снова попытался взять одежку, только теперь с земли, но снова сработал эффект "масляных рук". Голгора яростно щелкал пастью и делал все новые попытки завладеть имуществом раскулаченного игрока, меня то есть, а я тем временем вгляделся в его чешуйчатое тело – Латрон, уровень игрока скрыт. 
Мои манипуляции не остались незамеченными, голгора проделал то же самое и рассвирепел еще больше.
– Что за…? – Похоже, что мой новый знакомый работает сапожником в порту, ни слова без мата. – Почему я не вижу твое имя? И почему лут не могу взять?
Меч угрожающе приблизился ко мне. Так, надо соображать быстро. Имя свое называть нельзя ни в коем случае. Это раз. Говорить правду, подавно. Это два. Стараться не раздражать этого неуравновешенного персонажа. Это три.
– Так сэкономил. Ты же знаешь, сколько виртшлем стоит. Вот я и заказал китайский и перепрошил. Отсюда все глюки. Ты бы видел, как у меня иногда текстуры прогружаются…
– Так ты нелегал, – челюсть ящера широко открылась. Похоже, он смеялся. – Конечно, я не буду тебя убивать. Потом же хрен найдешь такого. Я лучше тебя админам сдам, а?
Он вытащил кристалл, такой же, как у меня, и непонятно застрекотал. Я ожидал услышать голос Кости, но ему ответили на том же птичьем, то бишь голгорском. Конечно, нашел на что надеяться. Сколько всего там этих админов? Десятки, сотни. Хотя, вроде, моей скромной персоной сейчас занимаются все. По словам Кости.
Из раздумий меня вывела яркая вспышка, излучаемая кристаллом. Так, не понял, меня что, сканировали?
– Ну все, начинай прощаться с Верравией. Таким умникам, как ты, знаешь, что грозит? Вечный бан. Пробьют твои данные и навечно отлучат от игры. Хрен сюда попадешь.
Он снова раззявил свой мерзкий рот. Ох, глупая ты ящерица. Да я бы с радостью сам забанил себя в этой игре и вернулся обратно. И пусть никогда больше сюда не попаду – знаю, что при регистрации необходимо верифицировать свой аккаунт с помощью паспорта, дабы отсеять малолетних мажоров и конченых психов. Все же игра с пометкой 18+. Поэтому даже пользователям с левыми шлемами, приходится раскрываться – что само по себе большой риск. Только надо этому Латрону подыграть, будто я жутко напуган.
– Ну хорош, а. Зачем тебе это? Деньги ты забрал, отпустил бы и все.
– Да ладно, денег у тебя так, один вечер в кабаке каком‑нибудь зависнуть. И то, если сильно не шиковать. А тут какие‑никакие эмоции. Я еще никогда игрока не сливал.
– Одеться хоть можно?
– Валяй, – великодушно разрешила рептилия.
Да, редкостной сукой оказался этот Латрон. Странно, конечно. Богатый дядька, в Верравию бедные не играют, а такой мелочной фигней занимается – игроков обирает, подлянки устраивает. Ладно, его же гнилая душонка мне на руку сыграет – уж чего‑чего, а админов я не боюсь.
Интересно даже, в виде чего они здесь появятся? Грянет гром и меня поразит молния? Или разверзнется земля, поглотив незаконного игрока в недра верравийского ада? Все оказалось гораздо прозаичнее, хотя и не было лишено доли визуальных эффектов.
Несмотря на наличие аж двенадцати равнозначных самостоятельных богов, похоже, при создании игры некоторым были близки элементы скандинавской мифологии. Воочию я наблюдал валькирию, впрочем, с некоторыми поправками: вместо крылатого коня – видимый уже ранее птеродактиль, сияющее копье заменил массивный топор на длинном древке, а вместо шлема с крыльями – тиара поверх светлых волос.
Голгора оживился, яростно щелкая пастью, подхихикивая и переступая с ноги на ногу. Признаться, меня охватило чувство тревоги. Валькирия никак не выглядела добрым админом, призванным решать конфликтные вопросы. Скорее уж, истиной в последней инстанции, ставящей жирную точку.
– Кто Латрон? – сказала она, слезая с уродливой твари.
– Я, – заплясал перед ней ящер. – А вот он…
Договаривать голгора не стал – вообще трудно болтать, когда у тебя из груди торчит топор. Ящер ловко отпрыгнул в сторону, уходя от следующего удара, хотел бросить свое лассо еще раз, но не успел. Не знаю, как моя спасительница шинковала капусту, готовя щи, но с пресмыкающимся у нее получалось очень даже неплохо. Латрон сполз на землю, вытаращив обезображенные гневом глаза.
– Ты что ли посланник Бога?
Я посмотрел на свою спасительницу – высокий лоб, огромные рыбьи глаза, маленький рот. Странно, по пропорциям лица она не выглядела красоткой, но было в ней что‑то завораживающее. Бывает так – пожираешь глазами человека, разглядывая каждую линию или морщинку, не в силах отвести взгляд.
– Кто?
– Несколько минут назад в столице задание высветилось – посланник Бога попал в беду. Ему угрожает один из разбойников. Вот я первая, кто прилетел. Здесь скоро много народу будет.
А, значит все‑таки суетнулись админы. Не дали мне умереть, хотя способ какой‑то странный. Ушел из Файворы, чтобы не быть на виду, а теперь вдруг прославился на весь остров.
– Спасибо, Сетта, – ничего себе, у нее даже уровень не скрыт – 53, не шутки.
– Не за что, – валькирия всмотрелась в меня, удивленно приподняла брови, но ничего не сказала. – Держи, – она коснулась правой руки, и на ней осталась отметина в виде татуировки, какие‑то беспорядочно пересекающие друг друга линии. – Свяжешься со мной, когда до столицы доберешься. Мне ж за тебя задание надо сдать.
– Может, ты меня лучше проводишь?
– Ага, а потом и предложение сделаю. А кто тебя тут прикроет?
– В смысле?
Вместо меня ответил Латрон – он вдруг подскочил и кинулся на мою новую знакомую. Ах, вон оно что, переродился. Сетта несколько раз разрезала топором воздух, пока наконец снова не попала по ящеру. Круто махается – из груди моего недавнего насмешника бил темно‑бурый фонтан. Крови с него, как со свиньи, даже умереть красиво не может. Хотя все‑таки в бою ящер был ничего. Понятно, что первый раз его застали врасплох, теперь же он был собран и готов, как профессиональный боксер. Порхал, как бабочка, разве только не жалил, подобно пчеле, а кусал, как взбешенный ишак. Причем, в прямом смысле. Но недолго музыка играла, недолго Латрон танцевал – его безжизненное тело вскоре опять брякнулось на землю. Интересно, какого уровня ящер? Просто соотношение с Сеттой поглядеть. Та подлечила свободной рукой рану на шее – не понял, кто она по классу, паладин что ли – и снова посмотрела на меня.
– Не люблю голгоров с их базовым уклонением. Чего стоишь? Дуй, говорю, в столицу, я его задержу. Тут бежать‑то минут пять всего.
Первый раз я убегаю от понравившейся девушки. Ну ничего, у меня ее телефончик, то есть татуировка на руке, есть. Разживусь, приглашу куда‑нибудь отведать местных деликатесов. Блин, надо было деньги свои назад вернуть. Нет, возвращаться не буду. Прощелкал, так прощелкал.
Локтр и вправду оказался совсем рядом. Взобравшись на холм, я разглядел внизу массивные ворота, высокий замок посредине и раскинувшийся вокруг него город. Ну и ничего такого, красиво, конечно, готично, но на этом все. Внимание привлекали лишь два странных квартала. Первый – из длинных вытянутых кверху бежевых яиц, приставленных друг к другу, второй – так и вовсе вроде парка, утонувший в зарослях вьюнов, кустарников и деревьев. В этой странной роще загадочно мелькали красные и желтые огоньки. Надо узнать, что за место.
Великаны‑стражники на воротах проигнорировали появление первого в истории живого игрока в бело‑, вернее, в серокаменной. Но ничего, оно и к лучшему. Я никто и звать меня никак. Найду друга Эдегара, стрясу с него денег, да заживу тихой бюргерской жизнью.
Вы прибыли в Локтр, столицу Тойрина. 
Вот и Дита проснулась. Давно я тебя не слышал, дорогуша. Извини, теперь у меня новая фаворитка.
Вот уж где кипела жизнь, так это в Локтре. Про Файвору теперь и вспоминать было стыдно. Мою голову сразу же наполнили десятки голосов, предлагающих место в рейдах, торгующихся, праздно‑болтающих. НПС тут было несметное количество – они не просто ходили взад‑вперед или стояли у своих домов, а хитро посмеивались, некоторые вступали в перепалку с игроками, я заметил даже две едва начавшиеся и тут же, благодаря подоспевшим стражникам, закончившиеся драки. Да, это не нубское захолустье.
Я нырнул в волнующуюся и бурлящую толпу. Народ облепил деревянную доску, на которой висело несколько пергаментов.
– Интересно, какой бонус?
– И рандом тоже какой будет? Среди новичков будут разбрасывать или среди всех?
– А с чего ты решил, что среди новичков?
– Ну если Авгуру помощь понадобилась около столицы, то, по‑любому, нуб.
– Да это все фигня. Хорошо бы узнать, один Авгур будет или двенадцать – на каждого бога свой.
– Двенадцать, конечно.
– С чего Двенадцать? Там же сказано: посланник Бога, а не Богов. Должен быть один.
Я приблизился к пергаменту, о котором голосили игроки и начал получать информацию из первых рук.
"Вниманию игроков. В Верравии введен новый персонаж Авгур – посланник Бога. Авгур наделяется божественным просветлением и дарами Бога. Перворожденный сам выбирает Авгура из своих благочестивцев. 
Вниманию игроков. Авгур попал в беду, его насильно удерживает в плену разбойник‑голгора по имени Латрон. Координаты…. Освободившему Авгура выпадет уникальная возможность торговли в столице на всю неделю. Внимание: Авгур не должен умереть". 
Вот чего админы замутили. А может даже и сам Костик. Надо же, варит у них котелок. Я, получается, и есть тот самый Авгур? Странно, а почему Дита мне ничего не сказала. Открыл книгу, просмотрел, нет, пусто, как в бюджете Зимбабве. Ладно, щас выясним.
Я отошел подальше и нажал на татуху, любезно подаренную Сеттой. А пока она летит, можно и с Костей поговорить. Где там мой кристалл?
– Костя, привет.
– Офигеть, Кирилл. Ну как ты умудрился вляпаться? Я же сказал, бежишь, никуда не сворачиваешь.
– Так я и не сворачивал. Почти. Ты лучше скажи, чего не предупредил, что у вас тут такие гниды бывают. Из‑за копейки удавить готовы.
– Так мы пробили этого Латрона. Он лотерейщик.
– Скорее уж, лохотронщик. Что‑то я слышал про лотерею.
– Ну мы устраиваем периодически лотереи. Выигравшему – бесплатный виртшлем и доступ в Верравию.
– А на фига вам это?
– Так наш сайт заваливают предложениями по улучшению игры. В соцсетях после лотерей знаешь сколько репостов, больше чем голых женщин и котиков вместе взятых.
– Ну, похоже, я заимел врага‑лохотронщика. Может, его забанить как‑нибудь можно?
– За что? Он ничего не нарушал. Напал на игрока – да сколько угодно. Отобрал вещи и деньги – право сильного. Сам понимаешь…
– Значит, теперь придется оглядываться каждый раз. Ладно, а что за Авгур?
– Да мы сами толком еще не успели придумать. Надо было как‑то реагировать. Этот Латрон, он же Леша, Юрку набрал, а тот уже со мной связался.
– И чего, получается, каждый так запросто с админами может связаться?
– Нет, конечно. Только по важным вопросам. Если начинают эф эй кью узнавать или прочую лабуду, так мы для профилактики связь на недельку игроку обрубаем. Поэтому по пустякам не беспокоят.
– По Франкенштейну пока ничего?
– По профессору твоему? Нет.
– Понятно. Ладно, тогда я побег. У меня тут встреча деловая.
– Угу, – бросил Костя с таким видом, будто знал, какая там встреча. – Кстати, у тебя же денег нет на ночлег. Найди "Хрипящего Единорога", там можно бесплатно переночевать, если с хозяином договоришься.
– Принято. До скорого.
Ну и где же Сетта? Она уже на своем мохнатом чудовище должна была долететь. Надеюсь, с ней ничего не стряслось.
Подождал еще с полчаса. Толпа у доски объявлений постепенно стала рассасываться. Блин, так можно до вечера проторчать. Понажимал еще несколько раз свою татуировку, если в первый раз она еще загоралась, то теперь совсем ничего не происходило. Ладно, попробуем связаться позже. Так, первым наперво мне нужно к Тертилу из Веселого Дома. Отдам ему регзы, а он с деньгами подсобит.
Осталось кого‑нибудь спросить. Я стал оглядывать проносящихся мимо, пока вдруг не остановился на знакомом фейре – так и есть, Кобелюга собственной персоной. Только уже не третьего, а седьмого уровня.
– Привет.
– О, здорово – повернулись уши фейры ко мне. – Добрался‑таки до столицы.
– Добрался. Ты случаем не знаешь, где здесь Веселый Дом?
– А, так ты из кайфоманов, – разочарованно произнес Кобелюга.
– Да мне посылку доставить.
– Давай сюда свою книгу.
Я послушно исполнил просьбу. Но мой фолиант выскользнул из рук фейры примерно таким же образом, как куртка не желала даваться в лапы Латрону. Вот оно что, я баг. Получается, и мои вещи не могут быть переданы кому бы то ни было. Кроме золота. Его ящер преспокойно забрал.
– Странный ты, все не как у людей. Держи тогда сам книгу.
Он поднес свой кипсек с богатой обложкой и золотыми углами к моему скромному талмуду.
– О, сработало. Карту посмотришь, там есть твой Веселый Дом.
Значит, шмот мне менять нельзя. А вот деньги и информацию – сколько угодно. Интересно.
– Спасибо. Меня, кстати, Кирилл зовут.
– Приятно, – Протянул Кобелюга мне лапу. – Серега. Ладно, я побежал, ты, если что, в личку пиши.
Фейра убежал, а я так и остался стоять на месте. В личку пиши. Эх, Серега, Серега, если бы все так было просто. Ну ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. Сейчас бы до Веселого Дома добраться. Так‑с, чего там нам нарисовал доблестный Кобелюга.
Локтр делился на четыре зоны или округа. Место с домами‑яйцами – голгорский квартал, лес, обвитый плющом и вьюнами – обитель фейр, за центральным замком ютилось прибежище людей (где я и заметил знакомое название "Хрипящий Единорог"), а все остальное место отводилось драманам – как никак все‑таки их столица. Надо будет выяснить, какой смысл в этих округах. Чисто визуально подчеркнуть каждую расу? Вряд ли. Или создатели проявили себя, как самые милые расисты, отселив неарийцев подальше. Тоже маловероятно.
Сам город раскинулся двумя кольцами. Первое, громадное, приютившее в себе бесчисленное количество всяких магических лавок, кузниц, магазинов, хижин наставников (надо будет еще выяснить, это что за пердомонокль), порталов, я отбросил сразу. Надо, конечно, побегать поглядеть, но интересующего меня заведения там не было. Веселый Дом горделиво возвышался над всей остальной суетой во внутреннем кольце, где, по всей видимости, оказались здания побогаче и престижней. Туда и направимся.
Все‑таки прав был Костя, в большом городе на меня внимания никто не обратит, тут я никому не нужен. Мимо пробегали желтые, зеленые и даже синечешуйчатые голгоры, проносились маленькие большеухие фейры, громыхали доспехами суровые драманы, и мелькали разномордные люди – от писаных красавцев и моделей, до самых обычных мужичков с носом в виде картошки и пивным животиком. Все заняты своими делами, друг на друга не смотрят, копаются в вещевых мешках, разглядывают книги, выскакивают, точно ошпаренные, из магазинов.
Без особых приключений я добрался до трехэтажного особняка, уходящего буквой Г куда‑то за угол. Карта, любезно предоставленная Кобелюгой, била себя пяткой в грудь и клялась – именно это и есть Веселый Дом. Ну, как сказать, выглядел вообще довольно мрачновато, скорее Дом Скорби. Я подошел к покосившейся двери и уверенно постучал.
На пороге показался (о, чудо), человек‑НПС – Кейша, прочитал я имя. Ну, совсем неплохо, тем более для Веселого дома. Почти как гейша. Охранник лениво оперся на косяк и безразлично уставился на меня, не произнося ни слова. Я немного помолчал, предлагая моему визави начать разговор, но когда уже игра в гляделки порядком надоела, заговорил сам.
– Мне нужно увидеть Тертила.
– Вы записывались? – монотонным и блеклым голосом регистратора в поликлинике спросил охранник.
– Вообще нет, но меня попросил Эдегар. Он…
Я не понял, в какую долю секунды оказался внутри и как быстро захлопнулась дверь, но показалось, что произошло все молниеносно. Глаза не сразу привыкли темноте – совсем немного света падало лишь из оконца наверху, как Кейша накинулся на меня.
– Что орешь на весь город? В темницу захотел?
– Сдурел что ли? Чуть куртку не порвал. Чего я сделал‑то?
– Орешь об Эдегаре прямо перед замком. Еще бы внутрь зашел и прямо страже сказал: "Я от Эдегара".
– А чего не так? Его тут не любят что ли?
– Ха‑ха‑ха, надо знать, кто такой Эдегар, чтобы болтать такое.
Получено уникальное задание "Тайна Эдегара". Внимание, в случае выполнения задания, вы получите редкое достижение.  
Чего? Эдегар, который лесоруб, и вдруг какая‑то шишка в преступном мире? Час от часу не легче.
– Ладно, пошли к Тертилу. Он думал, что после того, как стражники поймали Шмыга, Эдегар больше не в деле.
Мы прошли несколько больших комнат Веселого Дома, и в моей голове начала складываться полная картинка о том, что собой представляет это заведение; в первой зале, с большим столом посередине и широкими диванами вдоль стены, отделенными друг от друга запахнутыми шторами, тут и там мелькали обнаженные девушки. Как ни странно, в основном люди, реже драманки. Видимо, секс с фейри и ящерами тут был все же не в чести. Далее располагалась курительная с длинными трубками, напоминающими кальян – вот только запах в помещении витал явно не табачный. Ее сменила игральная – с громкими потными картежниками, голгорами‑крупье (сдавалось мне, дело тут в их халявной ловкости), слившими наличность и теперь мирно попивающими густой белый напиток людьми. Потом было помещение с боями без правил, небольшое подобие кабачка с малюсенькими столиками и прилично одетыми НПС за ними (проклятый искусственный интеллект, развратили Тойрин), комната для отдыха – здесь лежали, сидели и валялись те, кто уже не в состоянии был веселиться.
Наконец мы добрались до лысого крепкого персонажа. То ли болеющего в детстве драмана, то ли кушавшего много морковки и других полезных витаминов человека. Глаза разглядеть не удалось, поэтому раса Тертила осталась загадкой. Не больно‑то и хотелось.
– Значит, ты от Эдегара? – звонко и задорно спросил он. Ну слава Богу, а то я думал, что проклятый ИИ всех НПС превратил в меланхоличных снобов.
– Да, он передал тебе рёгзы.
Я разложил грибы перед ним, и те заметались в палитре, стараясь слиться с местностью. Тертил порывисто схватил ближайший к нему, понюхал, закашлялся и расплылся в улыбке.
– Свежие. Хоть сейчас делай матуну.
– Это еще что за гадость?
– Вовсе не гадость, – чуть не вскочил на ноги Тертил. – Самый недооцененный напиток в империи. Ты, может, видел его: такой белый, наши игроки его часто пьют.
– Дайте угадаю, наркотик?
– Вовсе нет. Матуна успокаивает самых буйных, все проблемы и горести становятся такими эфемерными, нереальными.
– Ну я и говорю, наркотик. Ладно, давайте ближе к делу. Я же вам, получается, эти рёгзы принес. Шкурой своей рисковал. Так?
– Несомненно, – звонко и радостно ответил Тертил.
– Соответственно, хотелось бы нечто взамен.
– Ты прав как никогда. Пожми мою руку, отныне можешь обращаться по любому вопросу. Если смогу, как говорится, помогу.
Внимание. Вы достигли звания Знакомый Незнакомец у альянса Контрабандистов. Некоторые из них даже узнают вас в лицо.  
Это что, шутка? А деньги. Нет, я, конечно, не меркантильная сучка, готовая за "айфон" родину продать, но в кармане сквозняк гуляет.
– Тертил, а не одолжишь мне немного денег?
– К сожалению, я недостаточно хорошо тебя знаю. Давай встретимся и поговорим позже. Я могу предложить тебе любую девочку или выпивку.
Обращайся по любому поводу, значит. Вот ведь скотина такая. Спасибо, мне сейчас вообще не до сексуальных утех. Есть охота, да и остановиться где‑то надо. Я даже прощаться не стал. Прошел обратно, через все залы, угрюмо глядя на веселившихся, и оказался на улице.
Ну, осталась последнее место, где меня могут приютить. Я отрыл книжку и ткнул пальцем в желтый кружок с надписью "Хрипящий Единорог".

Бог Лени, великий, но не ужасный 

Едва я переступил порог таверны, как снаружи громыхнуло, и полил крупный дождь. Теперь, хочешь не хочешь, но надо из кожи вон вылезти, чтобы "договориться", как говорил Костя, с владельцем заведения.
– Приветствую вас, – раздался спокойный бархатистый голос, какому позавидовали бы многие конферансье. – Что вам угодно: комнату, ужин, или вы попросту заскочили промочить горло, пока на улице непогода?
Про поесть, это бы хорошо. Я оглядел респектабельное заведение с богато одетыми посетителями – еще бы, находился "Хрипящий Единорог" в самом центре человеческого квартала – и стал думать, во сколько же может мне обойтись тут ужин? Тридцать, сорок серебром? Хотя, с другой стороны, чего заморачиваюсь, денег у меня совсем нет.
– Мне бы комнату и пожевать чего. Только вот золото все порастерял. Слышал я, что с вами как‑то можно и без денег договориться.
Хозяин почесал свой толстый красный нос, хитро посмотрел на меня, и внутри проснулось недоброе чувство. Надеюсь, Костя не послал бы меня сюда, если бы знал, что придется делать кое‑что, способное ранить мою тонкую душевную организацию.
– Договориться, конечно, можно. Понимаете, я своего рода коллекционер.
Ну все, я так и знал. Перед глазами невольно предстал главный герой Фаулза, державший в своем подвале возлюбленную, которая почему‑то не отвечала ему взаимностью. Интересно, тут чего придумают?
– Я музыкальный человек. И всегда считал, что единственное, способное прожить в веках, – это творчество людей…
И Остапа понесло. На меня выливался поток обширной, но бесполезной информации: о важности стихов, но их нежизнеспособности и непопулярности; об особенностях музыкальной составляющей разных рас; о народной устной форме передачи информации. Короче, явно поработал над этим персонажем сумасшедший лингвист, научивший НПС растекаться мыслью по древу. Хотя ведь можно было сказать в двух словах – собирал мой новый знакомый (с цветочным именем Гиацинит) песни. Объяснил бы сразу: спой, светик, не стыдись, а не по мозгам полчаса ездил. Я в таком положении, что хоть ламбаду бы ему станцевал.
– Ну, значит, песня патриотичная, поется стоя, – объявил я сам себя, стараясь не смотреть на заинтересованно переглядывающихся и хихикающих посетителей. – Россия – священная наша держава, Россия – великая наша страна…
– Ах, я слышу ее несколько раз в неделю, – охладил патриотический пыл Гиацинит.
– Хорошо, хорошо. Щас… Вот, бутылка кефира, пол батона…
– Было, не так часто, но было.
Да что ж такое? Ладно, зайдем совсем с другого бока.
– Айв сиин зе ворлд, дон и тол хад май кэйк нау.
– Было, – зевнул Гиацинит.
И попса импортная не зашла. Ладно, надо думать, а не стрелять пушкой по воробьям, а то трактирщик уже теряет терпение. Так‑с, кто у нас играет в Верравию? В большинстве своем богатые взрослые люди или молодые мажорики, лотерейщиков в расчет не беру. Что слушают и, соответственно, могут петь первые? Шансон, "Любэ", народно‑застольные. Их с негодованием отметаем. Теперь мажоры – зарубежная и наша попса, рэп (слава Аллаху и Огулису вместе взятым, он обошел меня стороной), хотя вот "Чайфа" тоже, походу, исполняют. Значит, надо бить по уникальности.
– Ходила княгиня по крутым горам, ходила она с горы на гору, ступала княгиня с камня на камень, ступала княгиня на люта змея, на люта змея, на Горыныча. Кругом ее ножки змей обвился…
Если худо‑бедно начало я еще помнил, то потом некоторые слова пришлось вставлять скорее по смыслу, нежели в рифму. Да и мотив, думается мне, изначально был совсем другим. Ну уж, извиняйте. Исполнил, как смог.
– Чудесно, чудесно. Позвольте полюбопытствовать, что это?
– Древнерусская песнь.
– Изумительно. Просто изумительно. Вы по праву заслужили это.
Гиацинит протянул мне ключ.
Вы получили доступ к комнате под чердаком на двенадцать часов. 
– Может, вы знаете что‑нибудь еще из древнерусских песен? – заискивающей улыбкой кота из "Шрека" спросил трактирщик.
– Знаю, естественно, но соловья баснями не кормят, милейший.
– О чем разговор? Все, что хотите.
– Ну тогда…. Жил да был на земле храбрый человек Аника. Много он полонил, много он покорил царей и царевичей, королей, королевичей…
Балладу про Анику‑воина я знал ну совсем плохо, поэтому на второй минуте стал откровенно врать. Помнил лишь, что закончилось все не очень и он, вроде, умер, поэтому свел все к этому. Но неискушенный до Древней Руси Гиацинит был в восторге.
По прошествии получаса я завалился в каморку под самой крышей, по которой зло барабанил дождь, и кровать сразу прыгнула мне на грудь. Эх, хорошо. Гастроли прошли на ура – меня не только накормили, напоили и спать уложили, так еще заставили петь в кредит, то есть за счет завтрашних приемов пищи и ночлега. Конечно, прекрасно, но надо все‑таки деньгами разжиться.
Я потыкал на татуировку в надежде, что Сетта откликнется, что Сетта придет, что Сетта меня непременно найдет. Глухо. Ладно, тогда спать.

Разбудил меня настойчивый и громкий стук. Вроде обслуживание номеров я не заказывал. Я, как есть, красивый, молодой и в одних трусах, дарованных мне изначально создателями игры (надо, кстати, как‑нибудь обжиться нижним бельем), открыл дверь. На меня сердито смотрела Сетта.
– Я уж думала, ты помер, пока открывал, – ввалилась она в комнату.
– Взаимно, – принялся натягивать штаны я. Все‑таки хоть тело у меня атлета (в игре, понятно), невежливо стоять голышом перед девушкой. – Пропала, ни слуху ни духу.
– Ну, у людей же и реальная жизнь бывает, – уселась на кровать девушка. Все‑таки есть в ней что‑то завораживающее. – Ну чего, Авгур, сдавай квест.
– А как? – Я не знаю.
– Руку давай, – она взяла своими худенькими пальчиками мою лапу, и по телу пробежал ток. Интересно, это из‑за нее или задания?
Только мне Дита ничего не сказала. Ревнует, что ли? А вот лицо Сетты расплылось в улыбке.
– Чего, щедро отсыпали?
– Ты даже не представляешь. Двадцатипроцентную скидку на покупку всех товаров в столице в течение недели. А тебе?
– Ничего. У меня и не высветилось, что я этот, как его, Авгур.
– Странно, а ты какого Бога выбрал?
– Никакого. Не успел еще.
– Вот ты, конечно, лопух. Весь день в столице, а в Храм Вечного Упокоения не зашел?
– Некогда как‑то было, – смутился я.
– Пойдем, провожу тебя. А то так и останешься религиозно неохваченным.
Мы спустились вниз, и я с тоской уловил запах свежих горячих булок. Эх, сейчас бы маслица на них, прямо толстым слоем на непослушный хлебный мякиш, да сладкого чая, но на другой чаше весов была прогулка с прекрасной Сеттой. К сожалению, мой пищеварительный тракт заранее проиграл. Ладно, нам студентам не привыкать.
На улице ождало ручное чудовище моей спасительницы – огромная мохнатая мордца мутировавшей летучей мыши ткнулась в плечо девушки.
– Я на этом не полечу.
– Это называется виверна, – поучительно сказала моя знакомая. – Редкий маунт. Хотя по секрету могу сказать, где выбить.
– Нет уж, спасибо, я лучше пехом.
Сетта погладила невиданну зверюшку и строго наказала:
– Кеца, ты тут остаешься. Поняла?
Кеца? Я всмотрелся в недоптеродактеля – Кецалькоатль. Да, назвала, так назвала. Можно тест на трезвость с помощью крылатой бестии проходить: выговорил имя – молодец, нет – пошел отсюда.
Волновало другое – вчера, наблюдая с холма на город, никакого храма я не заметил. Вернее, я о нем и вовсе забыл, но увидел бы – сразу вспомнил.
– А далеко топать? Я на голодный желудок турист так себе.
Мы пошли по старому маршруту, наверх, к Веселому Дому. Не удивлюсь, если вход в Храм окажется в одной из комнат – с этих контрабандистов станется. Но Сетта преспокойно прошла мимо и подвела меня к гигантским воротам. Я бы сказал, что за ними был замок, но тот остался позади слева. Странно, это и есть Храм Вечного Упокоения? Но тогда получается, что…
– Он что, под землей?
– Да, под землей.
– А ты не пойдешь со мной?
– Мне незачем. Сказать откровенно, там не очень комфортное место. Туда только для бафов бегают или дары богам сделать. К тому же, моя Фиорел не требует полного идолопоклонения. Вот Мерт, к примеру, другое дело. Ну да ладно, разберешься.
– Погоди, – схватил я ее за руку. – Мы еще увидимся?
– Конечно, увидимся, – рассмеялась она. – Это же долбаный остров.
Ну что, поехали. Я толкнул ворота и те удивительно легко отворились. Да, экономят тут со светом, хоть бы фонарь повесили. Люди же ходят.
Вас коснулось "Проклятие Темных Богов". В Храме Вечного Упокоения вы не можете никого ранить или убить. 
Вас коснулась "Благодать Светлых Богов". В Храме Вечного Упокоения вас не может никто ранить или убить. 
Вас коснулось "Дыхание Серых Богов". В Храме Вечного Упокоения все положительные и отрицательные эффекты сняты. 
Ну, пока ничего смертельного. В принципе, можно вообще зависнуть тут надолго, раз меня никто убить не может. Надо с Костей посоветоваться.
– Костя! Костя!
Эхо разнесло мой крик далеко вниз, точно я склонился над широким колодцем, но ответа не последовало. Блин, его на месте нет или тут тупо связь не ловит, как за городом? Ладно, разберемся по ходу. Лестница вела меня вниз, петляя то вправо, то влево, как испуганный заяц, удиравший от охотников. Уж мутить начало от постоянного спуска, когда неожиданно ступени кончились, выбросив меня на широкую площадку, под которой внезапно вырос невероятных размеров дворец.
Вы нашли Храм Единого Упокоения. Поспешите и примите нового Бога. 
Я вошел внутрь. Как оказалось, дворец был полый. Внутри лишь одна гигантских размеров зала с двенадцатью разномастными шпилями, отдаленно напоминающими немецкие кирхи. Какие‑то отливали черным гранитом, другие сверкали жемчужной белизной, большинство серели во тьме смутными пятнами.
– Остановись, странник. Послушай о силе могущественнего, Мерта! – завидев меня, бросился навстречу маленький человек в рясе.
– Услышь слово Берел! – помчался со всех ног от соседнего черного храма.
– Лишь Фиорелл подарит тебе прозрение! – заверещала плотная дама в белом.
Еще минута и меня облепили со всех сторон. Обещали, угрожали, упрашивали, в общем, ломали мою бедную психику на все лады. Каким‑то чудом удалось вырваться и броситься наутек. Святое братство неслось позади, грозя карами своих Богов, и не думая отставать. На пути внезапно выросло покосившееся здание со скособоченной дверью. Не думая, бросился внутрь.
Вы вошли в храм Лока, Бога Лени. 
Ого, вот это да. Это определенно мой кандидат. Конечно, чтоб я так жил. "Храм" встретил меня длинным широким коридором, из которого расползалось сороконожками в разные стороны множество комнат. Что бросилось в глаза – следы запустения: грязные неметеные полы, паутины в углах, пыльные стены и двери. Я не стал никуда заходить, а пошел дальше, пока не оказался в залитой светом зале, посреди которой возвышалась странная скульптурная композиция – пухлый человек возлежал на подушках, отправляя себе в рот виноград. И Это было бы не так забавно, если бы рядом не расположилась живая инсталляция‑копия. Высокий человек в хламиде развалился на подушках и неторопливо попивал из чашки горячую жидкость, кряхтя и причмокивая. Что и говорить, какой Бог, такой и жрец.
– Здрасьте, – обозначил я свое присутствие.
Человек неторопливо поднял на меня глаза, немного подумал и указал на подушки. Я плюхнулся рядом.
– Первый раз в Храме Единого Упокоения?
– Ага, надо Бога выбрать.
– Непростое дело, – согласился собеседник. Взял трубку кальяна и затянулся. Так, погодите‑ка, минуту назад его тут не было.
– Извините, а вы кто?
– Папа звал меня Лентяй, а родственники зовут Лок.
– Так вы, получается, Бог?
– Я больше люблю выражение Перворожденный. Но да, иногда, хотя очень редко, меня называют Бог. А в чем дело?
– Я просто как‑то не так встречу с Богом представлял. Если честно, я вообще не представлял никогда. Но если предположить, то все‑таки…
– Не оправдал надежд? – Лок выпустил струю дыма мне в лицо.
– Ну нет, не то чтобы. Хотя немного есть.
– Ну это твои проблемы, не мои, – зевнул Бог.
– И что дальше?
– А должно быть что‑то дальше?
– Ну мне надо выбрать Господина из двенадцати Богов. Вот я и пришел. Можете начинать пугать меня или заставлять принять вашу веру. Или чего там надо сделать?
– Ты больной что ли? – Лок с иронией посмотрел на меня.
– Нет. Ну в смысле, меня, конечно, не проверяли, но думаю, нет.
– Странный ты. Пришел, говоришь, что тебе что‑то надо, а заставляешь делать меня. Тебе надо выбрать Господина, ты и выбирай.
– Ну, так разве не чем больше религиозных последователей, тем сильнее Божество?
– Так, – кальяна уже как не бывало, а в руках снова появился дымящийся напиток. Судя по запаху, явно не чай.
– Ну вот. Заинтересуйте меня, чтобы я стал вашим последователем, словом Божьим на земле, и все дела.
– Да ну, мне неинтересно. Да и, признаться, лень. Это мои старшие братья и сестры хотят власти и могущества. Мне и так отлично.
Да, пофигизм у Лока развит по максимуму. Хотя, что я хотел от Бога Лени (не путать с женским именем и вождем мирового пролетариата)? Но хоть какой‑то клок шерсти с паршивой овцы надо вытащить.
– Так, может, мне про Богов расскажешь?
– Вот еще, – сузил глаза Лок, хотя откуда‑то из недр своей хламиды вытащил потрепанную книжонку и подал мне. – Сам читай, если хочешь.
Ну ничего, мы люди не гордые, грамоте обученные. Я бережно взял местные веды и открыл первую страницу. Ага, почитал восемь раз. Пожелтевшие страницы были исписаны какой‑то чушней с наклоном градусов сто пятьдесят. Не разберешь ничего. Я взглянул на Лока, тот самодовольно ел… дыню? Какой‑то продавец арбузов, блин, а не Бог.
Я пролистал еще несколько страниц, пока не наткнулся на знакомые слова. Наконец‑то.
Темные Боги: 
Огулис – бог Хаоса. Один из старших Братьев, дитя Отца и Бездны. Несет беспорядок, неразбериху и смешение. Не имеет формы и постоянного тела, являясь людям в разных обличиях. 
Э, а где описание достоинств данного господина. Ну вот стану я его служителем, и что? Брать кота в мешке? Хотя помнится мне, задание на Огулиса я провалил, следовательно, этот товарищ отметается. Мда, а персонаж, похоже, интересный. Ладно, пойдем дальше.
Мерт – бог Войны. Младший Перворожденный Брат, что не мешает ему быть жестоким, беспощадным и кровожадным. Суров и щедр к своим детям, почитающим Мерта. 
И снова без описаний. Вот этот товарищ точно мой кандидат.
Берел – богиня Безумия. Известна среди Перворожденных как Сумасшедшая Сестра. Окутывает разум галлюцинациями, приступами безрассудства и необоснованной мании. Жаль только, что Берел часто сама не ведает, что творит. 
Так, с Темными все. Теперь Светлые.
Аноба – богиня Любви. Любимая дочь Отца. Сильная и гордая, способная войти в сердце каждого: мерзавца сделать честным человеком, а разбойника – праведником. Поговаривали, что Аноба и Мерт питали друг к другу совсем не родственные чувства. 
Линория – богиня Мудрости. Старшая Сестра, рассудительная и неторопливая. Присматривает за Анобой. Ее благоразумие часто останавливает сестер от серьезных неприятностей. Хотя Линория до сих пор остается в тени ветреной Анобы. 
Фиорел – бог Порядка. Гордый и несокрушимый Перворожденный, давний недруг Огулиса. Поступь Фиорела тяжела, его взгляд аскетичен, но слова несут гармонию. Любимец светлых воинов и магов. 
Так‑с, ну даже не знаю, все такое сладкое. Было бы хоть малейшее описание. Насколько я помню, с Темными у меня уже отношения минус десять, значит, надо склоняться к Светлым. С другой стороны, лучше, конечно, выбрать золотую середину, чтобы со всеми нейтральным быть. Полистаем, что у нас на этот случай. Вот, нашел, Серые боги.
Бейреш – бог Случая. Многие знают его под именем Двуликого. С одной стороны, беспечный и непредсказуемый, с другой – умный и рассудительный. Бейреш символизирует силу случая и неустойчивость мира. 
Тайнори – бог Смерти. Самый сильный из Перворожденных. Нет никого, кто бы не склонился пред его волей. Темные и Светлые со страхом замирают, когда говорит Тайнори. Ибо его слово последнее. 
Лок – бог Лени. Непризнанный и отверженный сын Отца. Апатичный и нерадивый Перворожденный, проводящий свое время в праздности и безделье. Поговаривают, что он не участвовал в Великой Битве, потому что ему было лень. 
Векке – бог Богатства. Толстый и неторопливый, вечный спутник торговцев и менял. Его внешний вид обманул не одного смертного, однако Перворожденный обладает удивительной пронырливостью и ловкостью. 
Ашнури – богиня Забвения. Безразличная к радостям жизни и людскому веселью Перворожденная часто бродит в одиночестве по подземельям под Храмом Вечного Упокоения. Мягкого прикосновения Ашнури, способного повергнуть в нескончаемое забытье, боятся даже боги. 
Залькра – богиня Искусства. Любимая и почитаемая всеми художниками, поэтами и музыкантами Перворожденная. Щедра на похвалу и вдохновение, зачастую приходит в виде обычной смертной к талантливым людям и проводит с ними ночь. 
Я просмотрел книжку до конца – одни кракозябры. Да, не густо информации. Хотя и от этих нескольких строк голова шла кругом. Темные Боги крутые, да и Светлые ничего. Сдается мне, Аноба не такая белая и пушистая, а Фиорел вообще даст жару любому. Но с ними решили, никакого Света и Тьмы, выбираем из Серых. Самый сильный, естественно, Тайнори. Соответственно, у него больше всего фанов. А надо ли мне это? Хорошо, конечно, быть с сильным покровителем, но тогда и меньше шансов остаться незамеченным. Мне же надо не палиться и выжить, а не стать здесь поп‑идолом. Значит, самых могучих богов отметаем. Что остается?
Богатство, Забвение, Лень, Искусство или Случай? Здравый смысл, конечно, за первый вариант. Соответственно, если логика привела к такому ответу, так решат и сотни других игроков, мне, социофобу поневоле, надо склоняться к невостребованным Перворожденным. Забвение и Лень? Пожалуй.
– Слушай, Лок, – оглядел я еще раз его обитель, – а к тебе часто сюда заходят?
– Нет, редко. Обычно по ошибке. Видишь, у меня даже жреца нет.
– Это даже хорошо. Очень хорошо. Слушай, а сложно принять господина?
– У кого как. Мерт требует окропить свои руки десятью убийствами, Векке – продать на сотню золотых, Фиорелл…
– Понятно, понятно. А ты?
– Что я? – повернул ко мне сонное отекшее лицо Лок.
– Что ты требуешь?
– Ничего. Просто коснись Алтаря, – меланхолично ответил Перворожденный и выпустил струю дыма.
Ну‑ка. Я подошел к каменной копии моего нового знакомого.
Вы желаете принять своим Господином Лока, бога Лени? (Внимание: бога можно выбрать только один раз, отменить впоследствии решение нельзя).  
Эх, была не была. Да.
Внимание, вы выполнили задание "Двенадцать богов". 
Вы стали последователем Лока, бога Лени. Судя по всему, вы Лентяй, каких еще поискать. Раз в месяц вам будет даровано два очка способностей и два очка таланта. Для этого необходимо раз в месяц воздавать хвалу Локу. 
Что? Вот это халява. Вот это круто! Конечно, представляю, какие плюшки у последователей Смерти, но мне самое то.
Вы стали Авгуром Лока, бога Лени. Ближайшие семь дней все таланты изучаются на 50 % быстрее, опыт за мобов повышен на 30 %. 
Главное, сейчас сознание не потерять. В зобу и так дыхание сперло. Это получается, я раскачаться смогу так, что к концу недели буду Чаком Норрисом местного разлива!
– Авгур? – внимательно посмотрел на меня Лок. – Что‑то новенькое.
– Да я тут вообще, сам по себе новинка, умноженная на кучу инноваций.
– Я вижу, – спокойно сказал Перворожденный. – Ты не обычный, не как все остальные. Возможно, ты будешь мне полезен.
– Я весь во внимании, великий и ужасный.
– Мне нужен жрец. Понимаешь, многое приходится делать самому, и это удручает. Остается мало свободного времени.
Я чуть не прыснул. Действительно, сама занятость. Хотя, конечно, Лок и похож на наших чиновников и политиков, но уж слишком образ гипертрофирован.
Получено задание "Единственный в своем роде". У Лока уже несколько столетий не было жреца. Не слишком хорошо для истинного Лентяя.  
– Так, стоять бояться. А от меня чего требуется, золушкой просто быть? Если надо каждый день тут полы намывать, то не вариант.
– Появляйся хотя бы раз в месяц. Каждый день наблюдать тебя – слишком утомительно для моих глаз.
Ой, вы посмотрите на него, цаца какая. Если бы не глубокое уважение к лени как основополагающей странице в моей биографии… Ладно, принимаю задание.
– Ну тогда докажи, что ты достоин быть моим жрецом, – улыбнулся Лок и в его глазах мелькнул живой огонек.
Вот ведь зараза. Так и знал, что квест с подвохом. Перворожденный взглянул на мое растерянное лицо и расхохотался.

Кредит, охранник и злобный враг 

– Ну, хорош, Лок, давай рожай, чего сделать надо.
Перворожденный в очередной раз расхохотался. Достал уже, как к нему только не подступался, но не кололся главный Лентяй. Хорошо хоть хозяином оказался гостеприимным, накормил до отвала какой‑то вкуснятиной, что у меня сила аж на тридцатку прыгнула.
– Ладно, замяли. Я не буду спрашивать у тебя, как стать жрецом. Сам как‑нибудь разберусь. Но хоть про Великую Битву расскажешь?
Мой новый Господин сначала скривился, видимо, собираясь ответить нет, но передумал. Интересно, почему?
– До Великой Битвы были сотни Перворожденных. Тогда не было Света или Тьмы, никто не хотел править миром. Мы жили под властью Отца. Но он покинул нас. Этот мир наскучил ему, и он создал другие, а потом ушел. Одни говорили, что он умер, хотя Тайнори признавался, что Отец не в его власти, другие заявляли, дескать, в этом мире он сделал уже все, что хотел, и ему попросту стало неинтересно.
– И тогда Перворожденные стали враждовать между собой?
– Да. Появились Светлые, Темные и те, кто не хотели примыкать ни к одной из фракций. Серые боги долго не вмешивались в происходящее, но когда стало ясно, что ни Свет, ни Тьма не смогут победить, потому что они часть единого целого и лишь дополняют друг друга, никто из Перворожденных не смог остаться в стороне. Казалось, само небо рухнуло вниз и поменялось местами с землей. Это и было Великой Битвой.
– И что, все остальные погибли?
– Мы Перворожденные, мы не можем погибнуть, как смертные. Остальные были низложены. Их деяния, их мысли, их мотивы – все осталось в этом мире, но не они сами. Это трудно постичь смертному. Но нас здесь осталось лишь двенадцать. Когда стало понятно, что Свет никогда не одолеет Тьмы, а Тьма не закроет собой Свет, Тайнори взмахнул своим черным мечом, и сущее дрогнуло. Серые боги сплотились, потому что были сильнее и Темных, и Светлых, потому что вся мощь в оттенках, а не крайностях. Жалко, я не участвовал в Битве.
– А чего так?
Лок повернул свое уставшее от безделья лицо ко мне и заразительно зевнул.
– Просто мне в тот день так было лень. Впрочем, как и каждый день. Если ты перестанешь задавать свои дурацкие вопросы, то я немного посплю. Возвращайся, когда станешь жрецом, не раньше.
Он развалился на подушках и тут же захрапел. Сначала я думал, притворяется, потому что человек не может так быстро заснуть. Конечно, человек не может, но ведь Лок – Бог, какой никакой. Ладно, отдыхай, труженик.
Я вышел на площадь, скрытую от подземелья куполом Храма Единого Упокоения. Действительно, права оказалась Сетта, как‑то не по себе тут было, будто кошки на душе скребли. Послушники, облаченные в белые, черные и серые рясы, расхаживали взад‑вперед, мгновенно нападая на любого изредка забредающего сюда новичка. При мне таких было два. Первый – фэйра – испуганно бросился к ближайшей обители, которым оказалось святилище Огулиса, второй – драман – целенаправленно пошел к Тайнори. Подкованный игрок.
Путь обратно был тяжел как никогда. Я, как новый последователь бога Лени, чертыхаясь, перебрал в голове все варианты подъема – от фуникулера до лифта. Легче, правда, не стало.
Вы прибыли в Локтр, столицу Тойрина. 
Я вывалился на залитую светом брусчатку. Да уж, прибыл, ничего не скажешь. Куда теперь? По идее, мне бы в эту неделю качаться, как в последний раз. Но это, если бы я был обычным игроком, который не боится умереть. Что еще? Хорошо бы разжиться деньгами. Вот это точно приоритетное направление. Сюда и надо думать. Я же не сундучок с древнерусскими песнями, надолго меня не хватит. Кстати о Гиацините, он же мне завтрак должен, а такие вещи забывать нельзя. Я хоть и поел у Лока, но если есть возможность потрескать на халяву, то надо ею воспользоваться.
– Гиацинит, что там с завтраком? – крикнул я вместо приветствия, оказавшись в "Хрипящем Единороге".
– Ну что вы, какой завтрак? Полдень уже.
– Ты, главное, тащи что‑нибудь, а после разберемся.
Я плюхнулся за свободный стол, даже не посмотрев на посетителей. В этом и была моя ошибка.
– Привет, дружок.
Передо мной плюхнулся знакомый голгора, тот, которого без особого изящества мочалила Сетта. Латрон, кажется. Точно, Латрон. Сердце заныло и попыталось не просто спрятаться в пятки, а проскользнуть сквозь половицы и упасть в подпол. Хотя ящер вел себя подчеркнуто дружелюбно и улыбался зубастым ртом, что, кстати, пугало еще больше.
– Ты же не думал, что я тебя забыл?
– Ты о том недоразумении?
– Недоразумении? Твоя подружка выпотрошила меня до нитки, хорошо хоть шмот не отобрала. Уж не знаю, что ты за птица такая, раз за тебя админы заступаются. Да‑да, не смотри на меня так, я знаю, что именно ты этот загадочный Авгур. Создали тебе особое звание, чтобы вытащить из неприятности. Вот только зачем, а?
Ящер залязгал под столом, и в живот мне уперлось что‑то холодное и острое.
– Я полгода участвовал в этой идиотской лотерее, всегда был на шаг впереди остальных, чтобы попасть сюда. Кем ты ни был, сколько бы денег у тебя не было, я такой же игрок, как ты. Поэтому я сделаю все, чтобы тебе не было так уж приятно играть в "Верравию". Ты бросишь ее, я тебе отвечаю, козел. Сейчас я не могу тебя убить, слишком большой штраф будет, да и незачем, но запомни, теперь куда бы ты ни пошел, что бы ни сделал, всегда оглядывайся, потому что я где‑то рядом.
Латрон торопливо убрал меч, встал и вышел из "Хрипящего Единорога", неловко задев хвостом стул. Мда, день перестал быть томным.
– Ваш обед, – подлетел к столу хозяин "Хрипящего Единорога".
– Спасибо, Гиацинит. Я чего‑то перехотел. Комната же еще за мной, да?
– До завтрашнего утра, – кивнул корчмарь. – Если вы только не осчастливите нас еще одной песней.
– Уж точно не сейчас.
Я поднялся к себе и, даже не разуваясь, упал на кровать. Итак, хорошие новости: я Авгур, у меня есть свободные очки для кача и знакомая привлекательная девушка. Минусы: нет денег, и новый враг, в одно мгновение способный все плюсы помножить на ноль. Ведь он даже сюда пробраться может. Я выглянул в окно и облегченно выдохнул: внизу сновало множество НПС самой различной масти. Значит, сейчас он сюда не сунется. А ночью? Вполне возможно. Выхода два – либо найти новое укрытие, о котором Латрон не узнает, либо отразить нападение. Мда, задачка. Так или иначе, но мне понадобятся деньги.
– Костя!
Ноль внимания. Да блин, чего там происходит то? Забили на меня все?
Ладно, будем думать самостоятельно. Допустим, я могу взять кредит в несколько сотен золотых. Банк тут точно есть, зуб даю. И что мне с ними делать? Купить крутую броню, оружие, качаться весь день и отразить атаку Латрона? Маловероятно.
Попросить защиты у Сетты? Даже если переступить через себя, а это довольно тяжело, то она все равно не сможет сторожить мою тушку каждую ночь, если даже очень захочет. Да и отношения у нас не на том уровне. Отметаем.
Нанять какого‑нибудь головореза высокого уровня? Хороший вариант. Но не решает всех проблем. Когда‑нибудь деньги закончатся. И что тогда?
Думай, качан, думай. Ты же мне не только для того, чтобы суп хлебать. Надо создать бизнес, который окупится очень быстро. Вот только на чем сыграть? Большинство геймеров – донаты, готовые платить, вот только было бы за что. Хорошо Бендеру, он знал четыреста относительно честных способов отъема денег у населения. Мне бы и одного хватило.
Шестеренки в голове натужно скрипели, от мыслей мозг распух, а веки наливались свинцом. Я моргнул раз, всего только раз, а когда открыл глаза – солнце уже ушло от окна, и комнату обняла тень. Блин, уснул, что ли? Тут дело жизни и смерти…
Выполнена 1/5 часть задания "Единственный в своем роде".  
Когда необходимо решить нечто важное, лучше всего пустить все на самотек и, скажем…. поспать. 
Блин, круто, конечно, что я на двадцать процентов приблизился к званию жреца Лока, но вот только мертвым должности не нужны. Итак, к чему я пришел до того, как заснуть? Большинство игроков донаты, понтующиеся друг перед другом оружием, броней и достижениями. Что же я могу им предложить, за что они, не задумываясь, отдадут все кровные?
Мысль, посетившая на мгновенье мою несчастную голову, была настолько дерзкой и неожиданной, что перехватило дыхание. Это, конечно, развод чистой воды, но что если прокатит? Ведь, по сути, буду продавать понты.
Я вскочил и выбежал из "Хрипящего Единорога", однако тут же вернулся.
– Слушай, Гиацинит, а где тут у вас банк?
– В верхней части города.
Трактирщик подробно объяснил, как добраться до кредитного учреждения, и я бегом бросился за доступным займом. Миновал уже примелькавшийся Веселый Дом – он как раз мне и будет нужен, но позже – и самым бесцеремонным образом вломился в "Первый Императорский Банк". С виду ничего такого, куча НПС‑людей, занятых бумажной волокитой, впечатляющая охрана из драманов на входе и даже несколько жилистых боевых, судя по одежде и посохам, фейров, притаившихся в углу.
Готов поклясться, что на "Первый Императорский" никто не нападал, сумасшедшие не в счет. Такие бравые ребята на охране. Будет легче замазать, чем отскрести от пола. Ну да ладно, не за этим я сюда пришел.
Думал я, что красноречие тут повышу, но не тут‑то было. Попался такой хитровыдуманный клерк, что будь на мне штаны побогаче, так ушел бы без них – оставив в залог. Но все‑таки итог был неплохой.
Во‑первых, я таки получил триста золотых монет, что для меня стало настоящим богатством. Во‑вторых, благодаря вежливому и учтивому клерку (что не помешало ему впаять жуткий процент) было выяснено, что один золотой равен восьми земных евро. И деньги, заработанные в игре, можно вывести по прошествии месяца. В‑третьих, если я не верну триста занятых мною золотых, то меня подвергнут бану, снять который можно будет лишь уплатив не только взятый кредит, но и штраф в размере самой суммы.
Обдираловка, конечно, но вот за последний пункт я даже не переживал. Не зря говорят: кредит – это как обмочиться в штаны зимой: сначала тепло и приятно, потом противно и холодно. Конечно, не заплачу – точно пожалею. Сдавалось мне, есть у "Первого Императорского" и другие методы, но мой бизнес‑план должен был сработать.
Выйдя из банка, я вытащил книгу и перелистнул на страницу "Друзья". Поморщился, увидел под заголовком "Враги" имя Латрона, но не стал думать о плохом. Как бы связаться с Кобелюгой?
Нажал несколько раз его имя на странице – ничего. Так, все должно быть проще. Я стал осматривать саму книгу. Должны же предлагаться к этому ежедневнику карандаш или ручка. Я открыл корешок и заглянул в переплет – что‑то там было. Мои неуклюжие пальцы сработали на удивление ловко и вытащили огрызок пера. Прикольно, а что, чернил не надо?
Как выяснилось, нет. Псевдостилограф касался пергамента, и на нем оставались вполне отчетливые буквы.
– Серега, привет. Это Крил, Кирилл. Ты сейчас в игре?
– Привет, – стали появляться через некоторое время буквы после имени Кобелюга, написанного витиеватой вязью. – Знаю, что ты, подписано же. В столице, закупаюсь, хочу в рейд сходить, мобов набить.
– Мне нужна твоя помощь. Не за бесплатно, разумеется. Есть один бизнес‑проект, вырученная прибыль после оплаты всех расходов 50 на 50. Интересно?
– Еще бы. Ты где?
– "Первый Императорский Банк". У входа.
– Минут через пять подгребу. Жди.
Ждать я его не стал, потому что было еще одно незавершенное дело. Тем более идти тут всего ничего. Надо пользоваться званием "знакомого незнакомца", пока есть возможность.
Я пересек мостовую и постучал в набившую оскомину дверь. Кейша на сей раз не стал меня мариновать на пороге, а сразу пропустил внутрь. Все же определенные плюсы в знакомстве с контрабандистами есть.
– Мне нужен Тертил.
– Всем нужен Тертил.
– Скажи, что у меня к нему деловое предложение. И в его же интересах побыстрее меня выслушать.
Кейша повел меня по знакомому маршруту – только теперь здесь было уже не так весело. Большинство гостей разошлось, остались лишь самые стойкие, точнее наоборот, наиболее неустойчивые к выпивке. Даже диву даешься, что алкоголь может рядового человека сделать мастером спорта по гимнастике – некоторые в таких позах спали, что становилось страшно за их позвоночник.
– Здравствуй, друг Эдегара. Что привело тебя в этот раз?
– Мне нужен НПС, то есть кто‑нибудь из твоих с развитым уровнем торговли. Чтобы мать родную мог обсчитать.
– Ну, допустим, у меня есть такой челов… в смысле, голгора. Что дальше?
– Я тут конторку одну открываю, в стиле "Рога и копыта". Но это еще не все. Торговца вы мне предоставите бесплатно…
Эх, надо было видеть, как выпучил глазенки Тертил. Ничего, мой родной, дай время, я тебя хорошенько к ногтю прижму; деньги, видите ли, он мне не даст, потому что плохо знает.
– Если хотите, чтобы я продавал паленые доспехи и оружие.
– Паленые?
– Ну да. По‑любому ведь у вас есть какое‑нибудь барахло, собранное после сражения или украденное с оружейных складов. Не надо отнекиваться, мне не интересно, откуда вы будете брать товар. Важно другое, я смогу его продать по настоящей, рыночной стоимости.
Про рыночную стоимость, я, конечно, загнул. По моим скромным планам цена должна была быть значительно выше. Но контрабандистам об этом знать ну совсем необязательно.
– Хорошо. Каков наш процент?
Открыт талант Убеждение. 
– Пятьдесят с проданного товара.
– Ты издеваешься над нами, друг Эдегара.
– Пятьдесят и точка. Мне еще нужно сделать ваш товар ликвидным, чтобы ни у кого не возникло подозрений, откуда у него растут ноги. Вы не продадите его за большую сумму, чем та, которую даю я. Думай, Тертил, думай.
– Ты хочешь, чтобы я работал в убыток, – завел было пластинку контрабандист, но я услышал нотки неуверенности в его голосе.
– Я надеюсь, ты не допустишь, что такая хорошая сделка сорвется из‑за твоей жадности.
– Хорошо. Но накинь хотя бы еще пять процентов.
Получен талант Убеждение, уровень 2. 
– Нет, либо ты соглашаешься на мои условия, либо сделки не будет.
На Тертила жалко было смотреть. Но не в моих правилах жалеть пройдох и мошенников.
– Хорошо. Какие доспехи тебе нужны?
Получен талант Торговля, уровень 2. 
– В идеале с хорошей магической составляющей. Чтобы я сам захотел их купить. Только мне не нужен уникальный шмот, который легко отследить. Серединка на половинку. Ясно?
– Вполне.
– Ну отлично, тогда по рукам.
Внимание. Вы достигли звания Новый Приятель у альянса Контрабандистов. Вас узнают бывалые преступники, а некоторые даже здороваются за руку.  
Ну все, теперь я свой в этой воровской малине. Не знаю, плохо это или хорошо. Больше мне сказать Тертилу было нечего, а попусту молоть языком не хотелось. Тем более, скорее всего, уже и Кобелюга добрался до банка.
Так и есть, Серега, он же маленький забавный фейра, переминался с ноги на ногу и зло смотрел по сторонам. Увидев меня, он бросился навстречу, уже открыв рот, чтобы начать ругаться, но я тут же остановил будущего компаньона.
– Привет. Времени мало, мне до вечера еще охрану надо нанять. Поэтому давай по порядку.
– Давай, – прикусил язык Кобелюга, хотя в его взгляде еще бушевало море эмоций.
– Мы будем с тобой продавать доспехи. Вернее даже не мы. Твоя задача привести их в надлежащий вид.
– Это что значит?
– Мне нужно, чтобы ты сделал обычную броню золотой.
– Ой, и всего‑то. А я уж думал, секрет бессмертия потребуешь.
– Нет, ты не понял. Псевдозолотой. Главное, чтобы она выглядела, как золото. Понимаешь? Задача в другом – чтобы это покрытие не слетело при первом же ударе.
– Ну, технически это возможно. Я как раз осваиваю профу Кузнеца. Фейрам, как ни странно, она дается легко. Так, для золотого покрытия нужно заклинание "Проклятие Мидаса", после него все, к чему прикасаешься, превращается в золото. Только придется покупать не разовый свиток, а изучать. Это дороже.
– Сколько?
– Примерно 40 золотых. Допустим, у меня получится заколдовать броню, чтобы "золотой эффект" был постоянным. Но толку от этого никакого: ни цена доспеха не повысится, ни бафов никаких не будет.
– И не надо. Ты не понимаешь, в чем суть.
– В чем же?
– В понтах. Мы создадим псевдозолотую броню, которая будет сверкать на солнце, и назовем ее как‑нибудь витиевато. Например, Верравийская Императорская броня. Конечно, есть те, кто будут смотреть на свойства доспеха, но богатые нубы будут и так башлять огромные деньги, чтобы облачиться в имперское золото. Понимаешь?
– Ну, возможно, – задумался Серега. – Только ничего не получится.
– С чего это?
– Броня будет называться как и прежде. От того, что ты ее перекрасишь, название не изменится. Вот если выкуешь новую вещь, тогда да. Но это надо искать прокаченного Кузнеца. Я только чепуху всякую могу делать.
– Как название не изменится?
Вот так лопух. Вот так дятел. Построил бизнес‑план, но не удосужился даже узнать об элементарных правилах игры. Значит, ничего не получится. Даже если Серега сейчас начнет усиленно качать Кузнеца, в ближайшие недели ничего не выйдет. А время работает против меня.
– Кирилл, ты не раскисай, я подумаю, гайды почитаю. Может, есть чего. Ок?
– Да. Посмотри, может, вправду лазейку какую‑то найти можно.
– Заметано. Ну, давай.
Руки даже не успели пожать, а он уже исчез. Разлогинился кучей синеватых искр. Оно и понятно, у всех семьи, дела, заботы в их реальной жизни, один я, как непотопляемая фекалия тут болтаюсь. Так! Не раскисать. Ну не получилось, лоханулся по полной, что теперь руки опускать? За мной еще ящер с кучей комплексов и очень острым мечом охотится. Не вышло с этим, придумаем еще что‑нибудь. Давай, тряпка, бери себя в руки.
Самовнушение подействовало. Я развернулся на каблуках, пробежал несколько метров и постучал в дверь.
– Снова здорово, – мне показалось, или Кейша стал более приветливее? А, я же теперь в приятелях у контрабандистов хожу. – Заходи, гостем будешь, не понравишься – зарежем.
Сказал и заржал. Нет, действительно, новое звание делает свое дело. Думаю, я об этом еще пожалею.
– Не до этого. Лучше скажи, где можно нанять хороших телохранителей.
– В Драчливом Доме. У восточной стены. Давай покажу.
Он легонько коснулся моей книги, и я с нетерпением открыл ее. Ага, желтый кружочек на карте располагался позади главного дворца, только внизу, неподалеку от таинственного обитания фейров – не забыть бы туда наведаться. Поблагодарив Кейшу, я бегом отправился к нужному месту. До захода оставалось всего несколько часов, поэтому следовало поторопиться. То ли от моей прыти, то ли действительно Дита уже давно не поощряла меня взлетом гимнастических дарований, но едва я оказался в нужном месте, как услышал ее чудный голосок.
Получен талант Бегун, уровень 6. 
По‑моему, он у меня уже по максимуму качан. Надо будет гимнастику поднять, тем более Лок мне с барского плеча по два очка способностей и таланта бросил. Но это потом. Сейчас главное – секьюрити.
Самое смешное, чтобы нанять охрану в этом месте, изначально надо было приходить с охраной. "Хрипящий Единорог" находится всего в десяти минутах ходьбы, а ведь там совсем другая атмосфера. Все чистенько, причесано, стражники ходят, блюдут, так сказать, порядок. Здесь же ни намёка на закон. С ближайшего переулка сразу вынырнули две фигуры и уверенно направились ко мне. Нет уж, спасибо, дожидаться, чем закончится это приключение, не буду. Я толкнул дверь и оказался в Драчливом Доме.
Что ж, он вполне оправдывал свое название, хотя и представлял собой, в первую очередь, бар – со стойкой, кучей занятых столиков, снующих официантов, только в середине красовался самый обычный борцовский ринг, а воздух был сперт и пропитан едким потом. Благо, в данный момент никто не дрался.
– Здрасьте, – подошел я к бармену‑человеку. – Я слышал, у вас тут бодигарда нанять можно.
– Кого?
– Телохранителя.
Вместо ответа собеседник так оглушительно свистнул, что у меня заложило в ушах. С десяток НПС повскакивало и двинулось навстречу. Ну блин, чего за засада‑то? Ну, ошибся местом, так и скажи. Зачем грубую силу применять. Меня что, мутузить теперь будут?
Но страх оказался преждевременным, лещами меня угощать не стали. Подошедшие разделились на четыре группы. Про себя я назвал их: заморыши, фитнесисты, крепыши и "могучая кучка". Нет, в последней не было Глинки и Мусоргского, но выглядели они наиболее грозно и представительно.
– Вы можете взять телохранителя первого уровня, – монотонно стал перечислять бармен. – Такие стоят четыре золотых в сутки и шестьдесят серебряных комиссии мне. Второй уровень – двадцать золотых и три золотых мне. Третий уровень шестьдесят золотых и девять мне. Четвертый – триста золотых…
– И сорок пять золотых тебе, – закончил я, просчитав уже комиссию "продавца".
– Совершенно верно.
Да, цены не демократичные. Пятнадцать процентов со сделки. Недурно живет. Хотя, судя по оживлению, спросом данные услуги не пользуются. Действительно, зачем охрана игрокам? Умрут – переродятся, и ничего страшного.
Так, на "могучую кучку" не хватает. Значит, будем брать крепыша.
– Из третьего уровня маги есть?
Вперед вышло двое – коренастый фейра с обрубленным ухом и красавец‑мужчина с длинными белыми волосами. Извини, чувак, был бы конкурс красоты, взял тебя. Все же фейры в магии чуть больше волокут.
– Вот этого, – ткнул я на представителя лесного народа.
Девять золотых, взятых в кредит у "Первого Имперского", перекочевали к "продавцу", а шестьдесят – фейре. Лесовик невозмутимо спрятал деньги и двинулся за мной. Эх, так ведь и по миру пойти недолго.
Но не успел я толком расстроиться, как фейра доказал свою состоятельность. Те две тени (один драман, а другой человек), что недавно двинулись за мной, оказывается, все еще поджидали меня снаружи. Вот только теперь к ним вышел не одинокий начинающий игрок, а важная птица с сильным бодигардом. Несколько вспышек молний, и несостоявшиеся грабители разлетелись в разные стороны. Крут, фейра, крут. Что ж, посмотрим, как ты хорош в бою с вертлявым голгорой.

Лебух‑прохвост 

Хло, мой новый телохранитель, оказался парнем неразговорчивым. Я пытался несколько раз растормошить его, но получал только односложные ответы, а чаще удостаивался попросту мычания. Если люди произошли от обезьян, то фейры, похоже, от коров. По крайней мере, данный конкретный точно.
В метрах ста до трактира, мы разошлись, как и условились – чтобы Латрон, если он следит за моей ночлежкой, не заподозрил чего недоброго. Давай, дорогой, попробуй откусить от меня кусочек – мало того, что подавишься, так еще и шкуру твою Хло подпалит.
В победе моего протеже почему‑то никаких сомнений не возникало. Интуиция или самоуверенность? Ночью разберемся.
Не доходя до "Хрипящего Единорога", я свернул в закуток между домами. Рядом стоял старый замасленный ящик, в который и удалось залезть. Щели оказались не такими широкими, как я рассчитывал, но для моей рекогносцировки вполне пойдет. Ничего подозрительного вокруг не происходило, если не брать во внимание параноика, залезшего в трухлявый ящик.
Открыт талант Маскировка. 
Дита, черт тебя дери. Я от неожиданности чуть не подпрыгнул, пульс до ста двадцати разогнался быстрее, чем спорткар. Фуф. Чего‑то у меня подозрительно все быстро сегодня повышается. Я достал книжку, полистал и хлопнул себя по лбу. Я же Авгур, какой никакой, все таланты качаются на пятьдесят процентов быстрее.
Едва я убрал книгу и собрался уже вылезать, как через дорогу блеснул знакомый чешуйчатый хвост. Ящер, видимо, только что выскочил из здания – надо будет, кстати, посмотреть, что там такое, – и направился прочь. Пасет меня, скотина. Вернется, По‑любому вернется.
Теперь уже можно было спокойно идти в мою комнату. Странно – еще недавно встреча с Латроном вселяла в сердце страх, теперь же вместо этого чувства внутри укоренились спокойствие и уверенность в своих силах. Да, у меня определенные финансовые проблемы, которые я пока не решил, и враг, жаждущий моей смерти. Ну и чего теперь, в петлю лезть? Определенные трудности на пути к достижению цели были и будут всегда. Оттого и удовлетворения больше, когда все в итоге получается.
– Уважаемый, Крил. Смею напомнить, что завтра вы вынуждены будете освободить комнату. Если только не хотите подарить мне еще одну свою великолепную песню.
Ну чего делать. Хочешь не хочешь, а надо. С щедрой руки в копилку Гиацинита упали "Азов‑город" и "Туры златорогие". Ценность произведений была настолько низка, что их бы не взялась петь даже наша попсовая эстрада, а если учитывать, что из последней песни я знал только название, а никак не содержание, трактирщик провернул не самую выгодную сделку.
Со вкусом, толком и расстановкой пообедав, уже игнорируя бафы на силу и выносливость, я наконец поднялся к себе. Дверь, как мы с Хло и договорились, была открыта, а внутри царила темнота. Телохранитель свернулся на краю кровати, видимо, не слышал в детстве сказку про серенького волчка, но стоило скрипнуть двери – вскочил и чуть не огрел меня каким‑то боевым заклинанием. Хорошо, узнал вовремя, а то никакого Латрона бы не понадобилось.
Я снова попытался несколько раз поговорить с ним, но наткнулся на молчаливую стену равнодушия. Ну и ладно, не больно‑то хотелось. На удивление сон пришел почти сразу, не смутило даже присутствие малознакомого фейры рядом.
Проснулся я практически также резко, как и задремал. Открыл глаза и понял, что кто‑то лезет в отворенное окно – я закрывал его или нет? Чешуя в лунном свете отливала синевой, а огромная зубастая пасть казалась еще больше. Стараясь не поворачивать головы, я молниеносно окинул комнату взглядом. Твою ж за ногу, а где мои капиталовложения в размере шестидесяти золотых? Хло дождался, пока я усну, и просто ушел? Вот ведь я доверчивый дурак, просто пришел в Драчливый Дом, дал денег и думал, что теперь меня и вправду защищают. А он сдристнул при удобном случае, как несвежий салат из организма. Хорошо хоть, не убил. С другой стороны, сейчас Латрон эту ошибку исправит.
Мысли лихорадочно бились о черепную коробку, пытаясь покинуть тонущий корабль. Так, надо сопротивляться, однозначно. Не зря меня мама в муках рожала и до двадцати двух лет растила, чтобы теперь ее кровинушка взял и сыграл в ящик, дал дуба, надел белые тапочки. Спокойно, не время метафор. Думай, что делать. Ударить? Вряд ли сработает. Можно, конечно, дать в пах, но возымеет ли это эффект на пресмыкающегося? Укусить? Точно, Латрон же цапнул Сетту, причем не хило. Я, конечно, не голгора, но думается, мой тайсоновский стиль бокса врагу вряд ли понравится.
Не дожидаясь, пока Латрон полностью протиснется в комнатку и уверенно встанет на свои две ноги, то есть лапы, я кубарем слетел с кровати и вонзил свои резцы в сухую солоноватую чешую. Ощущения, конечно, были не самые приятые. Точно ешь сушеную неочищенную рыбу. Но радовало и другое – пресмыкающемуся мой внезапный поздний ужин тоже не понравился. Он на мгновение взвыл и мощным ударом лапы отбросил меня к стене.
Позвонки хрустнули, найдя неожиданную твердую преграду – ящеру бы мануальщиком работать, большие деньги получал. Ну ладно, хотя бы попробовал. Надо, конечно, встать, посопротивляться еще, однако слишком крепко меня этот гавнюк присобачил.
Латрон подошел ко мне, с лязгом вытащил из ножен клинок и вонзил… в пустоту. Попробовал еще раз, но острие опять остановилось перед лицом сантиметрах в двадцати. И тут, как черт из табакерки, из‑под кровати вылетел Хло. В одно мгновенье полыхнуло, загремело, зарокотало, обдало жаром и засверкало зеленью заклинаний и тут же затихло. Я с трудом поднялся и подошел к бездыханному Латрону. Так‑то дружище, то бишь вражище, надо думать, с кем связываешься.
Выполнена 2/5 часть задания "Единственный в своем роде".  
Одолейте противника, не ударив пальцем о палец. 
Я прошелся по карманам ящера, заглянул в сумку – пять золотых. Похоже, голгора сам переживает не лучшие времена. Попробовал стянуть шмот, но сработал эффект "масляных рук". Ладно, и так неплохо.
– Хло, он скоро воскреснет, не дай ему уйти. Помаринуй до утра.
Фейра с некоторой обидой посмотрел на меня, мол, не учи ученого, но все же кивнул. Я выглянул наружу и увидел светлеющий горизонт, скоро рассвет.
Гиацинит внизу не спал. Увидев меня, он тут же подскочил и тревожно заглянул в глаза.
– Я слышал шум. Позвать стражу?
– Нет, что ты. Там ящерка в комнату залезла, вот я и испугался. Не беспокойся, вся мебель в порядке.
– Хорошо, Крил. Будете завтракать?
Ну а чего еще делать? Естественно, хомячить.
– Давай.
Едва я сел за стол, как заплечный мешок задрожал. Не помню, чтобы переводил телефон на вибро. Стоять! Какой телефон?
Я вынул мелко дрожащую книгу, и та сама открылась на нужной странице. Ах, вот оно что.
– Ты где?
– "Хрипящий Единорог", – написал я, и, получив короткое "ок", убрал книгу обратно.
– Гиацинит, будь добр на двоих. Да не смотри так, не парься, деньги теперь есть.
Кобелюга ввалился минут через десять, когда еда уже стала остывать. Я невольно удивился – вот в чем разница между фейрами? Уши у Сереги такие же, как у Хло (ну разве что оба целые), глазища огромные, рост одинаковый, цвет кожи только разный, но они все друг от друга по этому параметру отличаются. Странно другое. Вот смотрю на своего телохранителя и понимаю – тот боевик, палец ему в рот не клади. А вот Серега – обычный начинающий игрок, с первого раза видно. Может, это у меня интуиция так круто работает?
– О, а я редко в игре ем, – уселся веселый Кобелюга.
"Ну да, тебе и незачем. Тут едят только НПС и… я", – пронеслась мысль, но вслух ничего не сказал.
– Ну что, Кирилл, можешь плясать.
– Я, знаешь, в последнее время как‑то больше пою. Ты узнал чего‑нибудь?
– Угу, – набил полный рот Серега. – Создать новый предмет, не меняя его сути, можно, обладая профессией Гравировщика. Просто делаешь на доспехе какую‑нибудь закорючку и называешь новым названием.
– А запатентовать название и сам рисунок можно?
– Естественно.
– Тогда все получится, – радостно потер руки я.
Наверху послышался жуткий грохот, точно в моей комнате находились молодожены, хранившие целомудренность до свадьбы. Впрочем, Хло с Латроном та еще парочка, шерочка с машерочкой.
– Ящерица, ящерица, – замахал я рукой Гиациниту, хотя по его угрюмому виду стало ясно, придется мне скоро переезжать.
– Чего там у тебя? – поинтересовался Серега.
– Да фанаты штурмуют, теперь в окна лезут. Так, держи деньги. Изучи "Проклятие Мидаса", это на гравировку – до отказа учить профу не надо, но на несколько пунктов качни, а я найму помещение и узнаю, что там по поводу сырья.
– Не вопрос, только не раньше вечера.
– А чего так?
– Так работу никто не отменял. У меня сеть ларьков, как‑никак. Вот утром заглянул, надеялся, что застану тебя. Ты, кстати, часто играешь.
– Да заболел, делать что‑то надо, – не стал говорить я всей правды.
– Тогда до вечера. Давай я тебе метку поставлю, чтобы по чату не переписываться. А так удобно, нажал, и если ты в игре, координаты сразу твои показываются.
Я не стал возражать, и вскоре рядом с татухой, оставленной Сеттой, появился похабный рисунок двух людей. Ну еще бы – как по‑другому может быть у Кобелюги.
– Гиацинит, а где тут оформляются сделки покупки или аренды помещения?
– Это надо идти к господину архивариусу Лебуху во дворец. Такими делами занимается он.
Наверху вновь послышался шум борьбы, и трактирщик неодобрительно поглядел на меня. А я что, я ничего, здесь же сижу, за других ответ не несу. Так‑с, у меня осталось около ста золотых. Шестьдесят девять – черт с ним, семьдесят для ровно счета – мне нужно на вечер, чтобы нанять Хло еще на сутки, значит, на аренду могу потратить не больше тридцати.
Не успел я выйти наружу, как увидел бодигарда. Фейра с невозмутимым видом спустился с лестницы и направился за мной.
– Он исчез, я пришел, – коротко констатировал Хло.
Все ясно. Понял Латрон, что возродиться тут – дохлый номер, значит сейчас бежит сюда с местного кладбища. Вернется, чтобы вещи забрать. Без разницы, их я взять не могу. Радует одно, насколько помню правила игр, и "Верравия" тут ничем не отличается, после воскрешения на погосте все пункты, в том числе здоровье, значительно снижаются на ближайшие сутки. Ну и замечательно.
И опять наверх, в престижный район города. Слева остался Веселый Дом, справа ворота в подземелье, к Храму Единого Упокоения, а вот прямо передо мной мрачной громадиной высилась цитадель‑дворец. Стражники не обратили на нас внимания, и мы оказались внутри. Анфилады колонн, создающие переходы, вели вправо и влево, но я, ясень пень, поперся вперед, в самую большую залу, где стоял пустой трон. Тут‑то меня и тормознули.
– Куда?
Стражник сурово буравил меня своими черными клубящимися дымкой глазами. Я сиротливо обернулся на Хло, но тот стоял с равнодушным видом, будто все происходящее здесь его не касалось.
– Мне бы к архивариусу Лебуху.
– Надо взять правее, пройти по коридору к угловой комнате.
– А сюда чего не пускают? Место преступления, что ли?
– Сюда никого не пускают с тех пор, как убили Наместника. Только когда появится новый Наместник, главный зал опять откроют.
Внимание. Получено задание "Окровавленный трон".  За пояснениями обратитесь к архивариусу Лебуху. 
Ладно, где там этот муж ученый, что ходит по цепи кругом. Комнатку я нашел без труда, скорее всего, потому, что около нее было уж очень людно. Игроки терпеливо ждали своей очереди, тихо и беззлобно переругиваясь, словно бабки в ЖЭКе, уже ко всему готовые и привыкшие. Я стал седьмым.
– А чего очередь‑то? Колбасу раздают?
Стоявший передо мной драман с непропорционально широченными плечами грустно повернулся ко мне.
– Так архивариус тот еще буквоед. С Наместником все проще было, да только он теперь червей кормит.
– А что случилось‑то?
– Новенький, что ли? – пригляделся ко мне драман. Смотри, смотри, все равно ничего не увидишь.
– Ага, без году неделя.
– Я в "Верравию" уже три года играю. Когда остров Тойрин открыли, сразу сюда ломанулся. Все было интересно, продумано. А потом бац, и Наместника грохнули.
– Рейд устроили?
– Если бы. Эти гребаные НПС с ИИ сами и завалили. Хрен поймешь, чего им не жилось. Вроде как Наместник женился на женщине‑звере, та родила ему мальчишку, а остальные как‑то все это прознали. Ну и порешили мужика, долго не думая. Хотя странно, всем по умолчанию дается задание про окровавленный трон, типа до правды надо докопаться. Только информации ни у кого никакой. Да и чего докапываться? Все ясно – Наместник мертв, а всем заведует идиот‑архивариус.
Получены пояснения к заданию "Окровавленный трон". 
Какие пояснения? Ничего непонятно. Дита, Дита, мне кажется, что ты отвернулась от меня.
С Навуходоносором, в миру Олегом, мы проговорили около получаса, пока не подошла его очередь. За это время я узнал, что он аж семьдесят второго уровня, состоит в клане "Миротворцы", у него своя охранная контора, в общем, нормальный мужик. Другой на его месте отмахнулся бы от нуба, сколько таких встречается каждый день, которые элементарных вещей не знают? У матерых игроков неофиты вызывают только раздражение. Когда прислужник позвал его, то драман‑Олег подмигнул мне и пошел арендовать новую таверну для сходняков клана – о покупке пока речи не шло, надо сначала присмотреться. Вернулся он спустя минут десять, хлопнул меня по плечу и закатил глаза.
– Да прибудет с тобой сила. Редкостный мудак этот Лебух.
Я вошел в комнату, ожидая увидеть согбенного старика с трясущимися руками. Но нет. Архивариус тоже оказался здоровенным крепким драманом, даже больше и внушительнее своих соплеменников. Как же тесно ему в этой комнатенке. Создавалось впечатление, что это дворец со всеми помещениями построили вокруг Лебуха, а не его впихнули сюда.
– Добрый день, по какому вы вопросу?
– Я бы хотел взять в аренду небольшое помещение.
Лебух достал огромный кусок пергамента, стянутый кожаными завязками, и разложил передо мной карту города. Блин, может, можно как‑нибудь ее к книге приложить, и она там останется?
– Необходимое помещение будет использоваться для предпринимательства или для жилья?
– Для предпринимательства, – сразу растерялся я от канцелярского тона архивариуса.
– Тогда настоятельно рекомендую вот этот район, – ткнул пальцем Лебух. – Множество торговых рядов, некоторые называют его торговым кварталом. Среднемесячная аренда около четырехсот золотых.
Я постарался придать своей физиономии максимальный покер‑фейс. Во‑первых, думается мне, щас этот Лохбух впарит мне очередной неликвид. Во‑вторых, мне как раз и не нужно место, где до фига торговцев. В‑третьих, мне что, почку продавать, чтобы на аренду хватило?
– Есть ли свободные здания, скажем, к примеру, вот здесь.
Я ткнул пальцем на площадь с доской объявлений, прямо у входа в город.
– Много помещений, там слишком шумно, достаточно часто стычки новоприбывших…
Внезапно Лебух осекся, глаза на мгновение блеснули, сквозь темную дымку проглянул желтый зрачок.
– Я хотел сказать, что район находится в средней зоне перспективности, свободные помещения наличествуют.
– Мне нужно ближайшее к площади. Чтобы его было видно с главных ворот. Скажем, вот в этой зоне.
– Средний дом свободен. Он относительно небольшой, но достаточно крепкий и…
Ну и пошел чесать по ушам. Риелторы из нашего мира по сравнению с Лебухом походили на детей первый раз в жизни пытающихся соврать. Если не остановить архивариуса, клянусь Локом, он сейчас начнет рассказывать мне за финскую сантехнику и новую систему отопления.
– Какова будет стоимость?
– Девяносто золотых в месяц, – как на духу выложил Лебух.
Торговаться с этим пройдохой бесполезно, но цена мне не подходит. Что делать?
– Предлагаю следующее. Я снимаю помещение, но плачу понедельно. По тридцать золотых.
– Аренда сдается помесячно, – попытался архивариус наставить меня на путь истинный.
– Либо так, либо никак. У меня сейчас ровно тридцать монет. Через неделю будет еще тридцать. В противном случае, здание так и будет простаивать, вряд ли на него найдется желающий в неперспективном районе.
Ох, какая красота наблюдать, как в человеке, то есть в драмане, борются алчность и гордыня. Хотя я все‑таки ставлю на скупердяйство и жадность архивариуса.
– Хорошо. Я подготовлю нужные документы.
Не прошло и десяти минут, как прошел час. Лебух подготовил договор в нескольких экземплярах, а я в свою очередь внимательно его прочитал – не согласился с некоторыми пунктами, после чего явно зауважавший меня архивариус составил новый.
– Кстати, может, расскажете мне про "Окровавленный трон"?
– Около года назад в столице стали находить мертвых людей, растерзанных зверем. Впервые за много лет жители стали запирать двери на ночь, Наместник усилил патрули на улице, но чудовище продолжало свирепствовать. Тогда на помощь пришел охотник на оборотней, могучий Оточенто. Он выследил тварь до самого дворца, где она укрылась. А когда мы все ворвались внутрь, то обнаружили в покоях супруги наместника перепачканную кровью постель и одежду. Она и была тварью, державшей в страхе весь город. Наместник пытался защитить ее, выпустив через потайной ход, но разозленная толпа накинулась и на него. В тот день мы и лишились нашего господина.
– А его жена что? Она оборотень?
– Да, оборотень. Ее больше никто не видел. Поговаривали, что странное существо замечали южнее от столицы, но очень давно.
– У Наместника не было, что ли, сыновей? Чего трон‑то пустует?
– У него был сын – Иирмар. В ту пору, когда произошла трагедия, он находился в столице Верравии, в гостях у императора. Мальчик долгое время учился там, почти не бывая на Тойрине. Позже он вернулся, но сменил имя, и теперь никто не знает, где он.
– А чего нового Наместника не изберут?
– Это очень сложно. Наместник должен пройти серьезные испытания: оживить то, что мертво, соединить то, чего нет, освободить того, кто и так свободен.
Внимание. Получено задание "Наместник острова "Тойрин".  Ходит предание, что появится чужак, способный выполнить все три условия Императора. Тогда у Тойрина наконец появится законный правитель. 
А че, почему бы и нет. Я чужак, каких еще поискать. Стану тут главным королем королевичем, Наместником по‑местному. Заживу…
Хотя, наверное, я не один такой, куча народу спит и видит, как стать Наместником. И если до сих пор Тойрин без правителя, значит не так все легко в этом квесте. Ладно, мечты мечтами, а пора и о хлебе насущном подумать.
Выйдя, я постарался не смотреть на осуждающую меня длиннющую очередь, вжал голову в плечи и выскочил на улицу. Забежал в Веселый Дом, сказал, куда принести доспехи и оружие. Сам я захватить ничего не мог – стоит мне броню в руки взять, так ее хрен потом кто наденет. Проверено на голгорах. Теперь надо и саму лавку осмотреть.
Хло проворно бежал за мной, даром, что ножки совсем крохотные. То ли мне казалось, то ли хотелось, чтобы так было, но я стал явно интересен фейре. Кстати, есть у меня на его счет кое‑какие планы, вот только надо сначала бизнес запустить.
Что‑что, а впаривать Лебух умел. За тридцать золотых в неделю, я, конечно, не ожидал увидеть особняк Хью Хефнера с блэк‑джеком и прелестницами, но одноэтажный домишко, прижатый с двух сторон высокими тавернами, смотрелся на здешней площади бедным родственником. Ах Лебух, ах прохвост. Не был бы самым важным человеком в городе, сам бы его к себе переманил. Торгаш от бога.
На руке засветилась татуировка Кобелюги. Я нажал на рисунок, и он тут же погас. Достал ключ, отпер дверь и почесал голову. Что ж, бедненько, но чистенько. Я обследовал новые владения вместе с молчаливым Хло и резюмировал следующее – комнаты две, это хорошо. Хотя, справедливости ради, каморка за покосившейся дверью скорее походила на чулан, но там можно хранить товар. Дальше – кроме барной стойки (подумать только, тут еще где‑то люди сидели, закусывали, выпивали!), мебели никакой. Ну она и не нужна. Если только пару открытых шкафов, которые я видел у Бройлега в Файворе.
– Ну че тут у тебя? – появился на пороге Кобелюга. – О, а это кто?
– Телохранитель. Долгая история, потом расскажу. В общем, здесь будет контора.
– Видал я места и получше, – откровенно признался Серега. – Ну ничего, облагородим. Я тут лицензию на десять новых названий для доспехов и десять новых для оружия приобрел, поднял несколько пунктов в Гравировке, выучил "Мидаса". В общем, готов пробовать.
Снаружи послышался грохот. Я вышел и увидел несколько лошадей, груженных мешками. Сопровождал их какой‑то незнакомый человек, который, как давно знакомому приятелю, кивнул мне.
– Привет вам от Тертила, уважаемый.
– Ясно. Кобелюга, Хло, и вы… тоже, заносите все внутрь.
– А ты чего? – возмутился Серега.
– А мне нельзя. Если я хоть что‑нибудь трону, весь наш бизнес рухнет. Так что я буду улыбаться и махать.
Эх, Лок, не прогадал ты с последователем, ох как не прогадал.

ИП "Кобелюга и КО" 

Дел, как выяснилось, было много. Хорошо, Тертил оказался опытным парнем в наведении мостов и строительстве бизнеса с нуля. Прислал позже еще и Кейшу в помощь. Я выделил шестьдесят золотых Хло, отдал последние деньги контрабандисту‑привратнику вместе со списком необходимых покупок, и мы с Серегой занялись самым важным – созданием "новых" доспехов. К слову, профа Кузнеца пригодилась – многие нагрудники, присланные Тертилом, пребывали в неидеальном состоянии – с вмятинами от ударов и следами запекшейся крови.
Кое‑как приведя в товарный вид первые латы, Кобелюга забормотал нечто невразумительное и дотронулся до доспехов. Сработало – обмундирование сначала побелело в точке прикосновения, а потом разлилось равномерной золотой волной.
– Теперь свиток Постоянства, – сказал мне Серега, вытаскивая пергамент.
Листочек с желтой бумагой вспыхнул в руках и исчез. Кобелюга посмотрел на меня и удовлетворенно кивнул. Я всмотрелся в латы:
Побитые латы стражника  
Уровень брони: 50 
Вес: 30 
Статы средние. Я бы сказал, обычные для такого доспеха. Вот выглядит он, конечно, супер – переливается на солнце, будто и вправду цельнозолотой. Но с таким названием его никто не купит.
– Что, начинаем гравировать? – Спросил я Кобелюгу.
– Ага, только что писать? Лучше пару букв, не больше.
– Тогда давай И.В. , ‑ предложил я. – Империя "Верравия".
– Щас попробую.
Гравировал Серега дольше всего, примерно минут двадцать. По его словам, как только уровень профы вырастет, все должно пойти быстрее, хотя и так было неплохо.
– Сработало, – засиял он, поставив точку после В. – Старое название исчезло, чего в лицензии писать?
– Ну, чтобы не открывать Америку, просто вместо "Побитые" вставь "Имперские".
– О, у меня достижение "Создатель" появилось.
– Поздравляю, – спокойно ответил я, а сам тщательно смотрел на творение рук наших.
Имперские латы стражника  
Уровень брони: 50 
Вес: 30 
Мне самому захотелось их купить. Красивые, блестящие, с красивым названием. Выглядят, будто только от кузнеца‑ювелира.
– Серега, ну ты технологию понял?
– Вполне.
– Тогда я займусь пока другими делами.
Я тихонько выбрался на улицу, благо уже наступила ночь, и осмотрелся. Несколько игроков собирались у выхода из столицы, негромко переговариваясь между собой – походу, в рейд готовились. Но у доски объявлений никого не было. Замечательно. Хло семенил за мной следом, пытаясь не шуметь и пригнув уши – забавный он все‑таки. Я, стараясь ступать на носки, добрел до желтеющих под светом луны листков – посланий от администрации – и чуть не наложил в штаны.
Открыт талант Незаметность. 
Дита, но не сейчас же! Так и до инфаркта недалеко. Фуф. Продолжаем… Я достал листок, даже немного похожий на админовский, и стал писать на нем своим пером, тщательно копируя манеру и наклон букв. Всего несколько минут, и послание будущим клиентам было готово:
Вниманию игроков. В Локтре открылся магазин имперского оружия и брони. Спешите купить подлинное верравийское обмундирование, первым трем покупателям скидка двадцать процентов. 
По моему скромному мнению, я гений. Осталось только придумать, как пришпандорить эту бумажку к столбу – ни клея, ни степлера под рукой нет. На выручку пришел Хло, вырвав у меня из рук объявление и в прыжке пригвоздив его маленьким кинжалом к доске. А что, так даже эффектнее смотрится. Надо будет фейре возместить потом стоимость оружия.
Где же мой новый друг‑контрабандист? Помянешь Кейшу, он тут как тут. Только теперь с привратником Веселого Дома прибыл еще народ. Четверо драманов тащили два открытых шкафа для доспехов, как я заказывал, еще один взгромоздил себе на плечи стойку для оружия, а сам Кейша нес вывеску с изображением золоченого доспеха. Ох, заинтересовался Тертил в моем проекте, еще как заинтересовался. В противном случае, не помогал бы мне так.
– Заносите все внутрь, – шепнул я Кейше.
Шкафы расположили за прилавком, Кейша с помощником отправился крепить вывеску, а я остался с Серегой.
– Гляди, только не трогай, раз нельзя.
Имперский ростовой щит Великана  
Уровень брони: 40 
+ 3 к Эгиде 
+5 к Блокировке 
Вес: 10 кг 
– Сколько такой может стоить?
– Ну монет шестьдесят, семьдесят.
– Значит, у нас будет сто пятьдесят.
– Кирилл, ты не борщишь?
– В противном случае не окупится. Половину нам надо отдать Тертилу, тридцатку в неделю за аренду, плюс у меня кредит висит еще. Зарядим, а завтра посмотрим. Это самый крутой щит?
– Да нет, так себе. Я просто с самых простых вещей начинаю, чтобы, если напортачу, жалко не было. Но, вроде, все получается. Только с лицензиями не угадал, придется сбегать еще взять.
– Ну я тогда полежу, если ты не против.
Я уселся у стены и открыл книгу. Эх, давненько я на статы не смотрел. Чего там изменилось?
Персонаж: Крил. Уровень 5. 
Раса: Человек. 
Сила:  10 
Защита: 1, Блокировка: 1, Грузоподъемность: 125 (+25 % базовый навык). Текущая: 15,5 
Интеллект:  2, Мана: 20. 
Красноречие: 2, Остроумие: 2, Торговля: 2, Убеждение: 2, Вранье:1 
Наблюдательность: 1, Травничество:1 
Выносливость:  29, Бодрость: 290, Здоровье: 300 (+10 достижение "Вивисектор") 
Ловкость:  7 
Гимнастика: 6, Бег: 9 (+3 от предметов), Акробатика: 6 (+2 от предметов) 
Сноровка: 3, Уклонение: 5 (+4 от предметов) 
Тренировка: 3, Скорострельность: 1 
Скрытность: 1, Маскировка: 1, Незаметность:1 
Опыт 2160/4878 
Репутация у альянса контрабандистов: Новый Приятель (скидка на покупку незаконного товара 10 %) 
Уровень брони 40 
Свободных очков навыков: 0, очков способностей: 2, очков талантов: 2. 
Очки способностей у нас идут на Гимнастику – а то Бег в потолок уперся, дальше расти не будет, ну и в Красноречие… Ага, хрен там. Интеллект развит до двойки, надо его поднять сначала. Блин, я как та мартышка – что мне разорваться? И Ловкость нужна, и Интеллект. Ладно, тогда в Скрытность. А какой талант выбрать: Маскировку или Незаметность?
Первое, как я понял, – пассивное умение, когда не двигаешься, а вот второе нечто вроде стелс‑режима. Мне импонирует больше Незаметность, но инстинкт самосохранения подсказывает, что я нескоро еще стану заправским рогой и буду по‑тихому резать врагов. Эх, скрепя сердце, но Маскировка +1. Собственно, когда разживусь, надо будет какого‑нибудь шмота купить с закосом в эти способности.
Я отложил книгу и подпер голову рукой. Жестковато, но тепло, уютно, безопасно. Рядом уселся Хло; передо мной, выправляя погнутый край нагрудника, стучит молотком Серега, вполголоса переговариваются драманы, решая, как лучше повернуть шкафы. Глаза сами собой закрылись, и я погрузился в темноту, в которой изредка раздавались удары по металлу: тук‑тук, тук‑тук, тук‑тук… БАМ‑БАМ‑БАМ.
От неожиданности я подскочил, на автомате вытаскивая лук. Поможет он в небольшом помещении, как же. Давно надо было два кинжала купить или коротких меча. Так, что случилось?
Декорации не поменялись, вернее, видоизменились немного: готовая броня лежала на прилавке, оружие – в стойках, передо мной стоял невысокий, по меркам сородичей, голгора (слава богу, то есть Локу, не Латрон), в окна бил яркий солнечный свет, а дверь трещала под сильными ударами.
– Ты кто? – не придумал я более умного вопроса.
– Шейрух. Торговец. Меня прислал Тертил.
Ага, ну с этим ясно. Значит, уже утро. Поэтому и Кобелюги нет, убежал, не стал будить. Так, а где Хло? Телохранителя я нашел спящим в углу. Тоже мне защитник. Дверь тем временем грозилась разлететься в щепки.
– Что там? – испуганно спросил я Шейруха.
– Покупатели, господин. Может, стоит уже открыть магазин?
– А, ну давай.
Голгоро‑фейро‑драмано‑людская толпа чуть не сбила меня с ног, впечатав в стену. Да, не ожидал я подобного ажиотажа. Несколько секунд игроки молчали, изучая представленный товар, а в следующий момент загалдели на разные голоса.
– Имперский щит Дуболома!
– Имперскую броню Поглощения и Имперский трезубец!
– Имперские наплечники!
– Имперские сапоги Прыгуна!
Я тихонечко протиснулся к двери и оказался на улице. Матерь Божья, это была лишь верхушка Айсберга. Вся площадь оказалась забита игроками, как совсем нубами, судя по одежде, так и уже опытными. Ну последние понятно, скорее всего, со скепсисом отнесутся к моему начинанию, но если даже их магазин заинтересовал…
– Ну че там?
– Что купил?
– Крутые вещи?
Меня сразу обступили со всех сторон.
– Да деньги не взял. Сейчас в банк сбегаю и вернусь.
– Ага, как же, не останется уже ничего, – тут же отстали все от меня.
Это хорошо, выпячиваться я не буду. Никому не надо знать, что это предприятие затеял скромный новичок. Во‑первых, сразу возникнет нездоровый интерес к моей персоне, а во‑вторых, клиентов поубавится. Это психология. Покупка у НПС – само собой разумеющееся, поэтому мне и нужен этот голгора‑Шейрух. Это же программа, не более. А вот когда приобретаешь у игрока – понимаешь, тот на тебе наваривается.
Получен талант Торговля, уровень 2. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности.  
Выполнена 3/5 часть задания "Единственный в своем роде".  
Говорят, что есть такие лентяи, которые могут и деньги заработать, не ударив палец о палец. 
Получен талант Торговля, уровень 2. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности.  
Получен талант Торговля, уровень 2. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности.  
Получен талант Торговля, уровень 2. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности.  
Похоже, талант Торговля пассивный. Его можно качать не самому, а зарядив какого‑нибудь НПС продавать твое барахло.
Получен талант Торговля, уровень 2. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности.  
Так дело не пойдет. Я с ума сойду от этих сообщений.
– Дита, отключить информирование о развитии таланта Торговля.
Фуф, вроде, сработало. Значит, теперь отслеживать Торговлю придется вручную, без напоминаний. С другой стороны, сдается мне, что проблем у меня не возникнет. Как только подниму Интеллект с Красноречием, Торговля сама подскочит до нужного уровня.
Еще я выполнил очередную часть задания по превращению из дрожащей твари в жреца самого Лока. Обидно, конечно, но считают, дескать, я палец о палец не ударил. Все‑таки придумал все это, организовал, а то, что сам у прилавка не стою, уж извините.
– Привет, и ты тут?
На меня взирала прекрасная Сетта. Хорошо хоть была одна, без своей страшной зверушки‑маунта.
– Привет. Да вот Имперские доспехи смотрел.
– Развод для лохов и донатов, – усмехнулась она. Так значит, не только красивая, но еще и умная. Редкое сочетание. – Хотя подход правильный, сама удивляюсь, как никто раньше не додумался.
– Гении маркетинга, – похвалил я сам себя.
– Думаю, теперь на каждом углу появятся магазинчики в стиле "Имперские доспехи".
– Не появятся, – заверил я ее. – Названия же залицензированы. Еще не все, но это дело времени.
– Так это ты, значит? – посмотрела на меня Сетта другим взглядом… с интересом, что ли. – Наш пострел: и Авгур, и коммерсант. Кто ты без костюма, Железный Человек?
– Все понемножку, – уклонился от ответа я и попытался сменить тему для разговора. – А ты что, не донатишь?
– Нет, неинтересно.
– Идейная, значит. А как же покупка Шлема? Щедрый спонсор?
– За такой вопрос можно и по лицу получить. В твоем случае, по морде. Но чтобы ты ничего не думал – купил отец. Считает, что у меня проблемы в общении с людьми.
– Психическая что ли? – ляпнул я. Тут же постарался исправиться. – Обычно в таких случаях к психологу ходят, а не покупают виртшлем.
Сетта замолчала. Да, не силен я в общении с девушками. Еще пара моих замечательных фраз, и она совсем со мной разговаривать перестанет.
– Ты не обижайся, пожалуйста, я иногда говорю, а потом думаю.
– Я заметила, – усмехнулась Сетта. – Света, – протянула она руку.
– Кирилл.
– Ты забавный, Кирилл. Не похож на остальных геймеров. Только такта у тебя ноль.
– Я просто его не прокачал еще, – улыбнулся я.
Договорить мы не успели, потому что подобно набравшему силу тайфуну к нам подлетел Кобелюга. Редкая у него особенность уходить и приходить не вовремя.
– Кирилл, поговорить надо.
– Кобелюга, это Сетта. Сетта, это Кобелюга.
Серега посмотрел на Свету, скорее даже не на ее внешность, а на уровень, и отвернулся. Она его точно не интересовала.
– Поговорить надо. Наедине.
– Ну ладно, я все равно уходить собиралась, – было видно, что Сетте обидно.
– До скорого.
Конечно, можно было бы, как в крутых фильмах, сказать: "Серег, ну что ты, у меня от нее секретов нет". Но они были.
– Ты меня извини, Кирюха, если что не так.
Его тон мне сразу не понравился. Обычно подобные разговоры не заканчиваются ничем хорошим. Скорее наоборот. Но перебивать Серегу я не стал.
– Мы же с тобой компаньоны, да? И все друг другу должны говорить.
– Ну твои интимные проблемы меня мало интересуют, – попытался отшутиться я.
– Ты же понимаешь, о чем я говорю, – огромные глаза фейры источали серьезность, перемешанную с обеспокоенностью.
– Ну, говори уже, – разговор перестал быть томным.
– Ты странный. Даже для этой игры. Ешь местную еду, практической пользы в этом почти никакой. Спишь, хотя зачем заходить в виртуальный мир, чтобы поспать? И как‑то уж совсем часто ты здесь тусуешься. Ничего объяснить не хочешь?
Сколько веревочке не виться… В конце концов, Серега, вроде, нормальный мужик, на сколько я успел заметить. С юмором, но деловой. Да и других знакомцев или приятелей не было. Тут еще и Костик на меня забил большой болт с искусной резьбой. Эх, была не была…
Слушал Серега внимательно, точно я завкафедры космических летательных аппаратов, а он студент‑первокурсник. Хотя стало понятно, не верит Кобелюга мне, думает, мозги компостирую.
– Ну вот сам подумай, какой мне резон врать? Я вон даже телохранителя нанял на последние трудовые, потому что ну никак мне нельзя умирать.
– Ну откуда ты знаешь, ты не пробовал.
– Ага, а ты когда расконнектишься, домой приди, ствол в рот сунь и исследуй всю метафизику бытия – узнаешь как раз на счет боженьки и жизни после смерти.
– Хорошо, а этот Костя, админ который, – такое ощущение, что Сереге кровь из носу надо было доказать, что я не вру. – Он же может все подтвердить.
– Может, только он на связь не выходит.
– Давай через меня попробуем.
Блин, как мне самому в голову не пришло. Ну действительно, у остальных игроков выход на админов есть. Что мешало попросить Свету или Серегу связаться? Вот лопух.
– Давай, я конфу создам.
– Амехирон, слушаю вас, – услышал я блеклый голос сверху.
– Добрый день, мне нужен Керрик3, ‑ Серега посмотрел на меня, я утвердительно кивнул. – По личному вопросу.
Амехирон не стал препираться, да пошлет ему щедрый Лок жену не из своих последователей, и после длительного молчания я услышал знакомый голос.
– Керрик3, слушаю вас.
– Костя, Костя! – заорал я.
– Кирилл, ты?! Слава богу, с тобой все в порядке. У нас тут такое творится… – Костя на мгновение умолк, поняв, что мы не в приватной беседе.
– Все в порядке, Серега все знает. Только пока не особо верит.
– Мне все равно может по шапке прилететь, ну ладно. Слушай. Кто‑то или что‑то старательно тебя обрубает, а может, и ты сам как баг на это способен. Но теперь с тобой вообще никакой связи. Мы даже советом, получается, помочь не можем. У нас тут такое ЧП было…
– Какое? – спросил я. Не захочет говорить – не скажет, но попытаться стоило. В моем случае информация не просто оружие, а ракетный комплекс "Вихрь".
– В общем, не дай бог вам обмолвиться даже словом. Но… хакнули нас. Цинично и тонко. Будто изнутри работали. Мы даже теперь до конца не поняли еще, в порядке у нас все или нет. Сервера работают, в игре, вроде, без видимых потерь, но вдруг какая гадость выстрелит.
– То есть мной уже совсем не занимаются?
– Кирилл, в общем… – Костя уже совсем зашептал. – Тут вообще с тобой странное что‑то. Сначала носились, искали профессора, а теперь даже разговаривать о тебе запрещают. У меня все записи разговоров забрали, подписку о неразглашении взяли, хотя, как я понял, занимаются. Но только очень тихо. Вообще тут у нас, знаешь ли…
Связь резко оборвалась, и я не узнал, что там у них. Моего взгляда на Серегу хватило, чтобы он кивнул и стал набирать снова.
– Твою ж за ногу, Кирилл, я не могу с администрацией связаться.
– Значит, теперь и ты теперь подвергся обструкции.
– Чьей?
– Не знаю, но чувствую, этот кто‑то очень не хочет, чтобы я высовывался. Специально меня затыкает. И всех тех, с кем я общаюсь.
– Охренеть, – только и смог выдавить из себя Кобелюга.
Я не стал спрашивать, что родило этот экспрессивный возглас – то, что Сергей наконец поверил в мое цифровое здесь присутствие или его Кобелюго‑модератовский целибат, который ему теперь предстояло блюсти.
– Делать что будем? – Загорелся Серега.
– Не суетиться. Как говорит мой отец, медленно спустимся с гор и овладеем всем стадом. А для начала, посмотрим на наши барыши.
– Так рано еще, часа не прошло.
– А магазин, судя по всему, пустой.
По площади расходились игроки. Условно их можно было разделить на две категории: успели и опоздали. Первые сверкали и хвастали золотой броней, а вторые лишь зло переругивались в стиле "стремный магазин" и "ничего нет толком". Но сдавалось мне, эти товарищи буду в числе первых, кто будет штурмовать лавку завтра.
– Приветствую, Господин, – кивнул мне Шейрух. На Кобелюгу он даже не посмотрел.
– Ага, давно не виделись. Давай, расчехляй карманы. Ну или где ты там держишь золото?
– За сегодняшний день магазин заработал 2860 золотых. Как я понял, половину необходимо отдать Хозяину?
– Да, половину Тертилу. Нам соответственно 1430.
– Пожалуйста.
Шейрух высыпал на стойку внушительную гору мелких золотых монет. Я ловко сгреб свои кровные 715 в мешок и показал Сереге на оставшуюся половину.
– Чего стоишь? Это твоя доля.
– Охренеть, – вновь выдавил из себя компаньон. Я думал, его словарный запас чуть побогаче. – Ты хоть понимаешь, сколько здесь?
– При курсе один к восьми получается 5720 евро.
– Вот и я говорю, почти шесть кусков за ночь. Шесть, мать его, кусков. Я хорошо зарабатываю, но у меня в месяц столько выходит.
– Ну не для всех здешних донатов сумма такая большая. Кстати, Шейрух, завтра будешь продавать все на двадцать процентов дороже. Понял?
– Кирюх, ты не зарывайся, вспомни поговорку про жадность и фраера.
– Совсем не наш случай, скорее, "куй железо, пока горячо". Единственное, тебе опять ночь не спать. Я сейчас к Тертилу: скажу, чтобы новую партию подогнал, а ты затаривайся лицензиями и ближе к вечеру сюда. Ок?
– Лады, тогда пойду посплю. Думал по работе поездить, да ну ее нафиг.
– Серега, а ты кто по профессии?
– Ларечник. Пять киосков у меня. Но я сейчас брату позвоню, напрягу его. А сам спать завалюсь. Сам понимаешь, шесть кусков за ночь…
– Ладно, ладно, – эйфория Кобелюги стала утомлять. Я хоть и радовался нашему успеху, но никак не был удивлен. План "продажа понтов" должен был сработать. – Давай, до вечера.
И мы остались в лавке одни с Шейрухом.
– Пошли, я магазин закрою.
Блин, неудобняк какой с ключом. Передать я его никому не могу – все‑таки он вещь – что теперь, придется быть привратником при собственной лавке? Надо чего‑то придумывать.
– Скажи хозяину, что мне нужен товар на порядок лучше… И больше
Голгора кивнул, спешно попрощался и засеменил наверх, сдаваться Тертилу. Представляю довольное его лицо, когда ему принесут почти полторы тысячи золотых. Сдается ощущение, что я выведу альянс Контрабандистов на новый уровень.
Подергав дверь, я рванул наверх, к банку, желая побыстрее погасить кредит. Обогнал по пути Шейруха, чуть не оторвался от Хло, все‑таки прокаченный Бегун дает о себе знать, и чуть не влетел в "Первый Императорский". Признаться, давешний знакомый клерк, увидев, как я достаю из мешка золото, расстроился. Странное отношение к должникам.
Отдав три процента от трехсот золотых, сам кредит и еще сотню за досрочное погашение – к моему удивлению, был и такой пункт в договоре (надо взять в привычку читать мелкий шрифт) – с слегка опустевшим мешком я вышел наружу.
Итак, у меня на кармане три сотни. Теперь на найм Хло хватит без проблем. Но вот только душит меня толстая обитательница болот. Платить почти две косых телохранителю. Конечно, в обозримом будущем это не такие большие деньги, но как там в поговорке "кто не бережет копейки, рубля не стоит". Чувствую, назрел серьезный разговор.
– Хло, у меня к тебе вопрос. Сколько раз в месяц игроки пользуются твоими услугами?
Фейра хмуро посмотрел на меня, точно догадываясь, о чем пойдет речь.
– Четверо. Иногда пять‑шесть.
Получается, при самом удачном раскладе Хло заработает триста шестьдесят золотых. А со мной он станет непризнанным олигархом. Не то чтобы я был против обогащения лесного народа в конкретном лице, но от такого обилия сладкого у фейры могло кое‑что слипнуться.
– У меня к тебе такой контракт. Ты станешь моим постоянным наемником. Платить буду шестьсот золотых в месяц. Двести в начале, и четыреста в конце. Задача та же – не дать моей тушке остыть. Ну как?
Уж не знаю, какие чувства боролись внутри Хло, но руку он подал не сразу. Видимо, серьезно прикидывал все плюсы и минусы. Хорошо, что здравый смысл победил.
Внимание, вами нанят персонаж Хло.   Теперь вы имеете доступ к его навыкам. 
Персонаж Хло. Уровень 23 
Раса: Фейра 
Сила:  12, Здоровье: 720 (+100 достижение "Вивисектор3", + 30 достижение "Убийца", + 100 достижение "Последний Герой", +370 от предметов). 
Интеллект:  41, Мана: 980 (+20 достижение "Маг четвертого круга", +50 достижение "Маг третьего круга", +100 достижение "Маг второго круга", +80 достижение "Тайная чародейская тропа", + 120 достижение "Боевой колдун", +200 от предметов). 
Выносливость:  8, Бодрость: 330 (+250 от предметов) 
Ловкость:  1 
Ну правильно, Интеллект – его хлеб, как ни крути, вот туда и вкладывался. Про Силу тоже понятно – к нему Здоровье привязано. Немного Бодрости для боя, а на ловкость он плевать хотел. Оно и правильно. Даже зависть взяла – вот человек, вернее НПС, правильно качается, не то что я. Ладно, Хло, мы теперь с тобой таких дел наворотим. Но сначала есть у меня одно несомненно важное и совсем неотложное дело.

Лучник по призванию, рейдер по необходимости 

Рулет я уже не осилил. Лишь согласно кивнул Хло, и тот в два присеста смолотил пятьсот килокалорий с кремом. И это после того, как он спорол огроменный кусок хорошо прожаренного мяса. Что и говорить, не в фейру корм.
Отмахнувшись от логов Диты, к которым после приемов пищи уже почти привык, я развалился на стуле. Чего делать, чем заняться, точнее как дальше жить? С одной стороны, у меня теперь есть какой‑никакой заработок. Конечно, ручеек из мажоров когда‑нибудь высохнет, но к тому времени я уже успею снять все сливки. С другой – меня совсем не радовало остаться здесь навсегда: остепениться, превратиться в главу контрабандистов (да простит меня Тертил), пустить корни. Конечно, космонавтом в детстве я стать не мечтал, но планы на будущее были несколько другие.
Внимание. Вы достигли звания Старый Приятель у альянса Контрабандистов. Вы пользуетесь авторитетом практически у всех преступников. Безусые новички замолкают, когда речь заходит о вас.  
Это что, Шейрух только сейчас до Веселого Дома дошел? Да, не быстрый торговец. Надеюсь, его медлительность компенсируется честностью, хотя бы к главе контрабандистов. Кстати, интересно, а звание теперь будет каждый день повышаться, стоит только тертиловский товар сбагрить? Если так, то скоро я сам встану во главе Веселого дома, причем относительно демократическим путем.
Снаружи разнесся громкий и раскатистый гром. Это еще что? Я выглянул в окно – странно, на небе ни облака. Тут какие‑то погодные аномалии, или я чего‑то не знаю? Ответом мне была группа игроков, пронесшаяся вниз. Бегут, как на пожар. Только я выбрался наружу, как тут же был сбит драманом‑танком, увешанным броней. Хрясь, и из носа потекла кровь.
– Э, ондатра тоскливая, я тебя не атаковал. Слышишь?
Я пытался унять звон в ушах и понять, о чем он там лопочет. Лишь только когда над ним появились две здоровенные башки сородичей‑стражников, все стало понятно. Пацану дело шьют за неумышленное.
– Вам необходимо подтвердить нанесение вреда здоровью игроком Горилла76.
– Эээ, полегче, ребят. Я сам упал. Тут у вас такая мостовая скользкая, что чуть зубы все не потерял.
– Вы отказываетесь от обвинений в адрес игрока Горилла76?
– Естественно. Чтобы вы потом еще на него Кеннеди повесили?
– Спасибо, – ответил мой новый знакомый. – Хотя я не при делах. Не могу углядеть за всеми на мозги ошпаренными.
– Да сам виноват: услышал гром, выскочил наружу.
– Ладно, я, конечно, погорячился. Услышал, что инфу обновили, ломанулся вниз, смотреть, а тут ты. Игорь, – протянул Горилла семьдесят шестого года рождения (других объяснений странному нику у меня не было) широкую руку.
– Кирилл.
– Ты тоже вниз?
– Похоже, да.
– Ну пошли, интеллигент на босу ногу.
Несмотря на массивность снаряжения и собственных жировых запасов Бег у Гориллы был вкачен не хуже, чем у меня. Может, конечно, были какие‑то плюшки от одежды, но это маловероятно. Я посмотрел сталь, которой Игорь буквально был облеплен со всех сторон – тут всяко со шмота другие таланты поднимаются.
На центральной площади опять собралась толпа. Я настороженно посмотрел на свой закрытый магазинчик с тревогой нерусского продавца фруктов во всероссийско известный праздник второго августа. Благо, игроки были заняты другим, легонько – чтобы ненароком не поранить – отталкивая друг друга от доски объявления.
– Дай пройду. Ты на кого кефиром дышишь? Пропусти, гвоздь беременный.
Горилла прокладывал нам дорогу с такой настойчивостью, что никто не допускал даже мысли возразить драману. К чести Игоря, он не забывал про меня, то и дело оборачиваясь и подтягивая за собой. В противном случае пришлось бы ждать не меньше получаса, пока все не рассосались.
"Вниманию игроков. К концу месяца на Дымчатом Пике будет проведено состязание среди молодых лучников. Обратите внимание, что в соревновании принимают участие игроки, зарегистрировавшиеся в "Верравии" не ранее, чем неделю назад. Срок подачи заявки – не позднее двадцать восьмого числа текущего месяца. Те, кто не принимают участие в состязании, могут присутствовать в роли зрителей. Яркое зрелище вам гарантировано". 
Что за бред? Состязание среди новичков? Все игры всегда строятся на одном принципе – дать нубам минимум возможности для кача, чтобы при первой сложности, они бежали и вбухивали бабки. Причем это в обычных, нищенских, играх. А в "Верравии", сплошь построенной на донате, вдруг устраивать чуть ли не благотворительный аукцион, в котором большая часть геймеров не будет участвовать. Смысл?
Только если кто‑то там наверху хочет убрать большинство сильных игроков, чтобы победил новичок. То есть, например… я.
Уф, аж ладошки вспотели. Неужели и правда? Я принялся перечитывать сообщение, не обращая никакого внимания на роптавших вокруг геймеров. Слишком странное послание, какое‑то слишком заковыристое. Непривычное, что ли. И именно это не давало покоя. Слова что ли не на своих местах? Я всмотрелся в начало каждого предложения. К концу… обратите… срок… те… яркое… К‑О‑С‑Т‑Я. Костя! Так вот оно что! Это послание в первую очередь мне, а потом уже всем остальным. Значит, Костя придумал, как мне помочь. Осталось дело за малым. Выиграть состязание молодых лучников.
– Слушай, Игорь, а как заявку на участие подать?
– Ну так имя свое вписывай, и все. Ты проходишь под требования что ли?
– Да, всего несколько дней в игре.
– Повезло, – откровенно позавидовал Горилла.
Я достал книгу, вытащил из нее свое обгрызенное перо и размашисто написал на свободном месте "Крил". Мои каракули медленно переместились выше и левее, расправляясь в ровные каллиграфические загогулины. Блин, поторопился я на радостях, не подумал о сохранении статуса инкогнито. Ладно, после драки калашом не машут.
Получается, мне теперь в спешном порядке надо качать свои навыки лучника. Интересно как? На кошках или, прости господи, поползнях тренироваться не получится. Надо на серьезных мобах руку набить. А вообще по‑хорошему, рейд имени меня собирать. Ага, фигня осталась, найти визарда‑ддшника, хилера и танка. Вариантов куча.
Блин, а ведь если подумать, у меня же под рукой готовая рейд‑группа. Ее осталось лишь правильно замотивировать. В обычное время лучника в отряд бы никто не взял – он такой же нужный, как у телеги пятое колесо. Но таких, как я, еще поискать надо.
Первым делом я стал разыскивать Гориллу, который еще недавно стоял рядом. На меня теперь пялились, как на Потного Гарри, когда Кубок Огня выплюнул его имя. Летит к чертям моя конспиративность. Игоря я заметил в стороне. Хорошо, что он драман, а не какой‑нибудь дохлый человечишка – так бы не заметил.
– Игорь, слушай, дело есть, – подскочил к нему я.
– На миллион долларов?
– Ну почти. На сто золотых.
– Говори, – явно заинтересовался Игорь.
– Надо побегать с одним нубом, покачать его. Демаг и хилер с меня. Локации интересуют около двадцатого уровня. Невозможного требовать не буду.
– Ну, в принципе, почему нет. Деньги лишними не бывают. Как соберешься, приглашай в группу.
Он не только пожал руку (думаю, в книге появился теперь новый друг), но и поставил татуировку для вызова. Если так пойдет, я скоро стану местным Тимати. Не в том смысле, что супер‑гангста‑блэк‑стар (или как он там себя называет), а пробы на теле негде будет ставить.
Так‑с, танк за относительно небольшую плату есть, демаг всегда под боком в роли телохранителя, остался хилер. Хорошо, что есть у меня один знакомый паладин, точнее паладинша. Я нажал на вызов Сетты.
Моя спасительница появилась меньше чем через минуту. Видимо, тоже ошивалась где‑то возле площади.
– Думаю, надо вырвать знак призыва у тебя с руки вместе с кожей, – сурово начала она. – Слишком уж ты зачастил.
– Так я же не просто так. Я тут попал в ситуевину одну.
– Видела, первый из участников в состязании нуболучников.
– Ну вот, я тут качнуться надумал, а из знакомых хилеров только ты.
– Может, ты еще и на "Мазерати" по проселочной местности гонять начнешь? В хилеры меня перевел.
– Ну ты же паладин, как‑никак. Сетта, очень нужно. Проси, что хочешь.
– И что, вдвоем пойдем. Или своего НПСа тоже возьмешь?
– Конечно возьму. Но ты еще танка нашего не видела. Тот еще Карлсон.
– Варенье любит?
– Нет, в полном расцвете сил.
Я нажал на новую татуировку, и она засветилась в ответ. Вскоре по многочисленной ругани и возмущенным крикам стало ясно – к нам пробирается Горилла. Что называется, сначала появился авторитет, а потом уже его обладатель.
– Альгидрид твою валентность через медный купорос, вот это девка, – искренне восхитился Игорь моей спутницей, от чего в груди кольнула змея ревности. – Причем настоящая, не рисованная. Игорь…
– Света, – засмеялась и подала ему руку зазноба души моей. Это еще что за поворот не туда, в роли свата мне выступать не улыбалось.
– Давайте посерьезнее и ближе к делу. Мне нужна локация выше двадцатого уровня…
– Э, ямщик, не гони, – остановила меня Света. – Я еще не согласилась… Что ты там мне предлагал, любое желание?
Игорь многозначительно хмыкнул, а Сетта, помолчав еще секунд десять и набив себе цену окончательно, хитро улыбнулась.
– Ладно, Леголас, веди нас.
– А чего делать, чтобы тиму создать?
– Руку протяни ладонью вверх.
Вы создали группу. 
Света положила свою нежную ладонь, и по телу побежали искры.
Игрок Сетта присоединился к вашей группе. 
Следом плюхнулась тяжеленная лапища Игоря.
Игрок Горилла76 присоединился к вашей группе. 
– Хло, чего встал как вкопанный? Давай с нами.
Фейра недоверчиво посмотрел сначала на меня, потом на спутников, но все же послушался. Маленькая худая ручка шлепнулась сверху.
Персонаж Хло присоединился к вашей группе. Ваша группа превысила четыре юнита, теперь вы можете создать рейд. Создать рейд? (да/нет). 
Тысячу раз да!
Рейд создан. Лидер рейда Крил. Распределите дележ добычи. 
Так, весь шмот по рандому Игорю и Свете, после моих проклятых рук потом никто точно не наденет. Хло – от осла дохлого уши, а не лут. Во‑первых, птицам деньги не нужны, во‑вторых, и так на окладе сидит. Он, конечно, может сказать, что я дискриминирую его по фейровому признаку, так пожалуйста. Где сядет, там и слезет. Значит, золото на троих. Вроде бы, все.
Сетта с Гориллой с благодарностью и некоторой долей уважения посмотрели на меня. Ну да, я тот еще бессеребренник, цените меня, хольте и лелейте.
– Ну говорите, куда пойдем?
– Ущелье Дрезгов или Пещеры Отверженных? – спросила Сетта Гориллу.
– Ущелье, ясен пень. В Пещерах что угодно может случиться, а у нас боевая группа – ты да я. Робин Гуд канализационный и его хомяк клонированный не в счет. Без обид.
Больше всего хотелось этого Игоря придушить, но в обозримом будущем это не представлялось возможным. Сам виноват – ни Света же его позвала.
– А в ущелье стаи не выше двадцать пятого уровня с башки, если глубоко не соваться. Не считая вожака. Я их один там на фарш порублю.
– Пошли тогда на площадь порталов.
– Куда? – бросил я уже вслед уходящей Сетте.
– В каждом городе есть площадь порталов, откуда ты можешь переместиться в уже известное тебе место.
– Если там есть портал, – добавил Игорь.
Как ни странно, площадь порталов оказалась в квартале голгоров. Один бы я сюда не поперся, в каждом ящере мне виделся проклятый Латрон, но в такой компании ничего не было страшно. Тем более удалось разглядеть "яйца", которые оказались домами пресмыкающихся. Некоторые стояли по отдельности, другие – стройной облепленной кучкой. Вряд ли в этой скорлупе живут реальные игроки – там и окон нет, какое‑то подбие пещер, но вот НПСов здесь терлось много.
Позади квартала голгоров, у высокой городской стены, в земле утопала гигантская каменная чаша. Странная и пугающая сила исходила от нее. Я на себе испытал нечто вроде сильного электромагнитного поля – кожу начало покалывать, по спине поползли мурашки, стало жарко.
Вы открыли портал в Локтр. 
– Готовы? – Не обратила никакого внимания на мое растерянное состояние Сетта.
Хлоп. Она на мгновение исчезла и тут же вернулась, чертыхаясь.
– Кирилл, лидерство рейда отдай, а то я одна, как дура, телепортируюсь.
Она требовательно протянула руку. Ну что делать, держи.
Лидерство рейда переходит к игроку Сетта. 
Хлоп. Весь мир сжался до размеров крошечной точки, и меня завертело, закрутило. Хлоп. И мы уже стоим в похожей чаше, только меньше по размеру, а вокруг унылый и безрадостный пейзаж: черной петлей извивающаяся дорога, заваленная камнями и поросшая кустарниками, пожухлая серая трава торчат с боков, угрюмые деревья‑великаны скрипят на ветру: одни – поваленные с могучими оголенными корневищами, другие – еще нависающие над путниками и землей, но уже высохшие и неживые.
Вы открыли портал в Ущелье Дрезгов. 
– Мерзкое место, – сплюнул Игорь на мертвую землю.
– Опасное? – поинтересовался я.
– Неа, обычная локация для раскачки на мобах. Просто бывают такие места. Ну как сказать, вроде неопасные, но словно кошки у тебя на душе скребут.
В общем, мог бы не объяснять. Я уже и сам догадался. До этого момента Верравия в лице Тойрина представала вполне пасторальной картинкой. Её не портили даже слизни, летающие виверны и спрятавшиеся разбойники. Но вот в этом месте так и веяло безысходностью. Хорошо, что я тут не один.
К вам применен эффект "Послушница Анобы". Агрессия любого существа по отношению к вам снижена на тридцать процентов следующий час. 
Ах, Сетта, Сетта. Такая предсказуемая. Хочет выглядеть сильной и независимой, но, как и любая девочка, верит в принца на белом коне и смерть с мужем в один день. Вот и выбрала себе покровителем Богиню Любви.
К вам применен эффект "Святые руки". Скорость регенерации увеличена в полтора раза следующий час. 
К вам применен эффект "Стальная кожа". Уровень брони увеличен на пятьдесят единиц следующий час. 
К вам применен эффект "Братская печенька". Шанс выдачи редкого предмета с моба увеличен на десять процентов следующий час. 
Это уже лишнее. Проку никакого. Я же сюда не лут пришел собирать, а качаться. Ну не отказываться же теперь от халявы. Сетта закончила с бафами, зато активизировался Хло.
К вам применен эффект "Послушник Ашнури". Противник на дальней дистанции забывает вас атаковать в 50 % случаев следующий час. 
К вам применен эффект "Благодать лесного народа". Уменьшен урон от любых магических атак следующие два часа. 
К вам применен эффект "Везучий сукин сын". Все таланты навыка Ловкости увеличены на два пункта в ближайший час. 
К вам применен эффект "Преданный фейра". Первые 50 % урона, предназначенные вам, берет на себя персонаж Хло. Эффект постоянный. 
Не мог Хло раньше этого преданного фейру включить, когда меня Латрон в "Хрипящем Единороге" в узор на полу превратить пытался? Жучара‑телохранитель: на меня бафы кинул, а спутникам моим – шиш на постном масле. Не только жлоб, но еще и странный – богине Забвения служит. Надо к нему присмотреться будет. Правильно говорят, что хороший товарищ познается в драке – вот и о Хло столько разного узнал.
Игрок Горилла76 применил способность Эгида ко всем членам рейда. Уровень брони вырос на 13 % (текущий уровень таланта игрока). 
Так вот что за Эгида такая, с которой я броню у Бройлега в Файворе видел. Клевый пирожок с мясом, жирный такой, ничего не скажешь. Жалко, я силу не качаю, в броню с ног до головы не одеваюсь, мне не пригодится.
– Ну что, гвозди беременные, понеслась душа в рай?
– Тронулись, – согласился я.
Мы пошли по дороге, спускающейся и петляющей из стороны в сторону, как предвыборные обещания кандидата. Игорь важно шагал впереди, даже не удосужившись вынуть оружие, потом топали мы с Хло, а Света замыкала шествие – с мечом в правой руке и белым сгустком в левой. Благо, первый моб попался почти сразу.
Мерзкое создание, очень смутно напоминающее шакала и медведя одновременно – насмешкой создателей этого мира ютившееся в уродливой и громадной шкуре существа под названием дрезг – вскочило на ноги и сагрилось на Игоря. Сначала я подумал, что ожил гигантский камень, а в следующее мгновение уже стал жалеть о своей затее по поводу раскачки.
Острые желтые клыки лязгнули по металлу, Горилла успел прикрыться щитом, но его заметно повело в сторону. Хрясь‑хрясь‑хрясь. Игорь спокойно, с чувством и расстановкой рубил озверевшего полупса‑недомедведя. Мех разлетался в разные стороны, кровь дрезга заливала моего танка, слышалось смрадное дыхание существа и вонь от его запревшей шкуры. Рядом со мной полыхнуло, и голубая молния ударила в моба – подключился Хло. Игорь осветился белым потоком, восстанавливая здоровье, и из‑за моей спины с мечом выскочила уже Сетта. Зверь под потоком ударов завыл, предчувствуя неминуемое, и даже попытался сбежать. Господи, неужели тут и мобы разумные? Какая жесть.

Вы убили Бешеного Дрезга. Получено 26480 очков Опыта. 
Внимание! Достигнут шестой уровень. 
Внимание! Достигнут седьмой уровень. 
Огогошечки мои, а это же опыт на четверых разделили. Понятно, для остальных это копейки, но лично я в экстазе. А если не изменяет память, каждый новый уровень – это одно очко навыка и два способностей. Итого, последних у меня сейчас четыре. И день только начался.
– Эй, метросексуал чернобыльский, – повернулся ко мне Игорь. – Ты, если хочешь прокачаться, то лук хоть в руки возьми.
Справедливо. Толку от большого количества очков не будет, если не найдется таланта, в который его можно влить. Я взял правой рукой лук за древко и вытащил стрелу. Все, друзья‑товарищи, коварный убивец с самострелом вышел на тропу войны.
– Вон там, видишь, лежит тварь? – указал мне Горилла на медленно вздымавшийся и опускавшийся валун метрах в шестидесяти.
– Да не, я не достану.
– Мда, мама не хотела, папа не старался… Ты хоть попробуй. Или будешь ходить и только по воробьям лупить?
Натянул тетиву и пустил стрелу туда, куда, по моему мнению, она должна была полететь. Что ж, я больше походил на Ивана‑царевича, ищущего свою лягушку, чем на меткого Одиссея, попавшего во все кольца. К чести Гориллы, он не сказал ни слова, хотя, сдается мне, на такой случай у него было заготовлено около десятка остроумных замечаний.
Раз, второй, третий, четвертый. Руку начинало сводить, локоть так вообще отваливался. Конечно, все дело в тренировке, но в голове почему‑то засела мысль, что завтра будут кошмарные боли в мышцах. Уж в этом был уверен, в Верравии все максимально приближено к жизни.
Где‑то к седьмому выстрелу стрела наконец ткнулась в спящего дрезга.
Открыт талант Дальность. 
Причем держу пари, стрела даже не причинила тому какого‑то ощутимого вреда. Однако недомедведь недовольно рыкнул, вскочил на ноги, пару секунд тупо пялясь на меня, и тут же бросился к жалкому человечишке, явно намереваясь сожрать обидчика целиком. Игорь выскочил вперед, перебивая агро на себя, и стал привычными ударами рубить дрезга. Ну а мне что, не стоять же в стороне? Я отправил стрелу в мельтешившую кучу малу и получил еще порцию плюшек от Диты.
Открыт талант Бронебойность. 
О, крутяк. Только странно, разве у дрезга есть броня? От короткого, но емкого и русского слова из трех букв, внезапно извергнувшегося из уст Гориллы, внутри похолодело. Игорь применил какую‑то способность, которая отбросила несчастную тварь на метров десять.
Вы убили Бешеного Дрезга. Получено 26480 очков Опыта. 
Внимание! Достигнут восьмой уровень. 
Но мое внимание была занято не новым левелом, а стрелой, торчащей из задницы Гориллы. Блин, я ведь и вправду бронебойщик.
– Ты что творишь, ишак спортивный? – повернулся ко мне Игорь.
– Я случайно.
– Хорошо, что у тебя урона почти нет. А если бы стрела отравленная была? Давай внимательнее, – уже совсем успокоился Горилла. – Прокачал хоть что‑нибудь?
– Да, Дальность и Бронебойность.
– Ну про Дальность я слышал, а про второй талант не в курсе.
Пока Горилла рыскал по мертвой шкуре, я быстро достал книгу. А что? Я же защищен, как английская королева, интересно же, что за новые таланты.
Ловкость – Меткость – Дальность. Увеличен шанс попадания в цель на большом расстоянии. 
Ну вообще ничем не удивили. А что там с Бронебойностью?
Сила – Залп – Бронейбоность. Повышен урон от выстрела. Вероятность пробития тяжелой брони противника увеличена на 30 %. 
Блин, не хило, получается, почти каждый третий выстрел по какому‑нибудь танку будет успешный. Если хорошо раскачать Бронейбоность, я даже пвп‑шиться могу, стану супер‑мега дд‑шником. Одно но, причем весьма весомое – Бронебойность привязана к силе, а вот это уже фигово.
– Ну что, погнали дальше? Мы уже почти до ущелья дошли.
Наш небольшой отряд сделал всего несколько шагов, как до нас донесся утробный вой. Голосила не одна и не две зверюги, а как минимум пять. И им вторил зловещий рокот, вытягивающий из меня последние остатки храбрости.
– Стая, – одновременно переглянулись Света и Игорь.
– Малой, – обратился Горилла ко мне. – Встань за Сеттой, вперед вообще не суйся. Стреляй только по тем, кого я бью. Не дай бог, кого на себя еще перетянешь.
Игорь спешно доставал из рюкзака какие‑то мензурки, а у паладинши в руках появился свиток.
– А мы справимся? – похолодело у меня внутри.
– Справимся, конечно. Если бы я один был, то вряд ли. А так нас целых трое, – с некоторым уважением посмотрел на моего фейру Горилла. – Ну и ты вроде чучела. Будешь их отпугивать своим луком.
Света бафнула свиток на Игоря (интересно, что там было?), а сам он выпил несколько пузырьков. На его шее вздулись вены, лицо покраснело, а тело, как мне показалось, стало больше.
– Аааааа!!! – закричал Горилла не в силах сдерживать бушевавшую в нем силу.
Ну что ж, биться, так биться. Я дрожащими руками вытащил стрелы из колчана и стал втыкать перед собой. Хоть какую‑то лепту надо внести. Пусть у меня и урон не ахти, но на что‑то же я гожусь.
Несколько секунд спустя показалась сначала первая голова дрезга, потом вторая, третья. Я насчитал шестерых, когда позади них появился здоровенный мутант, вскормленный явно на "Растишке", в полтора раза превышавший своих сородичей и отличавшийся более светлой шерстью. Стая с главнюком, мать ее…
Я натянул тетиву, прицеливаясь в вырвавшегося вперед дрезга. Игорь говорил не высовываться, так я и не буду. Эту быструю тварь все равно встретит Горилла, а так я хоть чуть‑чуть, но поинтов с нее сниму. Фьють, фьють, фьють, фьють… Стрелы утыкались в морду дрезгу, который злобно рычал и продолжал бежать. Нередко я промахивался, но все же мне в копилку пришло сообщение от Диты.
Получен талант Скорострельность, уровень 2. 
Тварюга между тем была уже все ближе. Я быстрее и быстрее хватал стрелы, почти наугад стреляя по хищной морде.
Открыт уникальный талант Снайпер. 
Открыта профессия Охотник. 
Открыта квалификация Зверобой. 
Дрезг неожиданно встал, скуля и пытаясь вытащить лапой стрелу из глаза. Ай да Кирюха, ай да сукин сын. Конечно, не убил, но на некоторое время из сражения вывел.
БАМ! Влетел другой сородич в щит Гориллы. БАМ! БАМ! БАМ! Подоспели остальные дрезги. Сам вожак неторопливо шел позади, подвывая, отчего у его подопечных шерсть вставала дыбом, а глаза наливались кровью. Вот засранец, так он бафит их каким‑то умением. И в бой не лезет, шкуру бережет. Твою ж мать, не только непись тут поумнела, мобы тоже не лыком шиты.
Сетта ринулась на помощь Горилле, обвешанному дрезгами, как елка новогодними игрушками. Теперь впереди рубились двое, а невозмутимый фейра с каменным лицом бил молниями. Мои стрелы хоть и причиняли минимальный дискомфорт, но все же крошечные хитпоинты с тварей сбивали.
Вы убили Бешеного Дрезга. Получено 26480 очков Опыта. 
Вы убили Бешеного Дрезга. Получено 26480 очков Опыта. 
Внимание! Достигнут девятый уровень. 
Мне на секунду даже показалось, что умер тот после моего выстрела. Ну да, конечно. Я же не лучник‑эльф, несущий смерть своими стрелами. Внезапно в голове родилась глупая и даже наивная мысль. Как меня назвал Игорь? Леголас. А ведь тот славился тем, что мог одним выстрелом убить несколько врагов. Чем черт не шутит…
Вложить в тетиву три стрелы у меня получилось не сразу. Они съезжали, норовили выпасть из неуклюжих пальцев, но в конечном итоге я все же справился. Фьють… Одна стрела улетела куда‑то совсем в сторону, зато две другие ткнулись в бок ближайшему дрезгу.
Открыт талант Шквал. 
Я гребаный гений! Не иначе. Дальше я стрелял уже исключительно сдвоенными стрелами.
Вы убили Бешеного Дрезга. Получено 26480 очков Опыта. 
Тут уже славу себе присвоить не удастся. Умер как раз тот моб, в которого я ни разу не попал.
Вы убили Бешеного Дрезга. Получено 26480 очков Опыта. 
Рядом с Сеттой в последний раз взревел полумедведь и бездыханный упал на землю. Вожак, увидев, что его сородичей становится все меньше, яростно щелкнул зубами и прыгнул к паладинше.
– Горилла!! – крикнула Сетта отступая.
– Понял! – гаркнул Игорь, проходя клинком по светлой шкуре. – Хиль!
– Не успеваю, – отбросила свое оружие в сторону окровавленная Света, создавая заклинание лечения теперь двумя руками.
Движения Игоря становились медленнее, лицо превратилось в кровавый лоскут, на пять укусов дрезгов он отвечал лишь одним ударом. Блин, лопух я все‑таки. Надо было узконаправленного хила искать, у которого вся ветка на восстановление здоровья заточена. Поспешил, сейчас мало того, что товарищей завалят, так и до меня доберутся. Хотя сам же говорили, что тут двадцатиуровневые только.
И тут выдал Хло. Я уже перестал удивляться крутизне моего новоиспеченного телохранителя, но боевой маг вдруг начал… хилить. С его пальцев сорвалась зеленая слизь и окутала Гориллу, потом к ней же присоединился фиолетовый туман, яркие желтые сполохи и такой же, как у Сетты, белый свет. Кто ты, мистер телохранитель третьего уровня?
Зато Игорек воспрял, как возродившийся феникс, даже успел наложить какие‑то способности на себя и снести одного дрезга.
Вы убили Бешеного Дрезга. Получено 26480 очков Опыта. 
Внимание! Достигнут десятый уровень. 
Сам я уже перестал чувствовать боль, мои стрелы почти всегда находили цель, движения стали до автоматизма отточены.
Получен талант Скорострельность, уровень 3. 
Вы убили Бешеного Дрезга. Получено 26480 очков Опыта. 
С главнюком мы, конечно, затянули. Здоровья у того было, как у толстого мюнхенца на "Октоберфесте". К тому же дд‑шили, если так можно назвать мои комариные укусы стрелами, теперь только я и Игорь. Но все же минут через десять Дита торжественно объявила:
Вы убили Вожака Бешеных Дрезгов. Получено 94730 очков Опыта. 
Внимание! Достигнут одиннадцатый уровень. 
– Что это было? – спросил я.
– Стая, – утирая кровь с лица, ответил Игорь. – Обычно они не выходят из ущелья. Так повелось: если ты новичок и не в группе – трешься здесь, но вниз не спускаешься. Набиваешь опыт на одиночках. Но чтобы стая поднялась сюда…
Горилла обшарил мертвые тушки, разделил лут с Сеттой и поманил рукой за собой. Еще несколько шагов, и мы встали, не решаясь идти дальше. Внизу темнело широкое горное ущелье, откуда раздавался лязг, знакомое утробное рычание и одновременно… жалобный скулеж?
– Кто‑то рейд устроил? – обеспокоено повернулась Сваета.
– Смысл? Тут два данжа, оба дают редкий лут, но не уникальный. – Почесывая подбородок, ответил ей Игорь. – Да и из подземелий звуков бы слышно не было. Тут прямо кто‑то в ущелье режет дрезгов.
– Нереально, тут на каждые сорок шагов вожак со стаей. Если услышат, как бьют сородичей, сразу агрятся. Когда мы тут качались, то каждую стаю по отдельности вытаскивали.
– Два весла мне в рот, да все так качались, – нахмурился танк. – А чтобы вот так, в открытую бить, нужно либо человек пятьдесят, либо…
– Либо несколько геймеров с максимальным уровнем, – закончила Сетта.
Дорассуждать они не успели. Что‑то внизу изменилось, качнулись чаши весов, и одна из сторон начала одерживать верх. Я это понял по треску ветвей и шуму рассыпаемых камней. Стая, точнее сказать стаи, отступали. И бежали в нашу сторону.
– Уходим! – крикнул я.
– Не успеем. – Ответил Игорь. – Это же дрезги. Да расслабься, что, не умирал ни разу?
– Ты не понимаешь, мне нельзя умирать!
– Чего?
– Надо их задержать. Пока хозяин не достигнет портала, – подал голос фейра.
Света с Игорем непонимающе уставились на Хло, а я благодарно потрепал его по плечу. Это может у лесного народа считаться за дружеское обращение?
– Задержите их, – бросил я уже на бегу.
Оборачиваться не было времени, но я слышал, как многочисленный рык, похожий на гул падающего самолета, становился все ближе, пока не взорвался клацаньем зубов и скрежетом металла. Даже думать было страшно, что там сейчас происходит. Ноги сами несли меня обратно, перепрыгивая через преграды в виде камней, кустарников и поваленных деревьев.
Получен талант Акробатика, уровень 5. 
Вместо радости от повышения нужного таланта в ветке Гимнастики внутри все содрогнулось. Позади я услышал истошный мужской вопль, который мог принадлежать только Горилле. Ему вторил жалостливый крик Светы, раздавшийся почти сразу. Как умер Хло, я не различил – то ли фейра погиб мужественно молча, то ли его заглушил шум приближающихся дрезгов.
Чаша уже виднелась впереди, такая маленькая, одинокая. Я на бегу обернулся и увидел слишком быстро приближающиеся желтые глаза и раскрытую пасть. Нет, не могу и не хочу умирать. Не допущу!
Получен талант Бег, уровень 7. 
В портал я почти влетел, крича что‑то про Локтр. Позади раздалось щелканье пасти, но сознание уже сжалось в одну точку, и мгновение спустя меня выплюнуло в большую чашу в квартале голгор. Конечности целы, кровь не идет. Фуф, слава Аллаху и всем двенадцати богам.
Я уже собрался подняться на ноги, как чья‑то зеленая когтистая лапа наступила на плечо. Сверху на меня смотрел ухмыляющийся Латрон.

Как Веккерию встретишь, так ее и проведешь 

Да, стоило выбраться из огня, чтобы попасть в полымя. Вот ведь пристал этот ящер с настойчивостью профсоюза техасских геев. Был бы у меня хвост и уродливая голова – так еще ладно бы, сексуал харасмент какой‑никакой, а так получается, просто сорок седьмая хромосома Латрону покоя не дает.
– Как хорошо все вышло, ты один и в квартале голгоров, где тебе никто не поможет.
И вправду, изредка проходившие ящеры торопливо отводили взгляд, всем своим видом показывая, что происходящее их не касается. Интересно, изменилось бы что‑нибудь, если бы я был голгорой?
– Что ж, сейчас мы посмотрим, что у тебя внутри.
– Какой‑то ты скучный копрофил. Что у меня внутри? То же, что и у других.
Латрон, по всей видимости, оскорбления не понял, но сам тон уловил. В одно мгновение я взлетел, как маленький мальчик в зеленом камзоле, которого описал Джеймс Барри. Только у Питера Пена были крылья, а у меня лишь разозленное пресмыкающееся, которое и придавало мне начальное ускорение.
Хрясь, и мои лопатки пощупали каменный дом‑яйцо. Сползти на землю я не успел, потому что ящер схватил меня левой рукой за горло и достал меч. Все, пишите письма мелким почерком. Сын ваш больше не вернется, как говорится, и молодая не узнает, какой у парня… хеппи енд.
Клинок вошел в тело слишком легко, точно я состоял из зефира, а не мяса и костей. Раз‑два‑три, Латрон наносил новые удары, и его безобразное вытянутое лицо вытягивалось еще больше.
– Что?! Как?!
– Ты, может, уже прекратишь заниматься фигней, отпустишь, и я все расскажу?
Голгора нехотя поставил меня на ноги, но меча не опустил.
– Сам же говорил, что я Авгур. Только вот не уточнил, чей.
– Ну, – то ли кивнул, то ли встряхнул головой Латрон.
– Я авгур Тайнори, бога Смерти. Всю следующую неделю я невосприимчив к любому физическому воздействию.
Получен талант Вранье, уровень 2. 
– Ах твою…, ‑ достаточно грубо и примитивно выругался ящер. Эх, тебе бы подучиться у Гориллы, жаба ты гончая.
Латрон на всякий случай ткнул меня еще раз в живот и, яростно щелкнув пастью, вложил меч в ножны.
– Ну ничего. Подожду неделю.
И был таков. Мда, свирепость и упорность моего врага компенсировалась крошечным мозгом. Поверить в то, что кому‑то позволят целую неделю быть бессмертным? Так можно же самые нереальные рейды пройти, супер‑мега боссов завалить. Эх, Латрон, Латрон, голова два уха.
Интересно только, почему он и вправду не смог меня убить. Щас поглядим. Я достал из колчана стрелу и ткнул несколько раз в руку. Больно, но ни порезов, ни крови. Что же случилось? Я еще раз вонзил острие в ладонь и чуть не вскрикнул от неожиданности – земля обагрилась кровью.
Эффект "Преданный фейра" снят. 
Ах, вот в чем дело. Значит, пока меня тут Латрон лупцевал, в ущелье падали хитпоинты у Хло. Получается, он уже воскреснуть успел?
Мне в лицо ударил резкий порыв ветра, и тяжелые кованые сапоги глухим раскатом упали в каменную чашу портала. Весь в порезах, кровоподтеках, с заплывшим вздувшимся фингалом вместо глаза, на меня смотрел Игорь.
– Ну ты, твою мать, ишак спортивный, чесслово. Драпанул, чуть портки не потерял.
– А Света где?
– Придет сейчас, добежать до портала не могли. Там все в дрезгах, будь они не ладны. Я вишь, с третьей попытки добрался, у меня и здоровья поболе, а Светка, она пожиже да поменьше. Про хомяка твоего вообще молчу. Мало того, что НПС, так еще и без башки.
– В смысле?
– В коромысле. Только воскрес, стал в позу. Щит какой‑то на себя наколдовал, но видно, что кто‑то его кромсает. Минуты две стоял, потом щит снял, ну его и порвали сразу.
Игорь почесал свой гипертрофированный выбранной расой подбородок и искоса поглядел на меня.
– Кирилл, ты смотри, я мужик простой, за словом в карман не лезу. Да и не любопытный больно. Но если ты меня в какое‑то дерьмо втягиваешь, то предупреди заранее. Я ассенизатором быть не вызывался.
– Никуда я не втягиваю, наверное. Просто умирать мне нельзя. Ни в коем случае.
– Не понял. А то что?
Хлоп – и в чаше появилась паладинша, судя по виду, почти добитая. Сетта взмахнула несколько раз руками, и красноватые искорки окутали сначала ее, а потом Гориллу. Видимо, заклинание восстанавливающее определенное количество жизни в секунду. Слишком медленное и непрокаченное, бесполезное в бою, но вот тут вполне ничего себе. Маны на него тратится копейки.
– Надеюсь, вы без меня тут сплетничать не начали? – Нахмурилась паладинша. – Мне очень интересно, что там произошло.
– Хорошо, хорошо. У меня, похоже, все равно выбора нет. Тогда расскажу. Только не здесь. Место потише надо.
– Куда уж тише, – усмехнулась Сетта. – Сегодня канун Веккерии, все не по порталам бегают, а деньги заливают, чтобы вечером оторваться, да отсыпаются в реале.
– Едрить‑колотить, а я и забыл совсем, – выдохнул Игорь. – Точно сегодня?
– Точно, точно.
– А что за Веккерия?
– Праздник в честь Векке, бога Богатства. Тут все просто: двенадцать богов – двенадцать месяцев. Улавливаешь? Конец каждого месяца означает своеобразный переход от одного бога к другому. Веккерия самый попсовый праздник.
– Почему?
– Увидишь вечером. Ты давай с темы не съезжай, – сузила глаза Света. – Пошли в "Пьяную Сову", там расскажешь все.
– Не самый удачный выбор, – хохотнул Игорь.
– Ты там последний раз днем когда был? – отрезала девушка. – Это вечером в "Пьяной Сове" можно головы лишиться, а днем там вообще никого нет.
– Надо Хло подождать.
– Да ничего с твоим НПС‑ом не случится, – нахмурился Игорь. – Чай не сахарный.
– Надо подождать Хло, – отрезал я. – Он мне жизнь спас… в очередной раз.
Шлеп… Фейра свалился на камень, похоже, даже не собираясь подниматься. Что же с тобой случилось, отважный боевой колдун? Я подошел и тихонько поднял Хло на руки. Веса‑то совсем нет, в чем душа только держится? Тот с благодарностью посмотрел на меня и закрыл глаза.
Ваши отношения с Хло улучшились. Теперь вы Приятели. 
– Вы не знаете, чего это с ним? – спросил я у товарищей.
– Похоже, на откат Преданности, – заметил Игорь.
– Чего?
– Баф есть такой – Преданность. У каждой расы свои особенности, но суть следующая – тот, на ком Преданность, не получает урона, а вот наколдовавший, наоборот.
– Ну да, Хло на меня такое вешал. Это и спасло.
– Ну вот, у бафа есть откат. Когда слетает Преданность, уменьшается почти на половину выносливость и здоровье, плюс идет дебаф. Тоже, как ты понимаешь, у каждой расы свои примочки. У твоего фейры что‑то вроде Сонливости или Усталости. Хрен разберешь. Не парься, часов двенадцать или сутки, и твой хомяк опять будет бегать как подорванный.
Что ж, повезло, что Латрон купился на мой рассказ о божественной неприкосновенности. Неделю он меня трогать не будет. А в идеале пора уже и самому научиться себя защищать. Благо, насшибал чуток очков навыков и способностей. Таланты можно прямо возле столицы на мобах подтянуть.
– Ну что, будем сопли стоять жевать или уже на задницу упадем в "Пьяной Сове"?
– Пойдем, – согласился я. Хотелось уже побыстрее покинуть квартал голгоров.

"Пьяная Сова" оказалась большущей питейной, заставленной широкими столами, находясь сразу за моим магазинчиком, хотя пройти сюда можно было только дав большого кругаля. Судя по обилию грязи, противному запаху прокисшего пива и многочисленным уборщикам (из расы людей – случайность ли?), мывшим полы "по‑морскому", вчера тут было весело.
Мы уселись в углу, после чего я заказал поесть – себе, Хло и Свете. Игорь с пренебрежением отказался.
– Вообще не понимаю, какой смысл есть и пить в компьютерной игре?
– А у тебя модель виртшлема какая? – с набитым ртом спросила Сетта.
– 2.894.7.
– Это еще до тройки что ли? Не знала, что такие вообще "Верравию" тянут. Больше для симуляторов средней руки.
– Я же не олигарх хитровыдуманный. Свой шлем с рук у тётеньки одной взял, она его под эроигры заточила. Знали бы вы, какие ощущения в борделях…
– Фу, все, аппетит испортил своим эрошлемом.
– Я думал, что в "Верравию" играют, ну как бы сказать, – подбирал я слова, чтобы не обидеть Свету. – Очень богатые люди.
– Да, в основном мажоры и играют, – подтвердил Игорь. – Но и нас, рабоче‑крестьянского класса хватает. Мажоры, они чего делают? Всякой пассивной некрофилией занимаются?
– Чего?
– Тут очень непростые люди играют, – принялась объяснять Света. – Чиновники, депутаты, бизнесмены. На них в обычной жизни повышенное внимание, а тут никто не знает, кто скрывается за личиной драмана или человека. Вот они и пускаются во все тяжкие.
– Игроки, тоже мне, – фыркнул Игорь. – Так, плесень подбардюрная. Большинству и не нужны эти рейды, прохождения. Зависнут в борделях или Веселом Доме…
– Ну вот я же играю, – парировала паладинша.
Надо будет выяснить, кто она все‑таки такая, потому что контингент и в самом деле разный. Если Горилла пролетарий, по его же словам, то Кобелюга, к примеру, предприниматель средней руки. Сдается мне, очень средней, если для него наша дневная выручка от продажи оказалась весьма ощутимой. Сетта же богата. Хороший виртшлем, если уж она может оценить вкус еды и напитков, дорогое обмундирование, частично купленное, в конце концов, зажиточность человека можно оценить по уверенному поведению, которое у моей знакомой не занимать. Не в моих правилах считать чужие деньги, но любопытство в карман не спрячешь и за пояс не заткнешь.
– Ну все, потрепались, – повернулась ко мне Света. – Теперь рассказывай.
Когда‑нибудь я обязательно напишу книжку про все мои злоключения. Фигня делов – научиться связно составлять слова и в двух абзацах описывать любое малейшее изменение природы, типа "алой полосой растекался закат". Когда‑нибудь автобиография станет бестселлером, по ней снимут фильм, а если повезет, в ней будет какая‑нибудь джинса вроде людей, пьющих на каждом углу и при каждом удобном случае кофе определенной марки. Когда‑нибудь будет все, если, конечно, я выберусь отсюда.
Пока же все мои приключения уместились в четверть часа.
– Серьезно, то есть ты первый человек, который живет в игре? – недоверчиво нахмурился Игорь.
– Именно. Смысл мне врать?
– Так‑то все сходится, – потерла лоб Света. – У него не видно имени и уровня, он ест, пьет, чего обычные игроки даже с хорошим виртшлемом делают редко, онлайн постоянный. Как ни зайду, Кирилл в сети.
– И чего думаешь делать?
– Пока не знаю. Была связь с админами, но теперь она кончилась.
– Погоди, – остановила меня Света. – Ты говорил, что сначала отрубили тебя, а потом Сергея.
– Ну…
– Гну, – не очень изящно парировала девушка. – Но нас ведь с Гориллой не отрубили от админов. Погоди… Щас, где тут групповой чат…
– Нохимера, слушаю вас.
– Здравствуйте, как бы мне поговорить с Керриком3?
– Минуту… К сожалению, данный логин заблокирован.
– Почему?
– Сожалею, мы не разглашаем конфиденциальную информацию о наших сотрудниках. Что‑нибудь еще?
– Нет, спасибо.
Игорь со Светой недоуменно смотрели на меня.
– Да клянусь вам, что это правда. Серега же сам слышал голос Кости. Мы же разговаривали совсем недавно.
– Я могу догрести до их центрального офиса, – добродушно предложил Игорь.
– Погоди. – Остановила его Света. – Тебе все равно вряд ли что скажут. А вот если все это правда, то внимание ненужное привлечешь. Не зря же этого Керрика… заблокировали. Лучше я по своим каналам пробью… Ну, по папиным каналам, – поправилась девушка.
Хорошо, я бы сказал, очень хорошо. Видимо, родитель очень влиятельный, раз она так безапелляционно заявляет о поддержке. Дочь сильного мира сего. Почему‑то меня эта новость как раз порадовала. С одной стороны, она к богатству родителя никакого отношения не имеет, то есть почти как я. С другой – деньги ее не испортили, обычная нормальная девушка, без закидонов и понтов. Радует.
– Тогда до связи, – Игорь протянул мне руку, и в рюкзаке тихонько дрогнула книга. Только теперь в друзья добавился. – Я спать, вечером такое будет, Светка права, надо отоспаться.
И пропал. Даже со стула не поднялся.
– А ты тоже много времени в онлайне, – сказал я Свете.
– Тут интересно. Дома все равно все книжки уже прочитала.
У Светы, похоже, скелетов в шкафу не меньше, чем у меня. Много времени в игре, соответственно, постоянно дома, не общается с людьми – именно из‑за этого ей отец виртшлем подарил. Надеюсь, это не тотальная мизантропия (со мной же общается), а скорее небольшая интроверсия. Надо легко и непринужденно как‑то обо всем узнать. Блин, вот чем‑чем, а тактом я никогда не отличался. Чувствую себя сапером при обезвреживании мины, у которого лишь одна попытка. Что ж с женщинами сложно‑то так?
– Слушай, давно спросить хотел. Тут никто свою настоящую внешность не светит, а ты наоборот.
– А мне чего скрывать? Я же не замминистра обороны или какой‑нибудь олигарх. Почти ничего не меняла… Ну, волосы разве что светлее сделала.
– Ну, а какие планы на сегодня?
– Думала, ты предложишь. Крил‑Кирилл, ошибка системы.
– Это легко, предлагаю совместить приятное с полезным. Ты была в логове контрабандистов?
– Нет, а где это?
– В Веселом Доме.
– Никогда бы не подумала. А тебя пустят?
– Так я там самый главный злодей.
– Только твоего фейру надо спать уложить. Чтобы не мотался.
Хло лениво ковырял еду, грустно глядя на нас. Выглядит, как побитая собака. Нельзя так заставлять телохранителя измываться над организмом, надо себя качать. Хло, конечно, НПС, но жалко его, как настоящего человека.
– Надо тогда до магазина дойти.
– Еще предложи его на улице положить, – усмехнулась Света. – Пошли со мной.
Мы выбрались наружу втроем. Хло хоть и вяло отмахивался, но снова оказался у меня на руках. Я только сейчас заметил то, о чем говорила моя паладинша. Город одновременно и вымер, и ожил. Редкие игроки, в основном новички, растерянно бродили по улочкам, видимо, недоумевая над малочисленностью столицы. А вот НПС‑ов прибавилось. Мелькали жрецы в серых рясах, перекрикивались драманы‑караванщики, подгоняя лошадей и ослов, груженных товаром, ловкие торговцы меняли друг у друга деньги. Интересно, что же будет вечером?
Света остановилась на полпути ко дворцу. Домики здесь были все напрочь скособоченные, покорно склонившиеся перед волей крутого подъема. Поковырявшись ключом в замке у одного из "особняков", она открыла дверь.
– Вэлком.
А ничего, внутри оказалось даже миленько. Похоже, что в игре можно даже обставить собственное жилище. В любом случае, не просто так же здесь вся эта мебель, посуда, книги… Я положил Хло на кровать и подошел к полке: "Хроники Четвертой войны", "Песни последней зимы", "Верравия. От Айрика до Энуара второго", "Флора и фауна Тойрина", "Вой Изенгуры", "Артефакты Отца", "Боги до Великой Битвы". Раскрыл одну, блин, самая настоящая книжка. Интересно, много в игре чтива?
– Погнали, ты меня хотел с контрабандистами познакомить, – напомнила Света.
– А Хло?
– Что с ним будет? Пусть лежит.
– Хорошо, слушай. Можно у тебя книжку взять?
– Бери любую.
Я спешно схватил томик "Артефактов Отца" и засунул в мешок. Эх, совсем забыл о "масляных руках", получается, что книженция теперь моя. Надо будет компенсировать. Вопрос, чем? И так одно желание Сетте торчу.
– Привет, – улыбнулся я Кейше, который, как и всегда, дежурил у Веселого Дома.
– С тобой? – спросил тот, указав на Сетту.
– С папой римским. Естественно, со мной.
Внимание. Вы достигли звания Новый Приятель у альянса Контрабандистов. Вас узнают бывалые преступники, а некоторые даже здороваются за руку.  
Стоять‑бояться. Меня чего, понизили? Я же ничего такого, вроде, не сделал. Или у Кейши аллергия на юмор? До этого она не проявлялась.
– Кирилл, мне звание от контрабандистов дали, – засияли глаза у Светы. – Знакомый незнакомец.
– Так вот оно что. Ясненько.
– Что такое?
– Да ничего. Все нормально.
Значит, с меня сняли, а ей дали. Ну а чего хотел? Воровская малина, а не детский сад "Улыбка". Надо думать, куда девушку приводишь.
– Ты привел подругу, друг Эдегара.
– Да Тертил. Давай к делу. Мне нужна новая партия. Чем скорее, тем лучше. И желательно поставить это на поток, без моего прихода и напоминаний.
Получен талант Убеждение, уровень 2. Внимание, уровень таланта не может быть выше способности. Внимание, уровень способности не может быть выше уровня навыка.  
Да, да, помню. Красноречие и Интеллект у меня на двойке, так бы давно Нобелевскую премию Верравии получил.
– Хорошо, друг Эдегара. Я доставлю товар через пару часов к твоему магазину.
Это мне торчать опять в лавке? В планах было более интересно провести время.
– Тертил, а не знаешь, можно ли сделать копию ключа?
– Конечно, можно. Только зачем тебе? Ты же вполне законно арендуешь помещение, насколько я знаю.
Все‑таки он человек, в драманах я столько хитропопости еще не наблюдал. Сдается мне, Тертил даже наружку пустил за мной. Наводит справки о своем компаньоне. Ну да это сколько угодно.
– Достаточно сходить к достопочтимому Лебуху, – продолжил контрабандист, – и попросить себе еще один ключ.
– Послушай, Тертил, а в каких отношениях вы с этим Лебухом?
– В неплохих, – уклончиво ответил тот и улыбнулся.
Темнишь, наверное, даже в хороших. Не дал бы тебе Лебух тут так развернуться, если бы не был замазан. Жесть. Стоит взять самых обычных НПС, дать им немножко мозгов, и первое, что они перенимают, – коррупцию.
– Может, тогда пошлешь кого‑нибудь из своих, чтобы мне в очереди не стоять. Нужно два ключа.
– Это будет стоить шестьдесят золотых монет.
– Без проблем, но деньги завтра.
Не было уже сил торговаться с этим жуком. Такие деньжища с моей помощью сегодня заработал, а все туда же. Хотя для меня эти шестьдесят золотых в ближайшей перспективе тоже копейки.
Выполнена 4/5 часть задания "Единственный в своем роде".  
Всегда лучше, когда кто‑нибудь бегает вместо вас по мелким поручениям. В это время можно заняться чем угодно, например… ничем. 
– И да, Тертил. Отдай ключи Шейруху, он будет заниматься приемкой товара.
– Оба?
– Да, оба. Он отдаст один кузнецу‑фейре, моему компаньону.
Эх, мешает мне, конечно, эффект "масляных рук". Не было бы его, научился какой‑нибудь мирной профе, клепал вещицы на продажу, не вылезал из столицы. Не жизнь, а сказка. Так можно до конца жизни с первым уровнем горя не знать. Ладно, мысли в сослагательном наклонении для слабаков и фантазеров. Будем работать с тем, что есть.
– Знаешь, я немного разочарована, – сказала Света, как только мы вышли наружу.
– Не оправдали контрабандисты ожиданий?
– Ага. Думала увидеть каких‑то опасных типов, а не зажравшихся ленивых лоботрясов.
– Ну такой только Тертил. Из остальных я знаю только Кейшу и еще пару охранников, так что ничего толком тебе не скажу. Да и сам глава картеля не простой персонаж. Мне кажется, что он старается выглядеть безобидно, хотя по глазам видно, что не так прост.
– Проклятый искусственный интеллект у НПС, – неожиданно рассмеялась Света. – Раньше в играх хоть понятно было: большой орк с огромным зубами – плохой; человек в сияющих доспехах с пылающим клинком – хороший. А тут все… как в жизни.
Интересный упрек. Создатели "Верравии" как раз стремились максимально очеловечить все вокруг, придать миру максимальное приближение к реальности. Но людям не всегда нужны оттенки и полутона, порой достаточно двух разных полюсов: темного и белого, добра и зла.
– Пошли вон туда, – махнула Света.
В эту часть города я еще не захаживал. Находилась она в стороне от основного пути ко дворцу, поэтому осталась неизведанной. Улицу можно было окрестить торговой из‑за обилия лавочек, магазинов и рядов с товаром. В середине возвышался "Дом мастеров", как обозвала его Сетта. Он представлял собой прилепленные друг к другу квадратные клетушки комнат, к которым с улицы вело множество разномастных лестниц. Последние расходились, опять объединялись, некоторые обрывались в воздухе, другие благополучно достигали цели и утыкались в двери, над которыми висели вывески: "Травник", "Инженер", "Зельевар", "Ювелир", "Горняк", "Кожевник", "Гравировщик", "Кузнец", "Охотник", "Картограф", "Портной"… Я не прочитал и половины, как паладинша отдернула меня за рукав.
Несмотря на начинающую наползать темноту, улица горела и сверкала, празднично украшенная, зардевшаяся цветами, как счастливая невеста. Минуту назад драманы обнимались с людьми, пьяные фейры глупо хихикали, женщины‑голгоры приставали к мужчинам (по крайней мере, мне очень хотелось думать, что они женщины). И вдруг все переменилось. Торговый проспект, приготовившийся уже вовсю праздновать Веккерию, молниеносно опустел.
Света до боли сжимала мою руку, глядя на надвигающуюся немую толпу. Игроки‑маги, молча кастовали заклинания, готовые в любую секунду обрушить их на мою голову, воины удобнее сжимали оружие, а лучники доставали из колчанов стрелы. У нас не было шансов. У меня не было шансов.

Старый жрец лучше новых трех 

Света выскочила вперед, загораживая меня от врагов. Тут же засверкали выпущенные заклинания, с глухим чавканьем вонзились стрелы в плоть, пробив доспехи, передние воины смели мечами тело паладинши. Я услышал тот самый крик, что и в Ущелье Дрезгов, пробирающий изнутри. Суки. Мозг еще соображал, а руки уже вовсю орудовали. Фьють… Двойной выстрел вышел недурным, спасибо таланту Шквал, одна стрела лязгнула о доспехи ближайшего драмана, а другая воткнулась в фейру‑мага.
Меня с силой тряхнуло и быстро поволокло прочь от врагов. Дита лопотала без умолку, рискуя сорвать виртуальные связки.
К вам применен эффект "Пьяный ассасин". Противник на дальней дистанции промахивается в 30 % случаев следующий час. 
К вам применен эффект "Послушник Ашнури". Противник на дальней дистанции забывает вас атаковать в 50 % случаев следующий час. 
К вам применен эффект "Здоров, как Тойринский бык". Уровень здоровья увеличен на 300 единиц следующие десять минут. 
К вам применен эффект "Ты бы кушал больше, внучок". Уровень здоровья увеличен на 500 единиц следующие десять минут. 
К вам применен эффект "Жирный, жирный, жирный, как драман пассажирный". Уровень здоровья увеличен на 1000 единиц следующие десять минут. 
К вам применен эффект "Святые руки". Скорость регенерации увеличена в полтора раза следующий час. 
К вам применен эффект "Каменная кожа". Уровень брони увеличен на тридцать единиц следующий час. 
К вам применен эффект "Стальная кожа". Уровень брони увеличен на пятьдесят единиц следующий час. 
К вам применен эффект "Мифриловая кожа". Уровень брони увеличен на сто единиц следующий час. 
К вам применен эффект "Адамантовая кожа". Уровень брони увеличен на пятьдесят единиц следующий час. 
К вам применен эффект "Магический щит первой ступени". Следующие сто единиц урона будут поглощены щитом. 
К вам применен эффект "Магический щит второй ступени". Следующие пятьсот единиц урона будут поглощены щитом. 
К вам применен эффект "Магический щит третьей ступени". Следующая тысяча единиц урона будут поглощены щитом. 
К вам применен эффект… 
Дита все говорила и говорила, а я уже мог разобрать, как из‑за моей спины выскакивают незнакомые игроки в доспехах, с одинаковой эмблемой на плащах в виде сломанного о щит меча. Они не обращали на меня внимания, сталкиваясь с нападавшими, лязгая броней, выпуская файерболы и цепи молний, хиля своих одноклановцев. Получаются, эти игроки… меня защищают?
– Пусти, – стал я бить по руке, упрямо тащившей меня прочь от сражения. – Я и сам идти могу, не маленький.
– Давай, – поставил меня нежданный спаситель‑драман перед собой, и я смог, наконец, как следует разглядеть его. Лицо показалось немного знакомым. Где же я его видел? – Нет времени на разговоры, нас немного, всего два десятка, беги за мной. Понял?
Я согласно кивнул. Чего непонятного? Вообще, когда речь идет о сохранности собственной шкуры мой ай‑кью волшебным образом повышается. Драман побежал по тихим улочкам, петляя и постоянно сворачивая, явно пытаясь уйти от погони. Хорошо хоть мой уровень Бега был на пару пунктов выше, а то бы я точно отстал где‑нибудь посередине.
Петляли мы достаточно долго, вернее мне, как верному последователю Лока, показалось, что давненько пора уже сесть и передохнуть, когда неожиданно вырулили на широкую и знакомую дорогу. Так мы в верхнюю часть города бежим. Это хорошо, там мне нравится. Куча мест, где можно укрыться от нападавших: Веселый Дом, Дворец Наместника, Банк. Уж охрана и стражники двух последних заведений явно придут мне на помощь.
Но у спасителя был свой план – мы свернули к гигантским вратам, в место, где меня точно не могли на ноль помножить – Храм Вечного Упокоения. Как же я забыл, о благодати Светлых Богов – меня там никто не может ранить или убить.
– Сиди в храме Лока. Никуда не суйся. Ничего не предпринимай. Ясно?
– Ясно, – на автомате ответил я, а сам наконец смог всмотреться в имя драмана.
Навуходоносор… Так это же тот самый сосед по очереди во дворце Лебуха. Олег, кажется.
– Но зачем? Зачем ты меня спас?
– Потом, Кирилл, все потом. Мне еще погоню надо отсюда увести. Я приду и все расскажу. Скажем так, Костя передавал тебе большой привет.
У меня было еще столько вопросов, но Олег играючи открыл массивную дверь и толкнул меня внутрь.
Вас коснулось "Проклятие Темных Богов". В Храме Вечного Упокоения вы не можете никого ранить или убить. 
Вас коснулась "Благодать Светлых Богов". В Храме Вечного Упокоения вас не может никто ранить или убить. 
Вас коснулось "Дыхание Серых Богов". В Храме Вечного Упокоения все положительные и отрицательные эффекты сняты. 

Вот в этот раз оказываться здесь было жалко. На мне столько бафов висело, хоть иди и голыми руками дрезгов души. С другой стороны, самое главное – живой. Хоть и не без чудесного вмешательства Олега и его людей. Кто же хотел меня убить? Латрон? Нет, не сходится. Он обычный лотерейшик, денег не водится – стал бы он на новичков по пути в столицу охотиться? Да и искренне поверил, что я неуязвимый на неделю. Значит, не он. Но кто? И главное – зачем?
Вопросов больше, чем ответов. Осторожно держась за стену, я начал спускаться к Храму. Мать‑перемать, когда тут уже достойное освещение сделают? Про светодиодную встройку или больничные люминисцентные лампы молчу, но факелы к стенам присобачить чего – религия не позволяет? Или мистики нагоняют?
На сей раз менеджеры‑послушники на меня внимания не обратили. Клеймо, что ли, где стоит о принадлежности к Локу? Я подошел к знакомой религиозной постройке – нет, я все понимаю, бог Лени, все дела, но надо дворец пороскошнее выправить, чтобы не был похож на заброшенный хлев.
Вы вошли в дом Лока, Бога Лени. 

Кажется, что с прошлого раза здесь стало еще грязнее. С самого дальнего зала доносилась приятная музыка и довольно неплохой баритон. Лок у нас певец? Надо же, вот уж от кого не ожидал.
Ныне кальяна, подушек и подносов с кушаньями не наблюдалось. Жаль, я бы сейчас чего‑нибудь захомячил. Зато появился огромный бассейн с горячей водой, в котором и солировал раскрасневшийся Перворожденный.
– Привет, ваше божечество.
– Здравствуй, – Лок нехотя перевел на меня взгляд. – Ты выполнил мои условия?
"Какие условия?" – чуть не ляпнул я, и тут же прикусил язык. Он же говорил мне не возвращаться, пока не выполню квест на жреца. Ой‑йойошечки мои. Надо что‑то быстро придумывать.
– Я как раз по поводу этого…
– И?..
Я чувствовал себя восьмиклассником, рассказывающим тему о ковалентной связи, специально растягивая слова, пока сосед по парте ищет нужную страницу.
– Я выполнил четыре твоих условия. Но пятое… пятое мне выполнять лень.
– Ха‑ха‑ха, – так громогласно рассмеялся Лок, что мне показалось – сейчас стены сложатся подобно игральным картам и рухнут.
Выполнена 5/5 часть задания "Единственный в своем роде".  
Вы получили звание "Жрец Лока".  
Вы получили доступ к Келье Жреца.  
Вы получили умение "Прикосновение ротозея".  Вам стоит лишь тронуть человека, и ему станет лень что‑либо делать. Время действия – 5 минут. Возможность использования – 1 раз в день. 
Вы получили редкое умение "Крик лоботряса".  От вашего визга внутри врагов просыпается Великий Лентяй. Воины наносят лишь один удар, лучники не тянутся за второй стрелой, маги не используют сложные боевые заклинания. Время действия – 2 минуты. Возможность использования – 1 раз в неделю. 
Вы получили уникальное умение "Аура лентяя".  Апатичность окутывает всех ваших врагов в радиусе тридцати шагов, заставляя бездействовать. Время действия – 1 минута. Возможность использования – 1 раз в месяц. 
Внимание. При плохом служении богу Лени все умения обнуляются. 
Э‑э, спокойно, Дита, море рядом. Не успел толком нарадоваться, как мне сразу втюхивают приписку мелким шрифтом.
– Послушай, Лок, а что еще за фигня о плохом служении?
– Мне казалось, что это ясно, – все еще улыбаясь, ответил Перворожденный. – Разве жрец не должен служить своему Богу?
– Ну должен…
– Не нукай. Должен. Вот и ты будешь мне служить.
– Окей‑хоккей. Делать чего?
– Так, – задумался Лок. Сдается мне, он сейчас от балды все придумывает. Сам же говорил, жреца никогда не было. – Во‑первых, в моем доме должно быть чисто.
– Постой, паровоз… Как‑то не слишком вяжется чистота с ленивым божеством.
– А мне плевать, я не люблю грязь!
– И сам же зарос в ней.
– А что делать? Не убирать же самому…. Значит, во‑вторых, ты должен возносить мне хвалу, – нежные пухлые руки Перворожденного взметнулись вверх.
– Чего делать?
– Хвалу возносить, – устало повторил Лок. – Ты же последователь Ленивого Бога, а не хвост собачий. Будешь один день в месяц ничего не делать. Совсем ничего.
– Пф, да будь такой вид спорта, я бы стал чемпионом. Давай свое в‑третьих.
– Ну не знаю, другие Боги вводят определенную квоту на привлеченных последователей…
– Погоди, погоди, тебе же пофиг на последователей. Сам говорил.
– Пофиг, – согласился Лок. – Отец с тобой, лень что‑то еще придумывать. Пусть будет во‑первых и во‑вторых. Чего стоишь, идем в бассейн. Я сейчас кальян достану.
Едва я опустил ноги в теплую воду, как все сомнения и тревоги последних дней покинули бренную и не всегда здоровую голову. Как же хорошо после долгового тяжелого дня просто оказаться в ванне. Смыть с себя все заботы, опасения, беспокойство. Не надо никакого алкоголя и прочих дополнительных средств, чтобы расслабиться. Еще бы чашку кофе, хорошую книгу и…
Кстати, о книгах. Я дотянулся до вещевого мешка и вытащил два томика: свой игровой журнал, в котором уже добавилось порядочно страниц и "Артефакты Отца", прихваченные у Сетты дома. Ладно, не до художественной литературы сейчас. Чего у нас там изменилось.
Персонаж: Крил. Уровень 11. 
Раса: Человек. 
Сила:  10, (+10 достижение "Вивисектор") 
Защита: 1, Блокировка: 1, Грузоподъемность: 125 (+25 % базовый навык). Текущая: 15,5 
Залп: 1. Шквал: 1, Бронебойность: 1 
Интеллект:  2, Мана: 20. 
Красноречие: 2, Остроумие: 2, Торговля:2, Убеждение: 2, Вранье:2 
Наблюдательность: 1, Травничество:1 
Выносливость:  35, Бодрость: 350, Здоровье: 360 (+10 достижение "Вивисектор") 
Ловкость: 7  
Гимнастика: 7, Бег: 10 (+3 от предметов), Акробатика: 7 (+2 от предметов) 
Сноровка: 3, Уклонение: 5 (+4 от предметов) 
Тренировка: 3, Скорострельность: 1 
Меткость: 1, Дальность 1. СНАЙПЕР 1 (Дальность+Бронебойность). 
Скрытность: 2, Маскировка: 2, Незаметность:1 
Профессии: Охотник. Уровень мастерства: Новичок. Квалификации: Зверобой:1 
Репутация у альянса контрабандистов: Новый Приятель (скидка на покупку незаконного товара 10 %) 
Уровень брони: 40 
Свободных очков навыков: 6, очков способностей: 12 

Вот теперь надо долго думать головой, а не седалищным нервом. Двенадцать очков способностей – это не сказать чтобы много, но и уж немало. Влить все во что‑то одно? К примеру, качнем незаметность – тогда я стану, если не первоклассным рогой, то хотя бы неопытным ассасином. Или качать Снайпера? Тогда нужно повышать Залп и Меткость. Соответственно, по шесть очков туда и сюда. Блин, сходу и не скажешь, что надо.
– Держи, – протянул мне резную трубку Лок.
Я затянулся, и мир стремительно умчался прочь. В голову тихонько бумкнуло, и мое тело точно стало воздушным. Лок, а не добавляешь ли ты сюда что‑то запрещенное? Хотя, что для тебя запрещенное, ты же Бог.
– Недурственно, – сипло выдавил я из себя.
– Да, неплохо, – благодушно согласился Перворожденный и указал на книжку. – Что там нашел?
– Думаю, кем стать по жизни. Как ты понимаешь, хороший человек уже давно не профессия.
– Необходимо принимать решения исходя из сложившейся конъюнктуры, а не пороть горячку.
– Ты где такого нахватался?
– Да разные тут ко мне люди заходили, – улыбнулся Лок. – Вот смотри, хочешь ты вложиться в Залп, – Перворожденный проигнорировал мою вытянувшуюся физиономию, – но находишь лук, с помощью которого можно убить за пару выстрелов. Разве в таком случае не лучше сначала посмотреть на подручные средства, а уже под них подогнать все свои навыки и способности?
А лентяй дело говорит. Все зависит от вида оружия и амуниции. Здесь его приобрести не смогу, соответственно, разброска очков отодвигается на неопределенный срок. Пока меня не навестит Олег.
Лок меж тем поднялся из воды, всем своим видом показывая, что банно‑хамамные процедуры закончены. Голый Бог оказался немного упитан, с нежными девичьими руками и здоровенным… Вообще я не из тех извращенцев, кто встает у писсуара и разглядывает причиндалы соседа, но тут захочешь – взгляд сразу не отведешь. Таким инстурментом трубы в землю надо забивать, а не к женщинам подкатывать.
Перворожденный немного постоял, делая вид, что ищет халат, а потом довольно расхохотался.
– Знаешь, люблю иногда повеселиться. Это от матери.
Я не стал спрашивать, кем была его матушка. Перед глазами все еще стоял его…
– Если бы не был таким лентяем, то несомненно стал Богом Веселья. Хотя с другой стороны, это, наверное, так утомительно.
– Так себе шутка.
– Так себе чувство юмора, – парировал Перворожденный. Воды уже не было, и на полу появились знакомые подушки. – Почему‑то мужчины очень остро реагируют на достоинства оппонента, точно это делает их ущербными.
– Психология. Никому не приятно видеть, что на соседней улице деревья выше, а вода чище.
– Ладно, ладно, – Лок усмехнулся, и его достоинство превратилось в недостаток. – Не смотри так, я Бог, могу делать с собой что захочу. Ладно, чем займемся?
– Видимо, правильный ответ – ничем?
– Лениться тоже надо с умом. Нельзя же просто так лежать и тупить в потолок. Надо наслаждаться ленью. Ну давай, жрец, предложи что‑нибудь.
Спустя два часа, после непростого состязания в "города", "я иду в поход" и "крокодила" (причем, пантомимы показывал исключительно я, ибо Локу было лень), Перворожденный отстал от меня, захрапев в процессе поедания винограда. Ну хоть так, пока можно "Келью Жреца осмотреть".
Потыкавшись в разные двери в коридоре, я обнаружил открытую. Действительно, монашеский скит, ничего не скажешь: кровать и крохотное оконце. Надо будет Лока попросить тут мебель наколдовать. Поставлю кресло, столик, небольшую лампу для чтения. Хотя нет, лампа не вариант, тут же типа средневековье. Хотя, с другой стороны Перворожденный же Бог. Он все может.
Ну что, начинаем обживаться?

Прошло три дня с моего спасения и начала добровольного отшельничества. Три долбаных дня ничегонеделания и боколежательства. К концу вторых суток я не выдержал, выпросил у Перворожденного ведро с тряпкой и прошелся по всему храму. Убил несколько часов, хотя в доме Лока и впрямь стало чище. Возможно, я не такой хороший лентяй, как мой господин, но что поделать. Зато жрец вполне ничего. У меня в голове даже созрел неплохой план по раскрутке этого большого сарая и увеличению паствы дорогого и горячо любимого отца всех лоботрясов. Правда, для этого нужно было отсюда выйти.
Большинство времени мы проводили с Локом, покуривая кальян, попивая какой‑то сладкий алкогольный напиток, вкушая чудные яства, промачивая свои косточки в божественной джакузи, читая древние манускрипты и книги (этим занимался непосредственно я), реже играя в настольные игры. Честно сказать, быть лентяем оказалось тяжелой и непосильной работой. Полоботрясничать несколько часов в день – куда ни шло, но постоянно ничего не делать…
– Лок, и что, ты никогда не выходишь отсюда?
– Иногда, на храмовую площадь.
– А наружу?
– Ты плохо слушал, когда я тебе говорил. Мы заточены здесь нашим Отцом, чтобы все живые существа могли жить, а мы не разрушили землю окончательно.
– И вы не можете выйти?
– Нет, сила Отца несравнимо больше нашей. Давай закончим этот разговор.
– Закончим, закончим, чего завелся? Я тут спросить хотел, помнишь, ты говорил, что мне надо служить тебе?
– Я не Ашнури, на память не жалуюсь.
– Что если это за меня будет делать кто‑то другой.
– Я не жалею, что сделал тебя своим последователем. Даже такую пустячную работу ты хочешь переложить на другого.
Ага, в храме же у тебя как‑то убрался. Просто нет смысла раз в месяц тут ползать на карачках, если есть другой вариант.
– Что если завести еще нескольких жрецов?
– Жрецы не плесень, от сырости не заводятся.
– Ну я выразился не так. Воспитать, выпестовать. А? Трое жрецов, к примеру, всяко лучше, чем один?
– Лучше. Они будут давать больше силы для того, чтобы окружить мою жизнь всем необходимым для лени.
Куда уж дальше? Дойдет до того, что Лок скоро ходить перестанет. Притащим сюда тележку и начнем катать Перворожденное божество на пузе. Да уж, он поди и крокодилам завидует – они даже едят лежа.
– Тогда с меня три жреца. Только… я у них буду главный. Как тебе, а?
– Ты хитрый и ленивый. Почти такой же, как я в молодости. Идет.
Не дай бог, верней, не дай Лок стать таким же.
Получено уникальное задание "Первый после Бога".  Найдите трех достойных Жрецов для Лока и получите звание Верховного Жреца. 
Делов‑то, еще и уникальное. Любых игроков берешь за шкирку и тащишь сюда. А чего, три не самых слабых умения взамен на служение Перворожденному. Держу пари, стать жрецом у других Богов не так просто. Если с Тайнори еще ясно – убьешь энное число игроков – и левел ап, то с Аноби туманно – необходимо залюбить кого‑то до смерти, что ли?
– Слушай, Лок, касательно моей прошлой просьбы.
– Ты начинаешь меня доставать, жрец. Я за последние сто лет не делал столько, сколько за последнюю неделю.
– Ну ладно, чего ты. Сначала ты работаешь на жреца, потом жрец на тебя. Это как с зачеткой, понимаешь?
– Короче, чего еще?
– Лампу хотел себе в келью, чтобы читать. Знаешь, довольно интересная книга "Артефакты Отца".
– И что? Я сделал тебе лампу, такую, которую ты и просил.
– Ну да, только она так же полезна, как система МРТ для неандертальца. Электричества ведь нет.
– Электричества? – с некоторой опаской спросил Лок.
– Да, понимаешь, когда электрические заряды движутся и взаимодействуют между собой…
– Так, жрец, – лицо Бога стало багроветь. – Никаких ламп, никакого электричества, никакого…
Договорить он не успел – хлопнула дверь, и послышалась тяжелая неторопливая поступь. Я сначала рефлекторно дернулся в поисках лука, но тут понял, что оставил его в келье. Ничего, на крайний случай у меня три неиспользованных умения жреца, да и сам Перворожденный, надеюсь, не даст в обиду своего последователя.
Лок выглядел заинтересованным, намного больше, чем когда в его дом первый раз забрел низкоранговый лучник. Даже привстал, смотри‑ка.
– Ты заблудился, последователь Бейреша? – спросил Перворожденный.
– Нет, не заблудился, жрец. – Навуходоносор подозрительно посмотрел на Лока, похоже не понял, кто перед ним, и указал на меня. – Я к нему.
– Ты это, Олег, полегче бы. Тут все‑таки бог какой‑никакой?
– Какой‑никакой? – посуровел Лок. Ой‑йой, сейчас под потолком начнут собираться тучи.
– Самый лучший из всех возможных, по моему скромному мнению, – начал я мазать елеем самолюбие Перворожденного.
– По моему мнению, тоже, – смилостивился лентяй.
– Прошу прощения, великий Лок. Не каждый день встречаешь Бога.
– Да, я слишком уж добрый, – Перворожденный указал на появившиеся подушки, предлагая Олегу присоединиться к нам.
"Совсем не добрый и не злой", – думал я, пока Навуходоносор пытался усесться во всех своих тяжелых доспехах поудобнее. Добро требует усилия над собой, да и для зла нужно хоть что‑то делать. Лок нейтральный, настоящий Серый Бог, не принимающий ничью сторону. Только если остальные делают это из принципиальных соображений, мой патрон руководствуется исключительно своей главной чертой характера.
Навуходоносор вытащил два увесистых мешочка и положил перед собой.
– Выручка твоего магазина за два дня. Девятьсот шестьдесят и тысяча сто пятнадцать золотых. Не хотел твой компаньон деньги давать. Повезло тебе с Сергеем, что не говори, ну да я умею убеждать.
Едрить‑колотить, замуж не ходить. Я несколько секунд считал, после чего выдохнул. Шестнадцать с половиной тысяч евро. Шестнадцать, мать их, тысяч евро всего за два дня. На эти деньги мне безбедно можно год жить. Причем, я тут загораю, а предприятие работает. Представляю, что там творится с Серегой. Он, скорее всего, уже и работу свою в реале думает бросать.
– Только там Шейрух с Кобелюгой не очень ладят. НПС, как ты говорил, позавчера поднял цены на десять процентов. А вчера еще на десять. Кобелюга был против.
Эх, Серега, Серега, а еще и предприниматель. Может, потому и владеет всего несколькими ларьками: зажал свою синицу в руках, а на журавлей внимания не обращает. Но это неправильно. Потолок платежеспособности мажоров надо проверить. Зачем упускать выгоду, если все само идет в руки?
Я аккуратно забрал золото. Меня нельзя упрекнуть в болезненном сребролюбии, но так и хотелось прижать мешочки к груди и прошептать: "Моя прелесть". Надеюсь, в скором времени я не начну лысеть и бегать за хоббитами.
– Ну а теперь надо поговорить, как ты будешь дальше жить.
Голум внутри икнул и мгновенно исчез, а вместо него появился задумчивый суровый Гендальф.

Новая одежда, новое имя, новая жизнь 

– Мы с Костей, то есть с Керриком, давно знакомы. Как приключилась с тобой та неприятность около столицы, когда ящер напал, он попросил присматривать, мол, мало ли что. Я один раз так даже накололся, когда за тобой во дворец поперся. Зашел, а ты на трон глазеешь, пришлось делать вид, что к Лебуху иду.
– А когда меня Латрон на фарш в "Хрипящем Единороге" чуть не покрошил?
– В соседней комнате сидел. Да и знал, что твой фейра справится, он сильнее ящера.
– А с Костей что?
– Вот тут и начинается чертовщина. Изначально, когда Костян о тебе всю информацию предоставил, спецов подтянул, руководство, вроде как все одобряло. А потом позиция резко поменялась. Ты стал персоной нон‑грата. О покойниках даже больше говорят. Костян пытался хоть как‑то помочь, но после того, как ты через Кобелюгу на него вышел, чье‑то терпение лопнуло.
– С ним все нормально?
– Все, что я знаю – Керрик исчез. Не без моей помощи, но где он сейчас, не знаю даже я. Да так лучше. Меньше шансов на него выйти. А вот тебя, Кирилл, сливают. Кто‑то наверху не хочет, чтобы первый оцифрованный человек существовал в игре. Понимаешь?
Поймешь тут. От "разъяснений" Навуходоносора мозг превратился в кашу. Заговоры, тайны, интриги мадридского двора, в центре которых я? Обычный студент, просто не повезло связаться с профессором. Теперь и Франкенштейн, получается, с ними. Да блин, с кем с НИМИ? Кто эти могущественные и влиятельные люди, стоящие за всем происходящим? Верилось во все с трудом.
– Но Костя оставил же мне сообщение. О состязании лучников.
– Ложь. Информация подана таким образом, чтобы ты смог разглядеть в этом наборе символов то, что тебе надо увидеть. Ни больше, ни меньше. Думаю, твое досье изучила группа психологов, лингвистов, да еще хрен знает кого, чтобы определить уровень способностей, привычек, составить психотип. Все, что хочет администрация "Верравии", – слить главную проблему своей системы.
Дела… Минуту назад я радовался, что сумел поднять торговую точку на новый уровень, а теперь напротив пал духом. Как можно выжить в мире, если его создатели против твоего присутствия.
С другой стороны, с какой стати верить Навуходоносору? Ну да, знает он имя Кости. Только сам говорит, что видел Кобелюгу, тот мог сболтнуть. Или… его заставили сболтнуть. Нет, я ничего против Сереги не имею, он, вроде, адекватный и нормальный, но если на минуту задуматься – на каждого можно найти свой рычаг влияния. Даже у меня он есть… Я постарался отогнать плохие мысли.
Эх, если бы в Едином Храме Упокоения связь работала, хотя бы какой‑нибудь плохенький чат, можно было все сразу проверить.
– И чего теперь делать.
– Есть пара идей. Во‑первых, я сейчас скажу тебе то, что никто не скажет. Слушай инсайд – "Верравия" уже около месяца не подчиняется админам.
– В смысле? Игра?
– Ага. Думаешь, НПСы единственные, у кого есть ИИ? Ха. Керрик мне много чего интересного рассказал. Изначально "Верравия" создавалась как система с автоматическим развитием и управлением. То есть на конкретном этапе она сама должна была решать все сложившиеся проблемы. И это получилось. Например, начинают игроки слишком активно гасить мобов и зачищать остров – БАХ, появляются дрезги. Админы спускают новую профу "Плотник", где одна из квалификаций "Лесоруб" – БАМ, в лесах на игроков нападают невиданные гиганты аргримы – полудеревья‑полулюди. И все бы хорошо, пока система не решила, что без руководства ей гораздо лучше, чем с ним.
– То есть, "Верравия" живет сейчас по своим законам?
– Именно. Главная цель игры – сохранить баланс, не дать произойти перекосу в одну из сторон. И хрен знает, как отразится твое появление здесь, как система воспримет его. Ведь ты вирус. Твой программный код все время меняется, перемещает сам себя, чтобы его не разрушили. Не знаю, уместно ли так говорить, но у него словно есть иммунитет. Стоит начать вредить ему, он сопротивляется.
– Офигеть, – почесал голову я. – Чем дальше, тем чудесатее. А мне теперь что, все время тусоваться здесь, чтобы не убили?
– Не совсем. Где надо спрятать вещь, если хочешь, чтобы ее не нашли?
– На самом видном месте, – лениво потянулся Лок, деланно зевая, но было видно – разговор явно заинтересовал Перворожденного.
– Именно! – взмахнул Олег рукой так, будто Бог только что правильно ответил на вопрос в "Что? Где? Когда?" при счете 5–5. – После неудачного покушения тебя будут искать во всех местах, где только можно спрятаться. А ты напротив, все время будешь на виду. Все ждут, что ты начнешь вкладывать очки в рогу, качая незаметность и маскировку, а мы сделаем тебя лукарем‑дд‑шником.
Сделайте меня просто обычным человеком. Верните, как говорится, все в зад. Не надо никаких дд‑шников, рог, торговцев пятидесятого лвла. Я посмотрел на Олега и, видимо, что‑то в моем взгляде изменилось, потому что он понизил голос и потрепал по плечу.
– Кирилл, не куксись. Мы выберемся. Я тут тоже не последний человек. Знаешь, какие ресурсы подключили?
– Какие? – спросил не из‑за интереса, а чтобы молчание не раздавило меня окончательно.
– Ну, во‑первых, перед тобой сам Навуходоносор, глава клана "миротворцев"… Что, не слышал что ли о "миротворцах"? – смутился Олег, увидев мой непонимающий взгляд.
– Нет.
– Вообще‑то мы в десятку входим. Всего за минуту вон собрались и спланированное нападение на тебя отбили. Ладно, это все лирика. Собирай свой рюкзак, отправимся наверх.
Я напрягся. После всех разговорах об админах и их коварстве невольно станешь параноиком. Могу я верить Олегу? Черт его знает. С одной стороны, он спас меня. Реально спас. Сейчас бы система собирала в совок побитые байты, которые остались от начинающего лучника. Но, может, это тоже часть какого‑то плана? Нет, Кирилл Алексеевич, рассуждаем разумнее. Если бы Навуходоносор был заодно с админами – то попросту не вмешался. Логично? Вполне. Значит, он как минимум не хочет, чтобы меня убили. Возможна ли какая‑то его личная выгода? Запросто. Конечно, неясно, какая цель им движет, что можно с меня поиметь? Хрен да маленько. Влияние? Думаю, глава клана чуть поавторитетнее приятеля контрабандистов. Деньги? Это для меня тысяча золотых в сутки – Эльдорадо, но вряд ли для него. Тогда что?
– Ну ты идешь или будешь сопли на кулак наматывать?
Я посмотрел на Лока. Перворожденный что‑то напевал себе под нос. Тоже нашелся мне, Муслим Кобзон. Что за покровитель такой? Нападут на меня сейчас банковские работники и начнут кредит без досрочного погашения оформлять, а он даже глазом не поведет.
– Так меня там в два счета вычислят. – Неожиданно нашел я оправдание. – Я же единственный человек, у которого ник не просматривается.
– Как же вы меня достали своей болтовней, – поднялся на ноги Лок. Перворожденный коснулся моего лба рукой, заставляя проснуться Диту.
Добавлено новое жреческое умение "Лживая личина". 
Хороший воин, чтобы остаться в тени, использует маскировку, ленивый – благословление Бога.
Каждый день для окружающих людей ваше имя будет произвольно меняться. Применить (да/нет). 
Ну давай.
– И чего, работает?
– Работает, Клопдопоппер, – Олег не смог скрыть смешок. Лок невозмутимо смотрел на меня, делая вид, что к новому имени не имеет никакого отношения.
– Клопдопоппер?
– Уж всяко лучше, чем Крил, – отвернулся в сторону Перворожденный. – Советую также выбрать правильный класс, а не ударяться в воровство и скрытность.
– С чего это еще?
– Перворожденный прав, – с уважением посмотрел Навуходоносор на Лока. – Вот смотри, какие игровые действия предпринял бы Артемьев Кирилл, если на него объявлена охота?
– Качал ветку роги, невидимость, маскировка. Какие там еще таланты?
– Вот именно, – не ответил на последний вопрос Олег. – Вместо этого начнешь качать стрелка. У тебя будет новое имя, новая одежда. На твою лавку, слава богу, они не вышли. Уж слишком ты нестандартно придумал, не уложился в свой психотип.
– Но это точно безопасно?
– Кирилл, Храм Вечного Упокоения безопасен лишь определенное время. Если возникнет хоть малейшее подозрение, админы начнут искать способ сковырнуть это место.
– Но это же невозможно. Здесь нельзя убить, ранить, сюда даже сообщения с чата не доходит. Это вроде чистилища.
– Можно, – ну надо же, Лок повернул к нам голову, и впервые в глазах его светилось какое‑то новое чувство, похоже, неизведанное самому божеству. – Но для этого надо сломать печать.
Лок посмотрел на нас, как на совсем потерянных для его общества, и продолжил.
– На Храм Единого Упокоения наложена печать Отца. Он установил ее со своими правилами и нароками. Ни один Перворожденный не может нарушить ее…
– Но… – нетерпеливо перебил я.
– Но Отец не собирался запирать нас вечно. Он дал нам срок, чтобы когда‑нибудь сломать печать и отворить дверь, ведущую из этого места. Для этого и был создан Ключ Отца. Ключ, отворяющий дверь в любом из существующих миров.
У меня непроизвольно стала выделяться слюна. Балбес я, конечно, речь идет о моей жизни, а у меня перед глазами ключ, отворяющий любые двери. Хм… интересно, понятие "дверь" тут иносказательно или нет? Подойдет, например, к сундуку? А чего, ларь вполне себе дверь… в мир моего личного обогащения. Если все, как я думаю, тот, кто завладеет ключом, станет очень влиятельным чувачком.
– Я знаю, что кто‑то начал искать Ключ Отца. Группа игроков предприняла попытку пройти стражей, охраняющих древний артефакт. Хвала Отцу, неудачно. Но думаю, это всего лишь дело времени.
Мы с Олегом стояли, подобно двум школярам, ловящим каждое слово учителя. Однако Лок высказался и снова стал напевать. Говорить с ним дальше – занятие бесполезное.
– Интересно, очень интересно. Надо будет пробить инфу, – словно с самим собой говорил Навуходоносор. – Ну так ты идешь?
Чего ж делать, иду, будь вы все не ладны. Я зашел в келью, схватил мешок и лук.
– Держи, я тут тебе одежду прихватил, чтобы не узнали.
Я проскользнул по тряпкам и улыбнулся. Но хоть в чем‑то Навуходоносор не всеведущ.
– Не прокатит, я, понимаешь, парень с особенностями. Игроки мне шмот не могут передавать. Только деньги.
– Это многое усложняет, – задумался Миротворец. – Сетту мы прикинули уже по последнему слову, чтобы в старой броне не узнал никто. Но вот про твою фичу я не знал.
– Ничего, щас. – Я скинул куртку, хотел снять сапоги со штанами, да передумал. Столичный нуб в базовой одежде? Будет странно. Ладно, тогда уберем лишь куртку. – Добегу до первого магазина и прикинусь нормально, раз у меня две штуки наличными, – объяснил Олегу. – Погнали.
Мы вышли на храмовую площадь, забитую жрецами и послушниками. Хорошо, что здесь одни НПС, а то игрокам наша парочка показалась бы как минимум любопытной – высокоуровневый боец и шагающая по пятам шантрапа, второй‑третий день в игре. Олег будто прочитал мои мысли и на ходу достал из сумки не иначе как четыре тома войны и мира, спрятанных в один фолиант.
– Книгу свою давай сюда, – я спорить не стал, протянул ему свой походный журнал. – Отметил тебе магазин с хорошей снарягой.
– Дорого? – почему‑то меня интересовал лишь один вопрос.
– Для своих нет. Скажешь Второму: "чтобы достичь мира, нужно воевать". Это пароль на сегодня. Скидку тебе нехилую сделает.
– А кто это Второй?
– Один из братьев. Их там трое: Первый – драман, Второй – человек, Третий – голгора. Их отец, судя по всему, был прелюбопытнейший субъект. Представляешь, номера вместо имен? Хотя, с другой стороны, точно не запутаешься.
– Ты меня извини, но… У них один отец – человек, но все разных рас. Разве такое возможно?
– Ну от драманов и людей полукровки рождаются. Доказано. А вот от голгоры и человека точно нет. Скорее всего, Третий усыновлен, только ты ему не вздумай сказать. Братья друг за друга горой. Взращены на общей ненависти к папаше.
Так вот кто у нас Тертил. И не человек, и не драман. Точнее, и то, и другое.
– Посмотреть бы на того извращенца, который придумывает подобные сценарии.
– Тебе как раз надо избегать встречи с админами, – Навуходоносор остановился перед лестницей, ведущей в Локтр. – Расход. Выходишь и пулей в магазин. Вечером встретимся, поговорим.
– А где?
– В "Пьяной Сове" займешь третий от входа стол. Справа. И лучше возьми фейру своего с собой, там бывает до драк доходит. А стражники не сразу прибегают.
– Разве можно Хло использовать?
– Можно. На твое счастье, ты его в квартал торговцев не взял. Единственный, кто видел тебя с ним – Латрон. Но с ним что‑нибудь порешаем.
– Ну тогда до вечера.
– До встречи, Кирилл. Береги себя.

За те несколько дней, пока меня не было, Локтро изменился, как пьяный муж меняется во время внезапного возвращения жены. Повсюду грохотали коваными сапогами драманские патрули, проснулись до этого дремавшие разношерстные кланы, исчезли сновавшие прежде с беззаботным видом НПС‑ы. Город перешел на осадное положение. И сдается мне, причиной тому я.
Книжка показывала, что идти не так уж далеко. Надо лишь обойти дворец, спуститься в квартал людей и шагать влево вдоль стены до самого упора. Нужная мне лавка называлась "Братья". Что и говорить, фантазией Первый, Второй и Третий явно пошли в отца.
Я уже почти перестал удивлять странностям этого мира, но увидев магазинчик, почесал репу. Почему Миротворцы – как говорил Навуходоносор, клан из топ‑10, ‑закупались у непонятных типов с полными чемоданами психологических проблем из детства, для моего жалкого мозга оставалось загадкой. Но факт оставался фактом, генеральные поставщики моего спасителя ютились в жалкой хибаре. Покосившаяся вывеска давно потеряла буквы "Р" и "Ь", поэтому вместо изначального "Братья" я увидел лишь "Батя". Нет, у создателя "Верравии" определенно есть чувство юмора.
Это точно здесь самые лучшие одежда и доспехи? Больше похоже на место ночевки крупного рогатого скота.
– Могу я вам чем‑то помочь? – Встретил меня человек с кривым носом. Судя по всему, Второй. – Погоди, погоди, да я тебя знаю!
Из‑за связей с контрабандистами отношения с персонажем Второй возрастают. 
О, так ты из наших. Ну, здравствуй, братишка. Только как бы я с тобой не корефанился, брать у тебя нечего. Старые ржавые шлемы, покрытые вековой пылью кожаные сапоги, нагрудники, латы, поножи, несколько топоров. Все было сложено на неоправданно большие полки и, казалось, не пользовалось спросом. Даже интересно, чего он предложит? Ну что ж, попробуем.
– Чтобы достичь мира, нужно воевать.
Второй озорно подмигнул и улыбнулся так, что сшибленный на сторону нос чуть не уполз к уху. Он нажал на какой‑то рычаг под прилавком, дом легонько тряхнуло, и все полки одновременно повернулись на сто восемьдесят градусов. Матерь божья! Мои глаза бегали, не в силах остановиться на чем‑то одном, а слюна едва не капала на пол.
– Как "миротворцу" и своему человеку, – при этих словах Второй заговорщицки скривился, как в самых плохих комедиях. – Скидка на все двадцать процентов.
Так‑с, спокойно. Охолонись, Кириллушка. Такие покупки надо совершать на трезвую голову. Поспешил у Бройлега, остался с одним средненьким луком. Может, сразу с оружия и начать?
– Луки есть?
Второй топнул ногой, и дальняя стена отъехала в сторону. Ой, мало, мало Кирилл, ты зарабатываешь. Я смотрел на перламутровый самострел почти за одиннадцать тысяч золотых, и хотелось выть от досады.
Малый лук Мерта 
Урон 170–540 
Скорость стрельбы: 47 
Эффекты: 
Последний выстрел. Возможность критического урона 30 % 
Стрелы страха. При попадании пяти стрел в течение четырех секунд противник с вероятностью 20 % оборачивается в бегство длительностью в одну минуту. 
Свистящая северга. Возможность оглушить противника выстрелом на две секунды в 15 % случаев. 
+ 17 к Дальности 
+ 8 к Снайперу 
+7 к Оглушению 
+ 7 к Изъяну 
Стрелы комплектуются отдельно. 
Спокойно, дышим носом, сознание не теряем. Да как же, чтоб тебя! Малый лук Мерта. Малый!! А ведь есть где‑то большой. С таким оружием даже полный нуб становится таким серьезным дядькой. Будешь по лесу идти, тебя снимут, даже не поймешь, за что и почему. Фуф. Выдохнули.
Но одиннадцать тысяч это очень круто. Даже для меня. Можно, конечно, полмесяца копить, только по личному опыту, у меня деньги долго не хранятся. Да и за одиннадцать дней чего только не произойдет. Ладно, поглядели на музейный экспонат, пора и поближе к земле, поближе к народу.
Я просмотрел еще несколько образчиков работы лучших мастеров Верравии, пока не увидел тот самый, мой лук. Казалось, он сам просился в руки.
Остроконечный рейнджерский лук Боли 
Урон 42‑189 
Скорость стрельбы: 45 
Эффекты: 
Каждый пятый выстрел замедляет противника на 0,3 % 
Двойной выстрел наносит на 15 % больше урона. 
+ 2 к Кровотечению 
+2 к Дальности 
+1 к Изъяну 
Острые стальные наконечники дают возможность сражаться в ближнем бою
Конечно, не малый лук Мерта, но вполне достойный самострел. И в пир, и в мир, и в добрые люди. Хотя погорячился, к добрым людям с таким не пустят. Стоит он… Семь сотен. И это со скидкой. Я понимаю, что тут большинство донатов, но это уж совсем свинство. Пять с половиной тысяч евро за лук. Не тянули бы мне две штуки карман, по‑любому зажлобился бы. А так, была не была!
Теперь надо колчан со стрелами подобрать. Так‑с, "Стрелы стремительности", "Стрелы снайпера", "Стрелы оглушения", "Стрелы бегства", "Стрелы замедления". Я внимательно оглядел наконечник, от которого исходил слабый сиреневый дымок, и присмотрелся к колчану.
При попадании противник замедляется на 0,236 секунд. 
Ох, прав был Лок, его ленивое божечество. Был бы Перворожденный рядом, так расцеловал. Хорошо, что очки способностей не слил на всякую чушь. Что там отвечает за скорострельность? Книга сама раскрылась на нужной странице. Тренировка! Она у меня на тройке. Значит, качнем Ловкость, а потом Тренировку. Раз, два, три, четыре, пять, шесть. Готово, очков навыков теперь 0, зато ловкость поднялась сразу до 13. Добьем Тренировку. Ага, осталась пара очков способностей. Ну чего тут особо думать – по одному на Залп и Дальность, чтобы Снайпера на двойку открыть. Идем дальше.
Мда, неплохой оборот сопутствующих товаров у Второго. Лук за семьсот, а стрелы за двести. Уже девятьсот золотых вынь да положь. Сходил, называется, за хлебушком.
Выбор подходящей одежды занял почти час. Вся трудность заключалась в несоответствии оборотного капитала с необходимыми затратами. Была, конечно, возможность, купить один уникальный шмот, но черт знает, где я буду завтра и что придется делать. Поэтому пришлось прибарахлиться по минимуму.
– Посмотрите внимательно, нет ли ошибки? – с улыбкой добродушного маньяка поинтересовался Второй.

Крепкий жилет Егеря 
+ 5 к Уклонению 
+3 к Блокировке 
Уровень брони: 80 
Вес: 6 кг 

Зеленый плащ Рейнджера 
+ 4 к Маскировке 
+ 2 к Незаметности 
Уровень брони: 10 
Вес: 2 кг 

Широкий ремень Стрелка 
+2 к Акробатике 
Возможность закрепить колчан на поясе (+1 к Скорострельности) 
Уровень брони: 10 
Вес: 1 кг 

Толстые штаны Пройдохи: 
+ 2 к Маскировке 
+ 2 к Незаметности 
Уровень брони: 20 
Вес: 2 кг 

Сапоги Ловеласа из тонкой кожи 
+ 7 к Бегу 
+ 5 к Акробатике 
+4 к Уклонению 
Уровень брони: 30 
Вес: 3 кг 

– Да, вроде, все правильно. Сколько с меня?
– Учитывая вашу принадлежность к "миротворцам", – Второй снова мне подмигнул. Тик у него, что ли, нервный? – к нашему альянсу, – торговец опять скорчил рожу и закрыл правый глаз, – всего‑навсего тысяча семьсот девяносто золотых.
Я сделал вид, что сумма для меня не очень большая. Пф, подумаешь, мог пару лет прожить на эти деньги дома. Уговаривал себя, уговаривал, а руки все равно дрожали, отсчитывая монеты.
Ну да ладно. Радовало, что мое собственное тряпье Второй взял за десять золотых. То ли у меня уровень Торговца поднялся, пока я в Храме чалился, то ли это все контрабандистская симпатия, но все равно приятно. Толкнул дороже той цены, за которую купил.
Я оглядел себя. Темно‑коричневый жилет, стянутый выгоревшим оранжевым поясом, обтягивающие серые штаны, высокие, почти до колен, сапоги и широкий зеленый плащ с капюшоном. Красавец, что и говорить. Пристегнул темнеющий сиреневым дымом колчан к поясу и от души пожал руку Второму. Теперь надо узнать, что там с "моими".

Язык до киллера доведет или почему Горилле нельзя пить 

Отправился не своим обычным маршрутом, а в обход. Раз уж админы могли составить мой психотип, то надо максимально ему не соответствовать. Стать оригинальным и непредсказуемым. Делов‑то.
Не успел я выйти из квартала людей, как навстречу, широко размахивая хвостом, попался уже знакомый ящер. Твою ж за ногу. Сдается мне, в прошлой жизни я очень сильно подпортил карму, видимо, был среднеазиатским тираном и убил тысячу девственниц, а в наказание судьба послала мне Латрона. Такое ощущение, что тянет его ко мне, как сына израилева к маце. Ящер поравнялся со мной, внимательно всмотрелся и заржал.
– Клопдопоппер, – услышал я негромкий голос пресмыкающегося.
Пока я соображал, что да как, Латрон продефилировал мимо и скрылся в подворотне. Какой еще Клопдопоппер? Лишь минуту спустя пришло осознание того, что этот самый Клопдопоппер и есть я. Что бы мое новое имя ни значило. Славно, получается, голгора не узнал меня. Помогло переодевание и смена паспорта, то бишь имени.
Пройдя пару домов и миновав пару патрулей, передо мной вырос Хло. Нет, конечно, не в прямом смысле. Я еще издали видел, как маленький фейра, шлепая своими босыми ногами, несется в мою сторону, но остановился телохранитель с таким видом, точно никуда не отходил все это время. Что за день встреч‑то сегодня?
– Хло, ты откуда вылез?
– Я не вылезал. – Не понял фейра. – Я сидел в магазине рядом с женщиной и двумя мужчинами. Потом почувствовал господина и побежал сюда.
Эх ты, мой Хатико. Значит Хло чувствует меня. Интересно, из‑за чего? Вроде, не близнецы, даже разных рас. Надеюсь, это нельзя будет использовать мне во вред.
– Все бы хорошо, Хло. Но не знаю, как теперь быть. Понимаешь, тебя не должны видеть со мной.
– Почему? Господин заплатил за полмесяца, я не имею права.
– Да я не говорю, что ты мне не нравишься или меня не устраиваешь. Просто кое‑кто видел, что меня сопровождает фейра. Ростом метр с кепкой в прыжке, с обрубленным ухом, фиолетовыми глазами. Сечешь о чем я?
– И всего‑то, – флегматично отозвался Хло. Он закрыл глаза, когда открыл, они стали… голубыми. Ухо в мгновение ока заросло, а кожа стала более старой и морщинистой, с серым отливом. Мне показалось, что фейра даже стал выше.
– Но как?
– Я магическое существо. Изменить внешность не так трудно. Просто у нас не принято стесняться своего вида.
Ну хоть одной проблемой меньше. А отказываться от услуг Хло лишь из‑за того, что тот засветился перед Латроном… Кстати, Навуходоносор прав, с ящерицей придется в ближайшее время разобраться. Админы пока не додумались, что случайно встреченный мной разбойник станет личным врагом. Если они потянут за эту ниточку, может выйти очень неприятно.
– Ты говорил про женщину и двух мужчин. Где они?
– В лавке, господин. Ругаются.
Если ругаются, то точно мои. Скорее всего, Светка опять с Игорем чего‑то не поделили. Серега‑то, вроде, неконфликтный. Ну да ладно, на месте разберемся. Я уже собрался было вывернуть на главную улицу, как вдруг мое внимание привлек худой тщедушный человек. НПС угрюмо смотрел на проходящие патрули и бессвязно ругал их. Солдаты на забулдыгу внимания не обращали, похоже, тот был вполне обыденным предметом интерьера. Я бы и сам прошел мимо, если не звучное имя пропойцы – Оточенто.
– Прошу прощения, вы и есть охотник на оборотней, могучий Оточенто?
– Может, да, а может, нет, – поднял на меня мутные глаза человек.
– Я просто хотел поговорить о том времени, когда жена Наместника была еще жива.
– А я хочу ростбиф из галькирги и кувшин доброго вина. Все, обменялись желаниями?
– Я могу дать тебе пару золотых.
– А я могу дать по твоей холеной роже, – отозвался Оточенто. – Хочешь послушать о жене Наместника, принеси ростбиф и вино.
Внимание. Получено задание "На побегушках у пьяницы"  
Выполните поручение Оточенто. Кто знает, может, у охотника удастся выведать кое‑что ценное. 
– Не вопрос. Хло, где тут поблизости таверна?
Фейра зло махнул рукой. Я выделил телохранителю пару монет, и он понял меня без слов, все‑таки действительно между нами какая‑то высшая связь – потопал за едой и выпивкой. А что? Негоже жрецу Лока самому подобным заниматься.
Хло вернулся довольно скоро, принеся долгожданный ростбиф и кувшин вина. Интересно, самое быстрое и легкое задание, какое мне могло попасться в "Верравии". Ну давай, Оточенто, вываливай на меня тонны информации.
Вы выполнили задание "На побегушках у пьяницы".  
Ваши отношения с Оточенто улучшились. Теперь вы Знакомые. 
– Ну рассказывай давай, не томи.
– Погоди, перекушу.
Больше всего в жизни я ненавидел есть с незнакомыми людьми. Меня нельзя назвать мизантропом, но есть один пунктик, о котором знали все родные и из‑за которого мама старалась не сажать меня рядом с дядей. Я ненавижу, просто органически не перевариваю, когда люди чавкают, причмокивают или хлюпают. К слову, у Оточенто все эти скилы были прокачены до упора, и он беззастенчиво ими пользовался.
Если бы был талант Терпение, то за те шесть минут, пока охотник жевал мясо и запивал его вином прямо из кувшина, проливая часть на нестиранную рубаху, он поднялся пунктов на десять. Наконец Оточенто отбросил тарелку в сторону и смачно рыгнул.
– Меня нанял тогда господин Лебух, – оперся о стену охотник. – Я искал несколько дней, но тварь все время ускользала от меня. В один из вечеров, когда я… эээ, готовился к охоте, – я чуть не хихикнул, но сдержался. Ага, к охоте, как же. – Гонец доставил мне записку. В ней говорилось, что тварь придет под утро к дворцу Наместника. Ну я, знамо дело, подкараулил ее.
– А от кого было письмо?
– Не знаю, доброжелатель не подписался.
– Можешь отдать мне записку? Или хотя бы копию?
– Не вопрос. Три золотых, и бумажка твоя.
– Три? Да за нее никто столько не предложит.
– Тебе она нужна. Ты предложишь.
А тертый калач этот Оточенто. Жаль, алкоголик. Я достал три монеты, а охотник свою замасленную черную книгу. Создавалось впечатление, что когда‑то она была толстой, но кто‑то выдрал половину листов, и теперь обложка стала значительно больше содержимого. Я прислонил свой походный журнальчик к ней и почувствовал вибрацию. Так, что там?
Хм, несмотря на кажущуюся бесполезность, мозги Оточенто еще не пропил. В записке, точнее в паре строк, я не нашел ничего полезного. Все именно так, как и говорил охотник.
Получены пояснения к заданию "Окровавленный трон". 
Странно, конечно. Получается, кто‑то знал об оборотне, но не действовал открыто. Почему? Боялся гнева Наместника? Но ясен пень, после слива инфы о твари Оточенто политическая ситуация сильно поменяется. Оказался бы Лениным на броневике, глядишь, сам бы Наместником стал. Но не захотел. Опять тот же вопрос – почему? Ведь он законный правитель Тойрина. Это у нас демократия, выборы президента, а тут почти что монархия. Единственная форма правления, передающаяся половым путем.
– Слушай, а с сыном Наместника чего стало?
– С Иирмаром? О нем слухов больше, чем правды. Говорят, что он связался с плохой компанией и ушел разбойничать. Другие рассказывают, что Иирмар построил домик в лесу, а живет лишь охотой и рыболовством.
– Расскажи мне, что видел сам.
– Иирмар вернулся после убийства народом Наместника. Он провел во дворце всего одну ночь, а на утро ушел, прихватив лишь свои детские доспехи – подарок отца. Это все, что знаю. Это все, что я видел.
– А как он выглядел?
– А как выглядят все драманы? – захихикал Оточенто. – Выше самого высокого человека на две головы, широкий в плечах. Даже по меркам этого острова он был крупным мальчиком.
Мда… Ищи иголку в стоге сена, то есть, крепкого мужчину в землях, напичканных драманами. Не успел я как следует задуматься, как Дита вылила на меня ушат холодной воды.
Получены пояснения к заданию "Наместник острова "Тойрин". 
Это еще с чего? Если мне не изменяет память, а с любимым немцем Альцгеймером я пока не знаком, то с "Наместником острова Тойрин" все было относительно просто. Выполняешь три задания – сажаешь свою пятую точку на трон, покрытый бурыми каплями (это фигня, кровь мы отмоем). Так какого черта теперь сюда приплели загадочного Иирмара? Эти два квеста завязаны между собой? И еще вопрос к этому дурацкому саморазвивающемуся миру, который останется без ответа – это лично для меня два задания соединены или для всех, кто добрался до Оточенто?
Еще вопрос, который родился только что. Наместник – НПС и его смерть была окончательной. Хло тоже НПС, но после сражения с дрезгами возродился. Также вспомнился комментарий про послушника Огулиса, которого завалил стражник – мол, респауна теперь ждать долго. То есть, у НПС‑ов какая‑то своя классификация по смерти – не восстанавливающиеся, долго возрождающиеся и неписи аналогичные игрокам. Надо будет поболтать со сведущими людьми на эту тему.
Дайте мне льда для головы, а то сейчас мозг опухнет. Нашли тоже Шерлока Пуаро и Эркюля Холмса. Хотя, признаться, личность Иирмара интриговала. Здоровенный драман с правом на трон, который живет один в лесу. Как в славянских былинах, если закрыть глаза на расу богатыря. Ладно, разберемся со временем.
– Спасибо, Оточенто, даст Лок, свидимся, – что за черт, я вместо "даст Бог", сказал "даст Лок"? Меняет меня "Верравия", ох как меняет.
– Давай, до встречи, – проводил меня осоловелыми глазами "могучий" охотник.

До нашего с Кобелюгой магазинчика добирались намного дольше, чем я рассчитывал. Несколько раз меня тормозили патрули, тщательно разглядывая, проверяя мешок и перелистывая книгу. Чего найти хотели, непонятно. На фейру даже внимания не обращали – видимо, тормошили только живых игроков.
Главная площадь, обычно кишевшая новичками и организаторами рейдов, вымерла. Нет, конечно, геймеры были, но не в пример меньше, чем пару дней назад, и в основном высокоранговые, члены различных кланов. Этих ребят я подолгу разглядывать не стал. Не дай Лок кто из них бычку включит, а мне сейчас лишнее внимание совсем ни к чему. Тьфу, опять этот Лок, привязался же ленивый Перворожденный.
– Да потому что кое‑кто болтает без умолку! – услышал я рассерженный голос Светы. Интересно, кого она там так гневно отчитывает?
– Ну извинился же, – тяжело засопел Горилла.
– Да к черту твои извинения. Нужны они нам теперь, особенно Кириллу. Вляпались все в дерьмо по твоей милости.
Ничего себе, Сетта у нас ругаться умеет?
– Ты охолонись немного.
– Да пошел ты, идиот.
– Слушай ты, флюорограмма лупоглазая, ну да, обделался я самым настоящим образом! Так что теперь, умереть что ли? Надо думать, как теперь Робин‑Гуду нашему помогать.
– Себе помогите, – подал голос я, пропуская Хло вперед. – Чего ругаетесь?
– Кирилл, это ты? – первой подала голос Света.
– Я, я. Кто же еще.
– А это кто, новый телохранитель?
– Да нет, Хло. Как выяснилось, он волшебный гример. Нормально тебя прикинули, а мне пришлось за свой счет одеваться.
На паладинше красовались золоченые латы с гигантскими наплечниками, здоровенные сапоги и основательные перчатки. В руках огромный закрытый шлем. Все из одной серии, стоит, поди, как крыло от Боинга.
– Ага, щас, – прищурилась Света. – Чтобы потом быть обязанной этим "миротворцам"? Я ничего не говорю, ребята, вроде, нормальные, тебя вытащили, но что теперь, на коленях перед ними ползать? Они магазинчик один подсказали, я и закупилась?
– Дай угадаю, в "Братьях"?
– В них.
Наступила неловкая пауза. Казалось, и сказать много чего надо было, но все подходящих слов не находилось. Точно за эти два дня образовалась между нами всеми огромная пропасть, которую теперь предстояло заполнить.
– Сказать ничего не хочешь? – толкнула локтем Сетта Гориллу.
– Не пихайся, не на рынке, – отозвался танк. – В общем это, Кирилл, мать твою ж…
Мне показалось, или Игорь впервые назвал меня по имени? Судя по душевным терзаниям Гориллы, слова давались ему тяжело. Вот, даже выругался. Чего же произошло, пока меня не было?
– Ну это, блин, накосорезил я по самые не балуйся, – откровенничал Горилла. – После рейда, когда расход устроили, действительно спать пошел, да все глаз сомкнуть не мог. Все разговор про еду и напитки из головы не выходил. Решил проверить шлем свой, что да как работает. Ну и зашел обратно, сразу в бар. Е… сначала пива, потом еще что‑то крепче, уж не помню, чего… Потом эта гонорея сифилисная откуда‑то появилась.
– Кто?
– Да баба какая‑то. А я уже хороший был. Ну и… это… как его…
– Растрепал ей все о тебе, – подытожила Сетта.
– Кирилл, да не со зла же. Вожжа под хвост попала. Хрен знает, что произошло… А потом, как узнал вечером, что случилось…
Ох, Игорь, Игорь, а ведь не пацан, взрослый мужик, и так подставил. Не хотел, конечно, но сути это не меняет. Получается, как только он рассказал обо мне какому‑то игроку – пол я в расчет не беру, под личиной "гонореи сифилисной" мог быть кто угодно, – на меня было совершено покушение. Связались ли нападавшие с админами или устроили нападение сами? Скорее всего, первый вариант. Убить игрока в городе, где пвп запрещены законом, но не игровой механикой – серьезное нарушение. Минимум, что грозит – несколько дней тюрьмы, максимум – изгнание из локации. Нет, конечно, рога может обратно пролезть, но мало удовольствия, когда у тебя со всеми НПС отношения ниже плинтуса.
– Говори точно, о ком ты рассказал?
– Я не точно все помню, говорю же, – сделал лирическое отступление Игорь, но заметив мой взгляд, продолжил, – про тебя и Светку говорил. Это точно.
– А Хло?
– На кой, он же НПС.
Ох, Горилла, чурбан ты мой необразованный. Даже не представляешь, на сколько твой игровой шовинизм в тему. Если меня сейчас и фейры лишить, тем более после того, как он себе легкую магическо‑пластическую операцию сделал…
– Тяжело с вами. Разоткровенничался на свою голову, а теперь расхлебываю большим литровым половником. Попасть бы туда, где тепло, сухо, спокойно и нет всей этой фигни.
– Помирать собрался, что ли, – впервые подал голос Кобелюга.
– Ага, и весь бизнес тебе отдать, – впервые улыбнулся я. – Нет уж, придется киллеров нанимать. Судя по полученным деньгам, эта заваруха никак на продажах не отразилась?
– Идут, родимые, хотя не такой толпой, как в первые дни, но идут. На цены жалуются.
– Да пусть хоть на президента и главу католической церкви. Товар остается?
– Нет, Кирилл, все подчистую продаем.
– Тогда каждый день продолжай поднимать цены. Как только заметишь, что предложение превышает спрос, снизь на двадцать. Так и оставь. В ближайшее время мне не до бизнеса будет, но деньги нужны. Не скучаешь по игровым баталиям?
– Да шли бы они все в…, ‑ беззастенчиво выругался Серега. – Я тут такие деньги поднимаю. И, между прочим, кузнечное дело все равно качается же. Я всем доволен.
– Вот и ладненько. С вами пока не встречаемся, – повернулся я к танку и паладинше. – Пусть поутихнет все. В чате переписываемся только общими фразами, никаких имен. Особенно это касается тебя, Игорь. Хотя, конечно, вряд ли после всего за тобой следить будут. Тот, прошлый я, после того, как ты меня сдал, больше бы не общался с предателюсом. Но будем ломать шаблоны.
– Кирилл, говорю же, бес попутал, не знаю, что распи…
– Все, все. Замяли. У меня и так голова трещит от обилия информации. Дайте хоть чуток передохнуть. Давайте так, собираемся через три дня тут же, после того, как стемнеет. Если что‑то срочное – чат. Но будьте готовы к тому, что он прослушивается.
– Лады, тогда расход, – кивнул Горилла и пожал руку. Нет, определенно наши отношения выходят на новый уровень. Еще мгновение, и расконнектился – в воздухе повисли сотни крошечных золотых искорок, которые постепенно тухли.
Света дотронулась до руки, мол, держись, и улыбнулась. Она в отличие от Игоря вышла из магазина. Такое ощущение, что ее игра затянула не меньше моего. Только вся разница между нами в добровольности геймерства.
– А ты на меня не смотри, я никуда не собираюсь, – заявил Кобелюга. – Сейчас Шейрух придет, доспехи делать надо.
Я улыбнулся и сел к стене. Еще и половины не сделал, чего хотел, а уже устал. Эх, проклятая доля отверженного бага. Глаза несколько раз моргнули и закрылись сами собой.

– Кирилл, Кирилл, – тормошил меня Кобелюга, – ты бы шел, комнату где‑нибудь снял, выспался. Я сейчас тут шуметь буду, работать.
Я оглядел груду ржавых погнутых доспехов. Надо же, разгрузили сырье, меня даже не разбудили. Хло стоял рядом с видом готовым на все – хоть в огонь, хоть в воду, хоть на восковую эпиляцию. Позади суетился Шейрух, который, заметив меня, благодушно склонил голову. Забавный ящер, единственный из всех голгор, который внушает мне симпатию.
– Слушай, Серег, а ты же относительно новичок в игре? – Вдруг вспомнил я о божественном квесте.
– Ну да.
– Значит, не выбрал еще бога?
– Нет, не до этого как‑то было.
– Ну вот, здорово. Хочешь сразу стать жрецом Лока? Так сказать, через звездочку повыситься?
– Это который бог Лени?
– Да. Там вполне ощутимые вкусности падают. Ну что скажешь?
– Почему бы и нет. Что делать надо.
– Да черт знает. Щас поглядим.
Я положил руки Кобелюге на плечи и пристально посмотрел в глаза. Сознание правильности действий пришло само, точно около двадцати лет только и занимался посвящением в жрецы великого Лентяя. В груди приятно защекотало, а по телу пробежала волна тока.
Игрок не подходит для звания жреца бога Лока. 
Дита, ты офанарела, что ли? С чего это не подходит? Я вновь сосредоточился.
Игрок не подходит для звания жреца бога Лока. 
Собака страшная. Никаких ведь разговоров о дополнительных требованиях к кандидатам не было. Получается, вообще ни разу не легкое задание, я могу до самой смерти "нужных" Локу людей искать.
– Серег, че‑то не получается. Говорит, не подходишь.
– На нет и суда нет, – не сильно расстроился Кобелюга. Ну конечно, он же не знает о "Прикосновении ротозея", "Крике Лоботряса" и "Ауре Лентяя". Извиняй, божественный фейс‑контроль не прошел.
Я выглянул в замызганное окошко – надо будет намарафетить магазин: вывеску нормальную повесить, отмыть – солнце неумолимо клонилось к закату. Навуходоносор говорил про вечер. Значит, уже скоро, а пока у меня есть одна насущная проблема.
Попрощавшись, мы с Хло выскочили на улицу. Мое альтер эго – чудаковатое лесное создание с огромными симметричными ушами и серой кожей – то и дело переходило на бег, явно не поспевая. Извини, Хло, времени мало, придется поторапливаться. Угораздило же задремать.
К моей безмерной радости и удивлению, дворец оказался пустым. Никаких тебе просителей, арендаторов и риэлторов. Повернула вспять жизнь столицы крупная стычка в квартале торговцев во время праздников. Впрочем, мне только на руку.
Вспомнив свое недавнее прошлое, я пошаркал ногами, постучал костяшками три раза в дверь, после чего приоткрыл ее.
– Можно?
Лебух, сгорбившись над кипой бумаг, поднял на меня голову. Драман указал рукой на свободный стул перед собой и расправил плечи. Эх, пройдоха ты эдакий, твою бы силищу в нужное русло – деревья валить, камни таскать, болота осушать, а не на канцелярской работе гнить. Захиреешь же совсем. Кесарю кесарево, слесарю слесарево, а драману драманово.
– Что привело вас ко мне?
– Мне нужно снять дом. Небольшой, – я поглядел на фейру, – с парой спален.
– Пожалуйста, – разложил передо мной Лебух карту города, провел над ней ладонью, и на пергаменте появились красные точки. Так он на магию заточен? Странный драман.
Так‑так‑так, вспоминаем наказы Навуходоносора. Что бы сделал тот, прошлый Кирилл, который хотел спрятаться и надеяться, что его не найдут? Взял бы хибару на отшибе подальше от любопытных глаз, благо таких было предостаточно и стоили они, скорее всего, дешевле. Но надо было быть непредсказуемым.
– Вот этот, – ткнул я в середину, между кварталом людей и дворцом.
– Хорошо. На какой срок оформлять аренду – день, неделя, месяц, год?
Каждый день бегать сюда за съемом квартиры – Лок бы меня не простил. Месяц слишком долго, время от времени все же хату надо будет менять. Значит…
– Одна неделя.
– Стоимость будет составлять пятьдесят золотых монет.
Я привычно перевел в валюту – 400 европейских тугриков. Не хило даже по ценам Москвы, да что там, скорее всего, не слабо и для Нью‑Йорка. Рубит тут Лебух на таких простофилях, как я.
– Аренда магазина обходится дешевле.
– Ваш магазин находится в менее престижном районе, его квадратура всего двадцать четыре метра. Предлагаемый объект для аренды гораздо больше по площади…
– Все‑все, понял, – спорить с Лебухом бесполезно, ты ему слово, он тебе десять. Все бы хорошо, но вот не нравится мне этот жлоб. Оточенто я без проблем три золотых отдал, даже торговаться не думал, однако архивариуса надо ставить на место. – Ну можно же сделать скидку постоянным клиентам? Скажем, десять золотых.
– Нет, есть определенные правила.
Я сделал вид, что засобирался. Легонько толкнул Хло, мол, пошли, и сам направился к двери.
– Стой.
Архивариус воровато оглянулся, будто за ним наблюдали десятки видеокамер, и согласно кивнул.
– Сорок золотом.
Получен талант Торговля, уровень 2. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности. 
Я лениво, как и подобает жрецу Лока, отмахнулся от Диты. Знаю, что Торговля в потолок уперлась, да не до нее сейчас. Лебух, Лебух жадная твоя морда. Ну что, с паршивой овцы хоть шерсти клок, а с хитрого архивариуса пара монет. Конечно, погоды они не сделают, но настроение, почему‑то, улучшилось.
Через полчаса заключали договор, который драман выписывал своим каллиграфическим почерком, аккуратист недоделанный, после чего ударили по рукам.
– Да, кстати, мне второй ключ нужен.
– Десять золотых.
– Восемь, – сделав каменную морду человека, с которым не торгуются, ответил я. – И ключ надо моему помощнику отдать.
Я кинул необходимую сумму на стол архивариусу и пошел прочь. Пора поесть, попить, да "миротворцев" послушать. Может, чего умного скажут.

Ключ Отца 

"Пьяная Сова" просыпалась, расправляла свои пахнущие дешевым пойлом крылья, кричала десятком голосов различной тональности, скрежетала по полу когтями‑лавками. Между тем было видно, что кульминации пьянка еще не достигла, трактир скорее разогревался, приходил в себя после дневного оцепенения, готовясь войти в раж.
"Миротворцы" расселись за одним столом, в подозрительной близости от того места, куда, по словам Олега, должен был приземлиться я. Они не старались скрыться или спрятать эмблему своего клана – сломанный о щит меч. Воины, большей частью люди и фейры, чуть реже драманы, сидели открыто и не таясь.
Заметив меня, один из них тут же встал и присоединился к остальным. Место берег, чтобы не занял никто. Я сел за отведенный мне стол, оставив за спиной "миротворцев".
– Что будете?
Старый драман с внушительным животом, повидавшим разные блюда и вина, навис надо мной грозным утесом. Я посмотрел по сторонам – привычных моему сознанию официанток в коротких юбчонках тут не было. Ходили такие же крепкие толстяки с самыми угрюмыми выражениями лица. Видимо, они выполняли еще и функцию вышибал, не церемонясь с наглыми или пьяными гостями.
Что я буду, что я буду… Хотелось бы для начала меню посмотреть, или что там у них. Вслух я, конечно, говорить подобное не осмелился. Очень уж злобно официант глядел. Что ж, на чаевые пусть даже не рассчитывает.
– Тарелку вегары, – поняв, что меня ждать бесполезно, сказал фейра. Какой‑то Хло уж слишком болтливый в последнее время стал.
– А пить?
– Сурму.
– А вам? – я не понял, чего в этом вопросе было больше – интереса или угрозы – но уточнять не стал.
– То же самое.
Драман‑халдей отошел от нас, а я выдохнул. После такого обслуживания и аппетит пропадет. Хорошо, что я сюда не кишковать пришел, а умных людей послушать.
– По проверенным данным, в вылазке участвовало семьдесят шесть человек, преимущественно русские, хотя были и европейцы, и латиноамериканцы, – густой, как борщ моей бабушки, бас принадлежал явно не Навуходоносору. Говорил незнакомец негромко, будто сам с собой, но я слышал.
Открыт талант Подслушивание. 
Ой, Дита, вообще не вовремя. Молчи, женщина, когда джигиты разговаривают. Тем более было бы что важное, а то какой‑то талант для вора.
– Наняли их неофициально, без договора, что называется под честное слово. Однако учитывая, что ни один наемник работодателя не кинул…
– Нанимал их кто‑то очень серьезный, – поддакнул Навуходоносор.
– Очень и очень, – растягивал слова Густой Бас. – Администрация вынесла всем нападавшим пожизненный бан в Локтр. Хотя тут без вариантов, замять бы они не смогли. Теперь даже непись может наемникам кое‑что надрать, если в столице увидит.
– А что кланы? "Гладиаторы" или наши давние приятели "Власть золота"?
– Несмотря на "взаимную любовь" к нам, – сарказм при этих словах буквально висел в воздухе. – Они сами заинтересованы найти нападавших. Во‑первых, это действительно нарушение закона. А во‑вторых…
– Они хотят выяснить, за кем или за чем приходили наёмники, – вмешалась в разговор девчонка, судя по тонкому звенящему фальцету.
– Вот что, Олег, я одного не понимаю. Если этот… объект так важен, то почему всего восемьдесят душ? Ты же знаешь, вообще не вопрос собрать пять сотен, а если есть достаточно времени, то и тысячу‑другую.
– В том‑то и дело, Вася, что не было у них времени. Очень уж они торопились. Почему, другой вопрос. Да и… напади на столицу даже пятьсот игроков, тут уж отмазывай, не отмазывай – головы полетят. Кланы и сейчас катят бочку на администрацию, но те замнут. Пойди найди, какой дурак взял и нанял человек сто, чтобы повеселиться в Веккерию.
– Ваш заказ!
Я чуть не подскочил, рискуя побить мировой рекорд по прыжкам вверх из положения сидя. Передо мной появилась тарелка с какими‑то водорослями и сухими ветками, залитая, судя по запаху, рыбьим жиром.
– Это что?
– Вегара, – ответил халдей и, не дожидаясь ответа, ушел.
– Вегара? – спросил я у Хло.
– Национальное блюдо… у фейры.
– Ясен пень, не у народов дальнего севера, – поднял я пальцами сомнительную траву. – Хотя спасибо, Хло, что ты не шотландец. Хаггис бы я точно не осилил.
Хотелось цитировать Ипполита из "Иронии судьбы" про заливную гадость, потому что вегара оказалась редкой дрянью. Нет, конечно, для любителей дальневосточного салата, сдобренного какими‑то твердыми ветками, это была пища богов. Ладно, что делать, сам виноват. Надо было брать драмана‑халдея в свои руки, а не полагаться на телохранителя. Надеюсь, сурма окажется лучше. Я с волнением понюхал, вроде, ничего, может, чуть кисловато. Эх, была не была.
– Хло… Хло… – глаза вылезали из орбит, а язык норовил заполнить все пространство во рту. – Это… что… за хрень?
– Сурма, – улыбнулся телохранитель. Нет, правда улыбнулся. Сделал большой глоток и отпил еще. – Вкусно.
– Ну на фиг ваши национальные блюда. Лучше устрою себе разгрузочный день.
Хло хотел что‑то ответить, но я поднял руку, приказав ему молчать. Мы сюда не жрать и препираться пришли. Хотя об извращенных пристрастиях фейры к еде надо себе сделать зарубку на будущее, чтобы в дурацкие ситуации не попадать.
– Ясно одно, – уверенно заявил Навуходоносор. – Мы никаким образом не распространяемся о том, что произошло. Официальная версия прежняя. Увидели, что на игрока напали, пришли на помощь. Как звали игрока – не помним, где теперь игрок – не знаем. Про… объект, который спасли, ни слова. Кто вякнет, вылетит из клана. Всем все ясно?
Остальные согласно заугукали. Похоже, держал их тут Олег в ежовых рукавицах. Хотя чего удивляюсь, он и мне показался мужиком обстоятельным. Такого в пустыне оставь с зубочистками и перочинным ножом, он через неделю супермаркет выстроит "Все для дома и сада". Да что там, еще и продавать будет на голубом глазу бедуинам всякие лопаты и лейки, мол, как они в песках без этого справляются.
– За объектом как следить? – спросил Вася.
– Днем никак. Большая вероятность, что засекут. Ночью за домом будет наружка. Но для этого я чужих людей найму. И так клан засветили.
– А что же делать теперь объекту? – с интонацией дебила спросила девчонка.
Да понял уже, понял, что будете сейчас говорить, как себя вести, какую кашу кушать и с какими мальчиками во дворе дружить. Не дурак. Кто парня спасает, тот его танцует. Говорите, говорите, я тут возникать раньше времени не буду, но все равно поступлю, как считаю нужным.
– Вести себя естественно. Взять какой‑нибудь квест, желательно за городом, чтобы не привлекать внимание. Я слышал, аргримы опять лютуют в Шипастом Лесу и, вроде, в деревеньке Вубра искали кого‑нибудь, кто усмирит их.
– А объект справится?
– Так он же не один. У него под боком телохранитель в маскхалате с боевой магией наперевес. Конечно, они не ниндзя‑убийцы, но не пропадут. Тем более что в Вубру высокоуровневые игроки не ходят. Ловить им там нечего.
Так‑с, взял на заметку. Деревня Вубра, Шипастый Лес и какие‑то агрессивные аргримы. Это вроде люди‑деревья, порождения системы, Навуходоносор о них обмолвился в прошлую встречу. Что ж, будет интересно вдвойне посмотреть.
– Еще кое‑что, – зашептал Вася так, что мне пришлось напрягаться среди окружающего шума, чтобы услышать его слова. – Начали пробивать ту тему… Ну, про Ключ Отца.
Если до сих пор за столом "миротворцев" царило оживление, то теперь наступила гробовая тишина. Нет, я, конечно, и сам понимал, какие перспективы ожидают того, кто завладеет Ключом Отца. Сокровищница банка? Нет проблем. Личные покои императора? Да запросто. Вряд ли такой артефактище отдадут одному человеку лично в руки. За него будут сражаться кланы. Причем биться серьезно, используя любые методы. Раз на кону такая плюшка.
– Так вот, действительно в нескольких книгах есть упоминание о нем. Но точных сведений о местоположении никаких. Поди туда – не знаю куда, найди то – не знаю что.
– Это ты не знаешь, а админы игры знают, – поправил Олег. – Лок сказал, что попытка была неудачная. Значит, они нашли людей, которых можно подписать на эту тему. А что если… совсем удариться в паранойю. Скажем, нападение на объект было лишь частью какого‑то хитрого плана, следствием определенных действий. Нет, админы явно хотят смерти Ки… объекта. Но если это не самоцель? Решили убить двух зайцев?
– Олег, я чего‑то не понял, – хмуро проговорил Вася.
– Нападение на город было бы в любом случае, чтобы создать информационный шум. Чтобы отвлечь нас от главного события. От поисков артефакта. Была предпринята попытка завладеть Ключом Отца, и сдается мне, все шло к тому, что игроки могли заметить ее.
– И тогда они замели следы нападением на город?
– Нет, они выиграли себе время, чтобы замести следы. Вот теперь все сходится. Остается выяснить всего две вещи – кто за этим стоит и, самое главное, где все происходило?
– Ну на первый вопрос я тебе сходу могу вариант подкинуть, – отозвался Вася. Сдается мне, он в "миротворцах" некто вроде аналитика. – "Берсеркеры" пропустили бои на арене за всю неделю, в рейтинге значительно просели, не видно из них никого в столице, опять же. Либо вдруг в отпуск все уехали, либо что‑то затеяли.
– "Берсеркеры"? – попробовал Олег слово на вкус. – С одной стороны, клан малочисленный, с другой… там все высокоуровневые, новичков не берут. Наверное, идеальный вариант для небольшой операции. У них же, вроде, Альмагеус глава?
– Да. Альмагеус, будь он не ладен.
– Пересекался с ним пару раз. Ладно, напрошусь на встречу, надо только повод придумать, порасспрашиваю, а потом и поглядим, может, на кое‑кого из них наружку повесим. Если это они, то и на место выйдем, а там уж прочешем каждый метр. По крайней мере, других вариантов найти Ключ Отца я не вижу.
Интересно, Навуходоносор забыл уже, что они пришли дать урок ликбеза молодому неофиту или все это говорится лично для моих ушей? Ведет ли Олег игру в открытую или приберег пару козырей? Надо с этим определяться, прямо здесь и прямо сейчас.
Будем заниматься не свойственным занятием, рассуждать логически. Итак, могут ли "миротворцы" в итоге оказаться мне недоброжелателями? Пока все говорит об обратном. Значит, сюда плюсик. Второй момент, выгодно ли мне, чтобы именно они нашли Ключ? Моему жлобскому величеству, которое хочет все грести под себя, естественно, нет. С другой стороны, если незнакомые мне "берсеркеры" доберутся до артефакта, то он окажется в руках у админов. В том, что последние и являются заказчиками мероприятия, я даже не сомневался. Кто знает, где лежит Ключ Отца? Только создатели игры, которые, к их сожалению, "Верравию" сейчас и не контролируют.
Получается, что надо выбирать из двух зол. Либо "миротворцы", либо "берсеркеры". Что ж, в таком случае отдаю свой голос за первых. Следовательно, они и должны добраться до артефакта.
– Хло, помнишь наш поход в Ущелье Дрезгов? – нарочито громко спросил я фейру. – Мобы вели себя очень странно, будто кто‑то выгнал их из теснины. Нескольким воинам такое точно не под силу. Сдается мне, что там прошелся катком какой‑то клан. Только вот зачем высокоуровневым игрокам таскаться в локацию, где мобы не выше тридцатого уровня? Будто бы там есть что‑то еще, правда?
"Миротворцы" ловили каждое мое слово. Еще бы, выложил им на блюдце великий артефакт главного Бога, точнее Отца всех Богов. Конечно, при других обстоятельствах нужно было брать его самому. Но как? Одиннадцатый уровень недавно поднял, меня любой ПКшер при желании может запинать в открытой локации, поэтому и необходимо либо сопровождение нанимать, либо ходить туда, где новички тусуются. Так что цените барский жест.
– Сейчас же подберешь три группы и отправишь в Ущелье, – сказал Навуходоносор.
– Принято, – ответил Вася. – Еще что‑нибудь?
– Еще что‑нибудь? – переспросил Олег.
– Думаю, Хло, мы все с тобой обсудили, надо бы что‑нибудь действительно съестное заказать.
– Расход, – сказал Навуходоносор. И уже вставая, воспользовавшись общей сутолокой, шепнул. – Свяжемся с тобой, что и как. И еще, если нормально хочешь поесть, закажи пииту. Только не спрашивай, что это.
"Миротворцы" покинули "Пьяную Сову", которая потихоньку начала заполняться. Значит, надо тоже скоро уходить, только посидеть для приличия минут десять. Не дурак же, смотрел всякие шпионские фильмы.
– Милейший, – тут я, конечно, покривил душой. Милейшим бы его не назвала даже родная мать. – Можно мне пииту?
Пузатый драман кивнул, что означало – заказ принят. А я полез в мешок и вытащил прихваченную у Светы книженцию "Артефакты Отца". Где‑то здесь была страничка про ключ. Ну же, а вот…
"…И заперся Отец на три дня и три ночи в Небесной Кузне. И работал не покладая рук: свистели раздувающиеся меха, стучал о наковальню молот, шипела от раскаленного железа вода. А когда вышел, то держал в руках ни меч, ни палицу, ни топор. Маленький ключ умещался в его ладони…" 
Я пробежал по диагонали. Нет, сказки чукотских народов это, конечно, хорошо и познавательно, но для маленьких детей. Меня же интересовали конкретные вещи.
"…Ключ, созданный Отцом, позволяет отворять любые двери, как осязаемые, так и лишь начертанные в сумраке иллюзий". 
Развели муть. Нет чтобы сказать: "Ключ подходит для дверей типа А и Б (смотреть на рисунке 1 и 2). Категорически нельзя использовать для дверей типа В". Нет же, "сумрак иллюзий", мать его. Что это такое? Лок намекал, что с помощью ключа можно отворить проход из Храма Вечного Упокоения….
Я похолодел от своей догадки. Так вот, что хотят сделать админы. Они лишились власти над "Верравией", потому что система создала свой, исключительный баланс, в который они не вписывались. И чтобы расшатать хрупкое равновесие, в мир необходимо выпустить Богов. Даже не обязательно всех, допустим, одного Светлого или Темного. Это уже будет серьезный перекос в любую из сторон. Система будет дестабилизирована, и вуаля, контроль возвращен. Наверное… Тут очень много "наверное" и "скорее всего", но зерно есть.
Что до меня, то никаких плюсов от освобождения Темных или Светлых Богов человеческой шкурке по имени Крил не будет. Опять начнется какая‑нибудь священная религиозная война, в которой игроки станут разменной монетой. Да черт с геймерами, респаун с ними, что со мной будет?
Я вытер вспотевший лоб. Нет, надо найти Ключ Отца раньше "Берсеркеров". Мало того обнаружить, необходимо потом его еще надежно спрятать. Так, чтобы никто больше не увидел. Блин, как говорил дядя Федор, чтобы что‑то купить, надо сначала что‑то продать. Сижу тут, делю шкуру неубитого медведя. Лучше бы артефакт нашел… Сомневаюсь, что он просто так лежит на самом дне Ущелья. Я перелистнул страницу.
"В сердце древнего острова есть дверь в покои Отца. Их охраняют три стража: Страж Огня, Страж Воды и Страж Сумрака. В то место легко попасть, но нелегко вернуться". 
Получено уникальное задание "Ключ Отца". Принять задание (да/нет). 
Надо же, когда первый раз читал, квест не высветился. Это получается, его надо осознанно искать, что ли? Ну попробуем, надеюсь, если Олег ключ найдет, мне зачтется. Итак, да.
Вы уверены, что хотите принять смертельно опасное задание "Ключ Отца"? 
Дита, что за истерика? У меня тут каждый день смертельно опасный. Сказал же, да.
– Ваша пиита, – на тарелке весело расплескивалась бурая масса. Уж не прикололся ли надо мной Олег?
Я отложил книгу в сторону. Как там мне мама говорила… Чтение во время еды снижает остроту зрения. Не могла привыкнуть, что у нее дома Цезарь растет. Как ты там теперь, мамуля, поди, места себе не находишь после моего исчезновения?
Из меланхоличной ностальгии меня вывел голос Хло.
– Грязная еда, – кивнул он в сторону моей тарелки.
Ой, чья бы корова мычала. У тебя она, конечно, экологически чистая, только через неделю такой жратвы кони двинешь. А уж про сурму – кислое вино с васаби, нет, васаби, немного разбавленное кислым вином, – уж молчу.
Я зачерпнул ложку, подозрительно посмотрел на местный крем‑суп и отправил содержимое в рот. Да иди ты в баню, Хло! Ложка в моих руках заработала быстрее, чем пропеллер у истребителя. Ох, спасибо Олег, двадцать очков тебе в карму, кажется, у меня новое любимое блюдо.
– Грязная еда, – повторил фейра.
Вот зануда. Знаешь, Хло, когда ты молчал в тряпочку, то нравился мне больше. Хотя чего я удивляюсь? Молчание, оно в принципе залог крепких и хороших отношений. Причем, пол тут значения не имеет.
– Чего ты разворчался? – спросил я нечленораздельно, пытаясь прожевать пииту. – С фига ли она грязная?
– Грязная, – только и кинул Хло.
– Уважаемый, можно вас?… Тут мой друг все заладил, что пиита – грязная пища.
В глазах халдея заплясали веселые огоньки. Он хмыкнул в кулак, стараясь скрыть улыбку и, взяв себя в руки, ответил.
– Глупые предрассудки. Да, пиита готовится из кишок подземных падальщиков, но продукт тщательно вымачивается и маринуется…
Я сплюнул все, что набрал в рот, обратно в тарелку. Схватил кружку с сурмой и сделал два больших глотка, о которых тут же пожалел. Зато мысли о гниющей мертвечине, которую затачивали некие падальщики, отошли на второй план. Вот сказал же Навуходоносор, чтобы не спрашивал – нет, дернул черт.
– Вставай, Хло, хватит жрать свои коренья, – со злорадством сказал я, – фейра не съел и половины.
Я расплатился за дважды испорченный ужин, аккуратно убрал книгу – надо будет полистать перед сном, может, чего еще интересного о Ключе Отца найду – и вышел на улицу. Хло, жуя на ходу, вышел за мной.
По какому‑то необъяснимому чувству я знал, куда надо идти, хотя еще не посмотрел местоположение нового дома на карте. Даже больше, знаний, которые у меня были сейчас, хватило, чтобы понять – особняк расположен в удачном районе как с точки зрения престижа, так и логистики. Жалко, что через неделю его придется сменить.
Народу на улице стало еще меньше, чем днем. Если около "Пьяной Совы" попадался люд, спешащий навстречу, то есть в кабак, то ближе к верхней площади одинокие прохожие стали редкостью. НПС‑ы устало закрывали лавки, а стражники подозрительно косились на нас. Похоже, вымело начисто большую часть народа из столицы, разбрелись по другим городам, где потише да поспокойнее – в жизни не поверю, что Локтр единственное большое поселение. Надо и самому сваливать завтра в Вубру, как советовал Олег. Этим с утра и займусь.
Я остановился возле двухэтажного особняка, толкавшего боками стены своих более роскошных соседей. То что доктор прописал. Вполне крутой вариант для бедного студента и весьма скромненько по местным меркам. Я открыл дверь, а фейра, вбежавший раньше меня, дунул в кулак, и повсюду зажегся свет. Надо тоже научиться всяким простым магическим штучкам. Думаю, вот это умение или самое малое восстановление здоровья мне никак не помешают. Маны, правда, всего двадцать, но это дело наживное. Хочешь не хочешь, а когда‑нибудь Интеллект придется качать.
Про "скромненько" я погорячился. По внутреннему убранству дом напоминал обитель аристократа – резная мебель, громадные шкафы с книгами, камин, который тут же запылал, стоило фейре обратить на него внимание. Я обежал все комнаты, радуясь как ребенок новой игрушке. Само собой, ТАМ я жил в общаге: в одной комнате с придурковатым Григорьевым и вонючим Никитенко. Нет, у родителей была двушка в спальном районе. Но, во‑первых, она была далеко от универа, во‑вторых, хотелось пожить отдельно, так сказать, проверить себя. В‑третьих, раз давали, чего ж теперь, отказываться, что ли? Заплатил символическую плату и заселился.
Поэтому понять мой восторг можно было. После своих родных пенат заселиться в такие хоромы… Спустя пять минут я составил общее представление о новом доме. На первом этаже: гостиная, кабинет, столовая, маленькая кухонька и кладовая; на втором: четыре (четыре!) спальни. Плюс, имелся подвал, из которого тянуло холодом. По Сеньке ли шапка? С другой стороны, я теперь серьезный коммерсант как‑никак, могу себе позволить.
Фейра неожиданно вскинулся, и по его рукам побежали синеватые искры. Видимо, в моем взгляде читался немой вопрос, потому что Хло вместо ответа мотнул головой в сторону двери. Только теперь я заметил снизу тень от фигуры. Блин, неужели все‑таки выследили?
Лук мгновенно оказался в руках. Что ж, посмотрим заодно, какой урон наносят стальные наконечники. Снайперить в помещении не получится, но воевать повоюем. Есть еще надежда, что нанятые "миротворцами" люди сейчас следят за домом и придут на помощь.
Еще мгновение, и в дверь забарабанили. Настойчиво, но негромко. Фуф, отлегло от сердца. Вряд ли убийцы и воры станут стучаться, не вампиры же они недоделанные, что без спроса внутрь войти не могут.
– Привет, – улыбнулась мне Сетта, как только я открыл дверь.
– Привет. А ты как меня нашла?
– Стоило лишь дать Лебуху пару монет и выяснить, какой дом снял Клопдопоппер. Не так сложно.
– Вот ведь жук.
– Не бойся, больше не скажет. У меня Убеждение вкачено. Настоятельно попросила его не трепать языком.
– Спасибо, – не нашелся, что еще сказать я.
– Я чего пришла… – на миг показалось, что Света смутилась, но тут же взяла себя в руки. – Ты помнишь, что желание мне должен?
– Конечно, гусары слово держат.
– Ну, так теперь настала пора расплачиваться за свой длинный язык, гусар.
Света шагнула внутрь и захлопнула за собой дверь.

Дорога на Вубру 

Я проснулся в смятой кровати и огляделся. Не привиделось ли? Нет, постель еще хранила тепло Светы и пахла ее нежным телом. Только подумать. Уж не стал ли я неожиданно для всех акционером "Газпрома"? Потому что мечты сказочным образом начинали сбываться. Мда, не сказал бы, что Света такая страстная, с виду иногда холодная стерва, а на деле оказалась… Жаль, что ушла, но все понимаю – у нее еще реальная жизнь, у меня только эта.
На прикроватном столике нашелся истерзанный клочок бумаги с кривым почерком:
"Пропаду на несколько дней, не теряй. Неотложные дела. Ты лучший. Света" 
Двойственное чувство, вроде, и похвалила, но опять ее секреты. Надо будет поговорить об этом, если мы хотим нормальных крепких отношений. Хотя чего‑то не о том думаю, реальному человеку на фиг не нужны наборы нулей и единиц, а сейчас я представляю собой именно это. Часть программного кода, не больше.
Я оделся, спустился вниз и застал фейру, терпеливо ожидающим в одном из кресел. Заметив меня, верный Хлотико встрепенулся.
– Пожевать бы чего‑нибудь, – предложил я фейре. – Какие тут поблизости забегаловки?
– Могу приготовить, – предложил фейра. – Внизу продукты.
Ага, и есть мы опять будем траву и коренья. Нет, Хло, спасибо. Хотя идея с продуктами интересная. Тем более, подвал я не обследовал.
Спускаться пришлось долго, и чем дальше я шел, тем становилось холоднее. Понятно, это своего рода ледник‑погреб. Еще бы – холодильников же тут нет.
– Подсвети, – приказал я фейре.
С худых пальцев Хло соскользнули пляшущие огоньки, и взмыв под потолок, там и повисли. Конечно, не электрическая люстра, но теперь хоть появилась возможность оглядеть подземные владения.
Ледник оказался много больше, чем можно было предположить. По моим подсчетам, он занимал половину дома, остальная площадь отводилась под кладовые с крупой и фруктами. Интересно, почему Лебух не зажал мне продукты? Хотя, скорее, это точно вошло в стоимость.
Так, что день текущий нам сготовит?
Если без особых изысков, то можно сварганить студенческий завтрак. Я взял корзину с яйцами. Они, правда, чуть крупнее куриных, но за неимением лучшего… добавил к ним пару полосок бекона или кусков похожих на бекон. Потом на всякий случай понюхал – вроде, мясо. Нашел мешок с сухарями, обычного хлеба здесь не водилось. Что ж, теперь пора подниматься наверх.
Кухня оказалась маленькой даже с точки зрения человека, хотя судя по высоким столешницам и задранным к потолку шкафам, создавалась под драманов. Оно, конечно, понятно, что у хозяина такого дома должна быть прислуга, но той тоже как‑то надо здесь помещаться. Недоработали создатели, сослались на "проблемы негра в белом Техасском штате" и попросту прилепили помещение к дому.
– Хло, очаг разожги.
С пальцев фейры прыгнуло пламя и охватило сухие поленья. Потянуло хвойным духом и дымом, я повернул вытяжку на трубе наверх, стало полегче. Поставил сковороду на некое подобие то ли печи, то ли плиты с открытыми конфорками и стал дежурить по столовой. Масло не захватил, но ничего, главное раскалить хорошенько.
Подождав несколько минут, бросил бекон на раскаленную поверхность. Жирок зашкварчал, зашипел, медленно растекаясь по сковороде. Фейра плотоядно облизнулся. Чего оживился, дитя леса? Это тебе не листья с ветками. Я разбил шесть яиц, посмотрел на голодного телохранителя и добавил еще два. Ну вот, быстро и вкусно.
Открыта профессия Повар. 
Открыта квалификация Жарщик. 
Нерусь какая – жарщик. Придумали же. Но вообще профессия очень нужная в долгих походах, которые, сдается мне, не за горами. Надо будет еще открыть Варщика, Пассировщика и Духовщика.
– Хло, ты с помощью магии посуду помыть сможешь?
Фейра не понял вопроса, пришлось повторить. Лишь только тогда телохранитель отрицательно помотал головой.
– Ничего не поделаешь, будем есть со сковородки. Негоже жрецу Лока посуду намывать.
Я снял сковороду с огня и отнес в столовую. Жирно, конечно, нам тут вдвоем с фейрой, но чутье мне подсказывало, что в будущем к нам присоединится Света. Пока же чисто в холостяцкой компании, мы сдвинули стулья к краю стола и уселись рядом. Точнее фейра встал на колени, чтобы хоть как‑то достать до сковородки, чем утратил последние остатки грозного вида боевого мага, превратившись в мимимишное подобие гоблина.
– Ну как?
Вместо ответа Хло одобрительно кивнул. Еще бы тебе не понравилось, мой неискушенный мясом друг.
Закончив с трапезой, фейра после долгих уговоров отправился в магазин, там сейчас как раз должна была быть самая торговля, а я зашагал к "Первому Имперскому Банку". Не надо, чтобы нас с Хло лишний раз видели вместе. Примелькаемся.
– Добрый день, господин… Одиссей.
Одиссей? Серьезно? Нет, это всяко лучше Клопдопоппера, но назваться правителем острова Итаки, конечно, круто. Все‑таки чувство юмора у Лока явно гипертрофированное.
– Я бы хотел открыть накопительный счет.
Вот тут и хапнул бюрократии до краев. Пришлось заполнять уйму бумажек, разрешений, выданных самому же себе, расписываться в бланках. К ближайшим окошкам подходили и отходили игроки, а я все писал и расписывался, расписывался и писал. Когда уже казалось, что этой грустной саге нет конца и края, клерк улыбнулся.
– Ваш счет готов, господин Одиссей. Желаете ли сделать доверенность на нескольких лиц?
А это идея… Хло, это без вариантов, преданнее только собака. Кто еще? Желательно назначить того, кто будет разбираться с моими ежедневными вливаниями. Шейрух? Нет, он в первую очередь подчиняется Тертилу, а потом уже мне. Не приведи господь, поругаюсь с контрабандистами, так все мои деньги уйдут. Тогда Кобелюга. Решено.
– Все готово, ваши документы.
Я послушно приложил книгу к бумажкам, и они исчезли, зато листов в моем походном журнале прибавилось. Позади уже напирал какой‑то нетерпеливый геймер, заметивший, что окошко освободилось. Все, все, ухожу.
А Хло тем временем опять отчебучил. Я сказал ему ждать в лавке, так фейра и встал ровно посреди магазина, мешая покупателям, отчего последние ругались, а мой телохранитель терпеливо получал злобные тычки и затрещины. Поманил компаньона пальцем и под видом требовательного клиента оттащил Кобелюгу в сторону, оставив Шейруха наедине со спросом на верравийскую броню. Серега про банк понял с первого раза и поспешил вернуться к покупателям. Что ж, хорошо, что бизнес идет в гору.
Я осмотрел еще раз и вышел.

Не зря говорят, ты можешь уехать из деревни, но деревня из тебя не уедет никогда. Так, наверное, и про скупердяйство. Если никогда богато не жил, а старался при каждом удобном случае свою копеечку сэкономить, то даже разбогатев, будешь несколько раз думать, прежде чем потратиться. Зачастую к экономии это не имеет никакого отношения, скорее, к жлобству. Вот я тому яркое подтверждение.
Где была моя голова, когда я покупал у картографа информацию о местоположении Вубры? С одной стороны, одна только маленькая точка на карте с названием деревни уже обошлась почти в десять золотых. А вот весь путь, с каждой кочкой и поворотом… В общем, не поднялась у меня рука потратить последние деньги.
С другой стороны, картографа тоже можно понять. К нему не каждый день заходят – игроки норовят сами все исследовать, в этом и кайф, но цены все‑таки могли быть более реалистичными.
Подобное произошло и с лошадью. Рядовой небоевой маунт стоил двести золотых, закованный в броню и затаптывающий врагов копытами – восемь сотен, ну и до бесконечности. Чем круче, тем выше ценник.
Поэтому и бежали мы бодрой рысью больше половины дня с фейрой в одном отряде. Согласитесь, для кандидата в верховные жрецы Бога Лени само по себе кощунство. Пришлось оправдывать себя тем, что по пути можно будет набить опыта, прокачать боевые таланты. Что, кстати, и происходило.
– Хло, на пять часов!
Воздух вокруг фейры окрасился зеленоватыми тонами, и белошерстый Зубогрыз стал замедляться. Щас мы его: раз, два, три. Следующую стрелу я доставал быстрее, чем предыдущая находила цель, но надо было еще натянуть тетиву, прицелиться…
Получен талант Скорострельность, уровень 10. 
Открыт талант Кровотечение. 
Получен талант Изъян, уровень 2. 
Вы убили Испуганного Зубогрыза. Получено 11230 очков Опыта. 
Внимание! Достигнут четырнадцатый уровень. 
Не было ни гроша, да вдруг алтын! Я подошел к тушке зайца‑переростка. Видал этого "Испуганного Зубогрыза" в деле. Тварь каким‑то образом соотносила силу противника – от нас с Хло псевдозайцы удирали так, что только лапы сверкали, если бы не способность телохранителя Замедление, так бы и не набил я на них три уровня, а вот на слабых игроков нападали сами. Еще бы: мощные лапы и два острых длинных резца.
– Хло, по сторонам смотри.
Я достал книгу. Изъян я открыл еще вчера. Интересный талант, чем он выше, тем больше вероятность найти болевую точку противника. На твои криты это не влияет, а вот на снижение скорости и урон оппонента – сколько угодно. Привязан Изъян, как нетрудно догадаться, к Меткости.
Кровотечение. Повышает шанс нанести кровоточащую рану врагу, которая отнимает жизнь длительное время (текущее время 7 секунд). 
Ловкость – Сноровка – Кровотечение. 
Очень хорошо. Кровотечение я сильно не раскачаю, у меня Сноровка на тройке, а Изъян уже в потолок уперся. Надо думать, куда вкладываться. В принципе, уже после вчерашней охоты у меня свободно шесть очков способностей. Ладно, война план покажет, я сначала должен до деревни добраться. Где там карта?
Сначала открылся кусок изображения Тойрина. Вернее, большая часть была залита черной тушью, но внизу горели три кружочка – Файвора, Локтр и Вубра. Причем если первая точечка прижималась практически вплотную к столице, то к Вубре шел довольно длинный открытый кусок. Только тут я прикинул размеры острова – он же просто огромный! Три точки расположены на одном квадратном сантиметре, а вот в центре пробуравлено серое пятнышко и курсивом написано – Ущелье Дрезгов. Это ж сколько бы мне пришлось туда топать, если идти самому?
Ладно, я перелистнул страницу – теперь изображение стало больше, и Файвора обиженно отстранилась от Локтра. Мы находимся здесь, а Вубра примерно тут. Всего ничего осталось.
– Потопали, Хло.
Но фейра напряг свои длинные худые пальцы, на концах которых искрились крошечные молнии. Я развернулся – из кустов виднелось несколько пушистых милых хвостиков.
– Хло, будь человеком, не мешай Зубогрызам личную жизнь устраивать. А то, не дай бог, доберутся эти неудовлетворенные до тебя. Не убьют, так… зацелуют.
Я собрался идти в сторону дороги. Чего тут еще делать? Уровень поднял, чтобы достигнуть следующего, надо туеву хучу Зубогрызов набить, а меня от их зубастых морд тошнит уже. Причем, как я понял, респаун у них примерно такой же, как и либидо – то бишь бешеный. Вычищать псевдозайцев – как воевать с ветряными мельницами.
Но фейра упрямо оставался на месте. Я хотел уже было потянуть его за руку, а еще лучше за большие и пока что целые уши, но со стороны чащи раздался громкий крик, и вновь все смолкло. Знакомый и одновременно чужой звук. Вернее, я не знал, кому принадлежит голос, но слышал подобное несколько раз – когда умирали игроки.
Так вот в чем дело! Зубогрызы зажали какого‑то новичка и не дают ему воскреснуть. Вот ведь падаль кроличья!
– Хло, кастуй замедление на ближнего!
Стрела полетела быстрее, чем легло заклинание. Однако пара кровавых морд, высунувшихся из‑за кустов, никак не собиралась отступать.
Голова работала точно не в ту сторону. Вместо плана спасения, вспомнилась старая советская песня: "В темно‑синем лесу, где трепещут осины, где с дубов‑колдунов опадает листва. На поляне, в траве, зайцы что‑то точили…".
– Тормозим и добиваем того! Потом…
Мой испуганный мозг еще не смог придумать, что потом, хотя руки на автомате вкладывали стрелы в тетиву. Выстрел, еще, еще. Но зубогрызы приближались быстрее, чем мы атаковали. Еще мгновение, и острые резцы впились в фиолетовый защитный щит. Значит, Хло бросил замедление. Оно и понятно – глупо лупить цель вдалеке, когда тебя рубят на куски в ближнем бою.
Итак, две новости – хорошая и плохая. Хорошая – я сменил цель и снимал хитпоинты тому недокролику, что был справа. Плохая – защитный щит у фейры секунд на тридцать, не больше, а к нам скакал третий представитель обложки "Плейбоя", и вид у него был очень разозленный.
Вы убили Испуганного Зубогрыза. Получено 9386 очков Опыта. 
Я все‑таки успел вывести из боя одного, прежде чем щит пропал. Острые зубы одновременно впились в меня, заставляя сойти с ума от боли. Задним умом понял, что опыта дали меньше. Это потому что повысился.
Ослепительный белый свет заставил зажмуриться. "Лунная скорбь" заклинание разовое, можно использовать не чаще, чем раз в день. Зубогрызы поднимались на лапы метрах в пяти от меня, отброшенные мощным боевым заклятием, которое лишь слегка зацепило здоровье, но это и было нужно, короткая передышка. Получи, крольчак, гранату. Две стрелы одновременно воткнулись в голову псевдозайца, опрокидывая того на землю.
Вы убили Испуганного Зубогрыза. Получено 9386 очков Опыта. 
– Ааа! – боль вновь пронзила тело. Хотелось вонзить острый наконечник лука в эту проклятую белую шкуру, пропахшую землей, листвой и продуктами жизнедеятельности, но рука повисла безжизненной плетью. Похоже, эта сволочь плечо повредила. Бам! И я уже на земле.
Хищная окровавленная морда на секунду оторвалась от поедания и замерла надо мной. После такого взгляда, любой пацифист‑вегетарианец ратовал бы за убийство и расчленение самым жестоким способом всех зайцеобразных. Но хуже другое – я понял, что не успеет Хло добить этого засранца. Тот включил какой‑то баф, вроде моего таланта Кровотечение, и теперь последние остатки жизни спешно покидали меня. Телохранителю остается либо вложиться в дамаг, либо хилить. А для меня и тот, и другой вариант смертельны.
Мое тело осыпали синие искры – так и есть, Хло, заметив, как жизни его хозяина угрожает опасность, резко переключился с боевой магии на лечилку. Ну теперь нам обоим кранты. Остается только ждать, когда у фейры кончится мана.
Вокруг Зубогрыза стало образовываться темное облако. Это что еще за черт? Псевдозайцы еще и колдуны? Нет, судя по всему, крольчатина сам не в восторге от черного тумана. На его коже вскрылись мелкие язвы, становясь все больше и больше. Фу, слезь с меня сифозный!
Я успел кувыркнуться, прежде чем Зубогрыз свалился в конвульсиях на землю. Он еще был жив, но не надо было быть гадалкой, чтобы предсказать судьбу псевдозайца. Туман, который все плотнее окутывал тушку кролика‑переростка, тянулся тонкой полоской к окровавленной девушке в тонком черном одеянии с размалеванным лицом. Одно из двух: она либо поклонница рок группы "Kiss", либо какая‑то непослушная послушница темных Богов, за каким‑то чертом сюда забредшая.
Получено звание "Спаситель". 
Звание? Это что за зверь еще такой? Лишь силой воли я сдержался, чтобы не полезть окровавленными пальцами за книжкой. Впрочем, может, еще и потому, что правая рука до сих пор отказывалась слушаться.
Хло спешно восстанавливал мое здоровье, готовый, резко переключиться на боевую ветку. Хилер из него был слабенький, вернее, так, половинка на четвертинку, но фейра не вкачивался специально в лекаря, поэтому тратил много маны. Рука неожиданно обрела подвижность, а раны резко затянулись. А, так теперь и новая знакомая решила помочь.
– Себя восстанови, а то снова умрешь.
Девушка в робе, причем весьма симпатичная девушка, несмотря на боевую раскраску, кивнула, а я все разглядывал ее. Необычная. Не сказать чтобы интересная – внешность по‑любому созданная, не натуральная, как у Сетты, но вот движения… Будто резко толстуха похудела и еще не научилась управлять своим тощим телом. Все действия незнакомки были рубленные, неловкие. Я присмотрелся и чуть по лбу себя не хлопнул. Как раньше не заметил?! Она человек! Визард‑человек.
– Ты кто? – первое, что вырвалось у меня.
– Фиалка.
– Кр… Одиссей.
– Забавный ник. Это же что‑то из Кончаловского?
Ясно, Фиалка, книжки ты не читаешь, но хоть режиссеров некоторых знаешь. И то неплохо.
– Из него самого. Но я про другое. Ты кто? – я изобразил руками движение, после которого Фиалка окутала Зубогрыза черным туманом.
– А, это "Петля Берел". Я, как ты понял, послушница Берел, Богини Безумия. Ты же знаешь Богиню Безумия?
Ага, блин, лично. Каждую субботу вместе чаек пьем. Вот ведь разошлась, ей надо к Богине Болтовни, а не Безумия. Хотя с Локом, между прочим одним из двенадцати Перворожденных, я на короткой ноге. Но ей, само собой, об этом знать необязательно.
– Слышал. Как ты здесь оказалась?
– Я шла по лесу. Вообще я обычно хожу по дороге, никуда не сворачиваю, но тут этот Зубогрыз. Ты знаешь, у них очень нежное мясо. А мне как раз нужно было сшить мясной костюм…
– Чего сшить?
– Мясной костюм. Как же я приду на встречу послушников без мясного костюма? Остальные еще подумают, что я не почитаю Берел. С этим строго. Вот в прошлый раз Хьюго пришел в облаченье скомороха, так ведь это не сходка шутов, а…
– Вдохни, а то воздух кончается, – прервал ее я. Да, Фиалка слишком долго молчала. – Ты давай по существу.
– А я что говорю? Увидела Зубогрыза. А у меня как раз для такого случая "Петля Берел" припасена. Только там ограничение по расстоянию, нужно не дальше двадцати метров. Ну и маны жрет немерено. Это хорошо, что я все в интеллект вкачала, а то вот случай был.
– А что с Зубогрызом? – Устало махнул я рукой фейре, выруливая на тропинку. Фиалка шагала за мной и трещала без умолку.
– А их там трое было. С одним‑то я бы точно разобралась, но трое. Тем более тот, которого почти кикнула, рассвирепел. Ты знал, что когда у них жизнь в красную полоску уходит, то урон увеличивается? Хотя это у многих так.
– Фиалка, спасибо, я понял. – Интересно, как перевести эту атомную энергию в мирное русло? Хоть о политике бери и разговаривай. Или… – Слушай, а почему ты выбрала человека?
– А кого мне выбирать? – вопрос так удивил девушку, что обошлось без словоблудия.
– Я к тому, что если играть за визарда, то лучше подходит раса фейр. У них базовая сопротивляемость магии, к тому же после каждого уровня автоматом повышается Интеллект.
– Но они же такие… несуразные. – Фиалка посмотрела на Хло и тут же добавила, – не обижайся, малыш. Но действительно, ты видел фильм Гремлины? Ну, в котором был такой пушистый хомячок, но если на него попадала вода, то появлялись дурацкие противные братья? Помню, посмотрела первый раз этот фильм лет двадцать назад…
"Сколько же тебе сейчас?" – подумал я, но вслух сказал другое.
– Так дело не в физической привлекательности, а рациональности. Выносливость вместо Интеллекта, так себе придумка.
– Зря ты так, Выносливость очень важна. Да, чем выше Интеллект, тем быстрее кастуется заклинание, но при большой Выносливости медленнее расходуется мана. Так что в конечном итоге любому визарду, если он чего‑нибудь хочет достичь, придется вкладываться в Выносливость. У меня вот Сила всего на пятерке, зачем мне она с моей расовой способностью к переноске, а вот Ловкость вообще на нуле.
Это и заметно. Пока шли, Фиалка постоянно спотыкалась, а пару раз даже растянулась на дороге, захрустев позвонками так, что я вздрогнул. Не знаю, может, она и в жизни маленький грациозный бегемот, или дает о себе знать нулевой уровень Ловкости, но, сдается мне, умирает послушница Берел частенько.
– Я вообще тоже думала завести себе зверушку, – переключились Фиалка на фейру. Хло от негодования икнул, а я лишь усмехнулся. Ничего, терпи все тяготы и лишения военной службы. Негоже, чтобы твой начальник страдал от полоумной спасенной тетеньки неопределенного возраста с веселой колонией тараканов в голове. Принимай удар на себя. – Но все определиться не могу. После последнего обновления столько всего появилось. Вот, к примеру…
Все‑таки с женщинами надо разговаривать. Хоть изредка, хоть по чуть‑чуть, пускай это не всегда интересно, но усилие над собой делать нужно обязательно. Вот чего сейчас стоило Хло сказать ей несколько слов, увести разговор в другое русло? Ничего. Вместо этого телохранитель, судя по меняющим цвет ушам, злился, но продолжал молчать. Надеюсь, у моего фейры достаточно терпения, в противном случае Фиалка не дойдет до деревни живой.
К сожалению, тест на стойкость Хло не прошел. Он не опробовал на нашей новой знакомой все скилы лесного народа и убойные заклинания боевой магии. Дорога вильнула несколько раз, и лес расступился, открыв нашему взору самую необычную деревеньку, которую я видел в жизни.
Нет, в общих чертах все стандартно: дома, плетни, колодцы, жители (большей частью драманы), но с дальней от нас стороны, вплотную примыкавшей к лесу, выросла громадным великаном толстая каменная стена с четырьмя квадратными башнями. На каждой из них темнела небольшая заряженная баллиста и пяток лучников, сгрудившихся вокруг жаровни. Еще с десяток НПС патрулировали стену. Этот исполин мощно возвышался над лесом и внезапно обрывался на опушке. По‑моему, я определил, с какой стороны здесь нападают на деревню.
Вы прибыли в Вубру 
Осмотреться и подумать, что к чему, я не успел. Фиалка, как ужаленная, схватила меня за руку и потянула за собой.
– Ты куда?
– Как куда? К старосте Эрбину. Надо взять задание на аргримов. Давай быстрее, не видишь, уже рейд‑группа набирается?
Я всмотрелся в толпу игроков. Веселые ребята, от девятого до пятнадцатого уровня. Человек сорок. Неужели тут нужны такие большие рейды? На крохотном помосте над ними стоял старик‑полукровка (надо же, начинаю их определять) и за что‑то агитировал. Видимо, это и есть Эрбин. Что ж, привет, старик, погоди начинать. Какая же великая битва без Одиссея?!

Путь мира 

– Проваливай! – Эрбин смотрел на меня так, словно я обесчестил его дочь, а потом по рекомендации устроил ее работать в "Макдональдс".
– Задолбал ты, уважаемый, квест дай, и уйду, – на меня уже поглядывали другие игроки, что само по себе не было гуд.
– Проваливай, неверный, – староста продолжал смотреть на меня, как Ленин на буржуазию. – Лишь достойные смогут сражаться с аргримами, а не отступники, покарай тебя Огулис.
Огулис? Так вот откуда ноги растут у этой необоснованной неприязни. Я уж думаю, чего ник Эрбина – коротышки, если сравнивать его с драманами, – подсвечивается красным. Помнится, как‑то не сложилось у меня с Богом Хаоса, после того как убили его последователя в Файворе. С другой стороны, сам виноват – чаем не попоил, баню не истопил, сразу стал за Огулиса агитировать. А ведь с религиозной вербовкой всегда деликатность нужна. Это он может у любого сектанта спросить. Когда воскреснет.
Я стал пролистывать книгу, где‑то здесь должны быть пометки о том инциденте. О, вот.
Отношения с религиозными фракциями: 
Темные Боги ‑10 

Отношения с последователями Богов: 
Огулис ‑20 

Блин, блин, блин! И ведь должен был оказаться староста, раздающий квест, именно последователем Огулиса. Везет как утопленнику. И с рейдом я пролетел, как ДСП над старым французским городом.
Ладно, а что там с таинственным званием Спаситель? Я открыл страницу с данными персонажа.
Звания: Спаситель. 
Вы добрый и справедливый человек. Вы не оставите нуждающегося в беде, а слабому всегда протянете руку помощи. 
Отношения с альянсами‑протагонистами улучшаются до следующего уровня. Отношения с альянсами‑антагонистами ухудшаются до следующего уровня. 
Альянсы‑антагонисты? Это кто же, интересно? Уж не контрабандисты ли мои любимые? Я перескочил на несколько строчек вниз.
Репутация у альянса контрабандистов: Знакомый незнакомец (скидка на покупку незаконного товара 5 %) 
А что меня не спросили, хочу ли я быть Спасителем? Где умения ходить по воде и превращать подручную жидкость в вино. И за репу с контрабандистами обидно, сначала уровень Сетте слил, потом эта фиговина еще.
– Слушай, такое дело, тут уже все выдвигаются, – прервала мои размышления Фиалка. – Нет, если ты хочешь, я останусь. Через часа два еще группа наберется. Конечно, там не будет таких танков, ты видел, вот драманы стоят? У нескольких редкая броня, денег стоит – жуть. Хотя с другой стороны, может, и будут. Я вот…
– Иди, иди. Я что‑нибудь придумаю.
Во‑первых, совесть бы мне не позволила не отпустить Фиалку в рейд. Да и кто я такой: муж, сват, брат? Ну да, помог ей выбраться из цепких похотливых лап Зубогрызов, так что ей теперь, отдаться мне и быть верной до скончания веков? Во‑вторых, я бы сам не вынес общества, несомненно, прекрасной, но слегка прибабахнутой на голову говорливой девушки. В‑третьих, плевал я на Темных Богов с высокой колокольни. Я жрец, без пяти минут Высший, самого интересного Перворожденного, какого можно было придумать. Да, не могущественного и сильного, но явно не самого глупого и сумасшедшего.
Хотя орда геймеров, голосящих и переговаривающихся, как дети на утреннике, завораживала. Конечно, на мой взгляд, рейд был подобран крайне неудачно – несыгранные между собой новички, половина из которых сольется в первые минуты. Но вполне могут взять количеством. Почти полсотни набралось.
Я на должном расстоянии последовал за ними. Непись на стенах недовольно смотрела на меня – может, заметили, что я не в рейде, или тоже были против отступников от Темных Богов, однако не трогали. Я сделал морду кирпичом, стараясь не обращать внимания на охрану, и шел за группой.
Лес призывно шумел листвой, трещал ветками и кричал голосами птиц. Он противился игрокам, хмурился и следил за каждым их шагом. Плохо, очень плохо. Широкая вытоптанная дорога начала постепенно сужаться, превратившись в выщербленную торчащими из земли острыми камнями и сучьями. Рейд‑группа вытягивалась, как шар, наполненный водой мальчишкой‑хулиганом и поджидающий зазевавшихся прохожих. Что‑то мне это совсем уже не нравится.
Далеко рухнуло нечто большое и тяжелое, засверкали заклинания, залязгало оружие, запели тетивы. Хм, а мне что делать? Ввязываться в драку? Зачем? Прийти на помощь Фиалке – других я там не знаю? Ага, и опять Спасителя себе качнуть ненароком, чтобы с контрабандистами в минуса уйти. Нет уж, спасибо, накушались. Да и погибнет разок, ничего страшного, у послушницы Берел к этому иммунитет скоро выработается. Тем более меня в рейд не взяли, задание не висит. Не моя война, извиняйте, ребята.
Хло, точно уловил настрой, легонько потянул в сторону. Обратно в деревню хочешь? Но нет, фейра потащил меня через колючие кусты, нисколько не заботясь о моей сохранности, лишь по известному одному ему пути.
– Стой! Стой! Ну ты, блин, Сусанин, тормози.
Примерно с седьмого или восьмого раза Хло послушался. Встал как вкопанный, в результате чего я на полном ходу налетел на фейру и повалил на землю.
– Чтоб тебе пусто было. Куда ты меня привел?
Я огляделся. Лес как лес, вот только странный. Здесь все было по‑другому, точно мы внезапно оказались за несколько километров от сутолоки сражения. Здесь не пели птицы, не шуршала на ветру листва, не трещали ветки под копытами диких животных, однако тишина лишь казалась обманчивой. Явственно ощущалось чье‑то могучее невидимое присутствие, от которого сердце против воли билось быстрее.
– Ты куда меня привел, засранец эдакий? – почему‑то вполголоса спросил я.
– Друзья, – улыбнулся фейра. – Там люди, драманы. Плохие. Тут друзья.
Вот никогда не был сторонником пыток и телесных наказаний, но сейчас появилось желание сделать с телохранителем что‑нибудь эдакое. Притащил неведомо куда, теперь мне за дружбу речи задвигает.
Гибкие ветки куста, сквозь который мы продрались сюда, внезапно оплели конечности и без особых усилий оторвали от земли. Хло, гад ты, чего стоишь? Руби, колоти, делай хоть что‑нибудь? Но фейра, хоть и перестал так широко улыбаться, стоял с самым невозмутимым видом. Вот ведь я конь педальный. Надо было сразу насторожиться, что у меня бодигард всю дорогу такой покладистый и послушный, с самого первого дня. Так он просто хотел притащить меня к своим… друзьям. А как выдалась возможность…
– Чело…век, – громыхнуло то ли сверху, то ли снизу. Звук был такой мощный, мясистый, оглушающий и такой обезоруживающий, что дурные мысли мигом покинули голову. – Враг.
– Друг, – подал голос фейра.
Я обомлел. Хло разговаривал с высоченным толстым деревом. Живым деревом. То едва заметно двигалось, скрипело‑кряхтело, но издавало слова. Ну‑ка.
Старый аргрим, уровень 146, Способности скрыты. 
Ой, как‑то по‑другому я представлял местных энтов. Где же руки, ноги, глаза, на худой конец. Не читали создатели Толкина что ли?
– Друг? – застонало удивленно дерево. Говорил аргрим медленно, растягивая слова, что несколько подбешивало. Однако не в моем случае было делать замечания. – Многие века вы приходите в Шипастый Лес… Многие века вы пытаетесь убить нас… Многие века…
– Уважаемый, – если его не перебить, то этот монолог действительно затянется на века, а у меня столько времени нет. – Хау, я пришел с миром, и все такое. Я не собирался вас убивать, – "потому что хрен бы смог", – я не участвовал в общем сражении, я пришел… помочь.
Конечно, меня несло хлеще, чем Остапа Бендера. Ну а что делать? Оставаться в этом лесу навечно в качестве приложения к кусту не хотелось. Я еще в жизни не встречал человека, которому не нужна помощь. Люди просто не всегда в этом признаются, пытаясь казаться более сильным, чем есть на самом деле. Ну а уж в игре, тут каждый второй НПС ходит с квестом – "сбегай туда, принеси то", почему деревяхи должны быть исключением?
– Ты говоришь с миром, – задумавшись, выдохнул аргрим. – Человек, который не хочет нам смерти… Интересно.
Он что, чувствует меня, что ли? Или мысли читает? Надеюсь, что не последнее. Правда, оно понятие растяжимое, у каждого своя. Моя в том, что я очень хочу отсюда выбраться.
– Я друг. То есть хочу им стать.
– Ты должен доказать… Должен подтвердить делом… Должен…
Ага, должен выслушать все синонимы, который ты сейчас в течение часа будешь мне тут выдавать. Понял уже – не дурак, был бы дурак – не понял.
– Что надо сделать?
Ветви мгновенно ослабли, и я грохнулся на землю. Свобода, конечно, приятна, но от ее неожиданного проявления точно останутся синяки. Я поднялся на ноги, потирая ушибленное плечо. Давай, деревянненький, просвещай.
– Много лет мы враждуем с жителями деревни… Они вырубают наш дом… мы разрушаем дома и убиваем врагов… Но пора прекратить это… Заключи перемирие, и ты станешь другом аргримов.
Получено уникальное задание "Путь мира". 
Долгое время жители Вубры враждуют с сынами леса – аргримами. Остановите бессмысленную войну и станьте своим в здешних лесах. 
Внимание, при выборе этого задания блокируется квест "Хороший аргрим – мертвый аргрим". (Да/Нет) 
Да, куда деваться. Хоть узнал, что за задание раздавал Эрбин. Кстати, о полукровке, не все так просто. Помнится мне, староста страсть как не любит меня. Соответственно, как‑то надо убедить его, что миру мир, и все дела. Жаль, на пацифиста он не очень похож.
– Мои слова ничего не стоят в деревне. Нужно что‑то, что подкрепит их.
– Ты мудр, человек… И ты прав… Многие годы люди охотятся на нас только ради одного… ради крови аргримов. Возьми ее у меня…
Возьми, блин. Интересно, как? В ладошки, что ли, набрать и бежать скорее в Вубру, пока не расплескал все? Под боком пыхтел Хло. Ну чего ты там еще удумал, бродяга? Я повернулся к фейре и хмыкнул, а может, и подойдет – телохранитель тащил трухлявую колоду с выщербленной сердцевиной. Ну ладно, теперь самое сложное, надо эту кровь извлечь.
Сколько раз себе говорил купить короткий меч или хотя бы кинжал. Вот именно для таких случаев. Сейчас бы ой как пригодился. Ладно, не зря выбирал лук, чтобы и в ближнем бою можно было отмахиваться. Осторожно чиркнул острым краем по дереву, но оставил на нем лишь неглубокий порез. Это чем же мне надо фигачить, чтобы до крови добраться?
– Подожди, человек, щекотно… Давай еще раз…
Не знаю, что там аргрим сделал, но кора стала растягиваться, словно резиновая, пока не превратилась в темно‑коричневую кожу. Я осторожно повторил свои действия, и по рукам заструилась бурая жидкость – вязкая и одурманивающая.
Получена кровь аргрима  .
Для получения сведений необходима профессия Алхимик. 
– Хло, быстрее давай.
Фейра спешно подставил колоду. И вот тут начались чудеса. Едва только кровь первый раз капнула на старое рассохшееся вместилище, как оно впитало драгоценные капли в себя и начало меняться. Труха сыпалась под ноги, оставляя лишь скрытое под всей этой шелухой молодое дерево.
Получена малая чаша аргрима  .
С виду обычная чаша, но что‑то в ней есть… 
Что‑что, кровь редкой группы гигантского деревянного дядьки в ней есть. Руки бережно сжимали гладкие, будто долгими терпеливыми движениями отшлифованные бока чаши. Давно заметил, еще из реальной жизни, приятно смотреть и трогать произведения настоящих мастеров. Пусть и будет это какая‑нибудь безделица, но так филигранно сделана, что глаз не отведешь.
Кожа аргрима опять стала привычно твердой, хотя по ней еще сочился бурый сок. Я взял в руку кусок земли и осторожно прилепил к ране.
– Каждую новую луну… я буду давать жителям деревни свою кровь… если они заключат мир…
– Ноу проблем, кстати, старый аргрим, как мне тебя называть?
– У аргримов нет имен… Слова – это ветер… Их забывают быстрее, чем опадает листва у вековых дубов.
– Но мне же надо тебя как‑то называть?
– Называй как хочешь, человек… Мне это безразлично…
Может, Пиннокио? Я оглядел могучий ствол, крепкие ветки и поднявшиеся из земли корни – держу пари, он и передвигается еще. Нет, итальянский Буратино сюда не подойдет. Может…
– Рубль, – довольно выдал я.
– Странное слово… Что оно значит?
– В моем мире так называют самого уважаемого деревянного эм… старца.
– Хорошее слово… Если хочешь, человек, можешь звать меня Рубль.
Получен талант Остроумие, уровень 2. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности.  
Интересно, а как Дита просекла фишку про прикол с рублем? Ну да ладно, по большому счету все равно. Погостили, пора и честь знать.
– Тогда я пойду? – решил я на всякий случай не проявлять лишнего рвения. Инициатива, как известно, имеет инициатора.
– Иди, человек… Рубль будет ждать тебя.
Так себе пожелание. Сказал бы лучше, да прибудет с тобой евро. Я торжественно передал Хло чашу с кровью, сняв с себя всякую ответственность, и зашагал обратно.

Квест "Хороший агрим – мертвый агрим" имел своей конечной целью именно то вещество, которое нес в руках Хло. Как я понял, кровь древесных людей была очень редка и ценилась чуть ли не выше адаманта. Вот только в этом и заключалась главная проблема. Входной порог на квест – не выше пятнадцатого уровня. А вот молодые аргримы, на которых шла охота, были не ниже пятидесятого. Отсюда и вся заваруха с большими рейдами.
Говорили, что раньше задание выполняли. Не каждый раз, но все же после нескольких бесплодных попыток древесного гиганта убивали, а кровь разливали по мензуркам. Хватало, чтобы и Эрбину квест сдать, и в столице нажиться. Все бы хорошо, если бы НПС не самообучались.
Теперь редко можно было встретить одинокого аргрима, лесные сыны ходили по двое‑трое, усиливая групповой эффект от дамага и вешая бафы по броне друг на друга. Непись адаптировалась, а вот живые игроки пока нет. Поэтому и получали по самые помидоры каждый день, каждый рейд.
Я осмотрел полуживых израненных бойцов с дебафами на такие сложные переломы, какие и опытный клирик не сразу снимет. Эх, Эрбин, спаситель ты мой. Спасибо огромное тебе и Огулису. О таких недругах, которые твою шкурку берегут, можно только мечтать… Да, немного рейдеров осталось, остальные либо плюнули и ушли в другие локации, либо сразу вышли из игры. Попсихуют, остынут и вернутся. Вот только общей сути это не изменит. Несыгранным низкоуровневым игрокам с несколькими аргримами не справиться.
Староста ходил между бойцами, неслышно бурча что‑то под нос и тяжело вздыхая. Ну что, Кирилл Алексеевич, пора работать с электоратом?
Я открыл книгу. Задолбался слушать от Диты, что не могу повысить интеллектуальные таланты. Итак, три свободных очка навыка. Кину два на Интеллект, итого четыре. Мана уже сорок, можно и за заклинания с фейрой поговорить, но это позже. Сразу на два добиваем еще Красноречие, остается четыре свободных очка способностей. Что ж, уже неплохо, теперь можно блеснуть во всей красе.
– Дамы и господа! Эй, все. Можно минутку внимания!
По одному, по двое игроки неторопливо и устало поворачивали ко мне головы. Большинство не обратили на крикливого лучника никакого внимания, занимаясь своими проблемами, которых после такого побоища хватало. Тогда Хло, не выпуская чаши из рук, засвистел так залихвацки, что у меня заложило уши, будто у подводника при резком погружении. Уж не был ли ты разбойником, господин молчаливый фейра?
– Да, спасибо, спасибо. Игроки, НПС, надеюсь, меня все слышат? В общем, поступило следующее предложение. Рейды на аргримов больше не устраиваем, живем, как учил кот Леопольд, тихо и мирно.
– С дуба рухнул?
– Перекурил, дружише…
– Давайте еще в красную книгу Тойрина их занесем.
Примерно такую реакцию от игроков я и ожидал. Действительно, какой понт им лишаться такого рейда и возможности, хоть и призрачной, но заиметь кровь аргримов. Но вот непись, исконные жители Вубры заинтересовались. Они видели многих геймеров, пережили такие чудовищные нападения, после которых пришлось возводить стены, знали гнев сынов леса в их истинном обличии. НПС слушали меня, и слушали очень внимательно.
– Каждую… каждую новую луну, – пытался перекричать я поднявшийся гвалт, – аргримы будут давать по чаше собственной крови. Добровольно! Если мир будет заключен.
Вот теперь Эрбина пробрало, староста заморгал своими маленькими глазками и забормотал жирными губами едва различимые слова, которые тонули в недовольном гомоне. Я замолчал и поднял руку. Не сразу, но постепенно смолкли и игроки, зло бранясь и бросая отдельные ругательства в мой адрес. Да уж, что называется, почувствуй себя Жириновским.
– Перемирие с аргримами пойдет на пользу всем, игрокам в первую очередь.
И снова геймеры взорвались. Я заметил даже подходящую со стороны стены стражу, уж не решили ли, пока не поздно, тихонько увести в сторону источник всеобщего раздражения? Или наоборот, пришли защитить от народного гнева? Но ничего, мы люди терпеливые. На мой взгляд, ошибка многих политиков – обострять конфликт, пытаясь отстоять свое мнение, хотя можно попросту дождаться, когда градус упадет, и сказать все то же, но уже спокойно.
Терпения для этого понадобилось не мало. В конечном итоге народ, заметив, что я не обращаю никакого внимания на их возмущения, вдруг сам очень захотел говорить с парламентером от аргримов.
– Нам с этого какой понт, а?
– И чего делать будем?
– Ты, может, хоть слово скажешь?
Я вновь поднял руку. Эх, меня бы в Древний Рим, навел бы там порядок. Ну или убили бы меня в первые пять минут. Такой вариант тоже нельзя исключать. В любом случае, как говорят наши российские модельеры, "сделал бы красиво". Что ж, за неимением лучшего пришлось удовлетворяться "Верравией".
– Ответьте лишь на один вопрос: когда в последний раз был убит аргрим?
Такой простой вопрос поставил в тупик почти всех. Нет, возможно, Эрбин и еще несколько местных могли на него ответить, только не торопились, понимая, куда я клоню. Но остальные молчали, поэтому пришлось продолжать.
– Квест "хороший аргрим – мертвый аргрим" очень жирный, очень. Даже с тем условием, что можно собрать на него рейд человек на сто. Правда?
Теперь толпа оживленно загалдела, соглашаясь с моими словами. Я чувствовал себя рыбаком, насадившим жирного червя на крючок и теперь глядящего сквозь прозрачную толщу воды, как крупный карп нарезал круги вокруг приманки.
– Я к тому, что квест стал невыполним. Да, да. Аргримы научились противостоять вам, разработали свою стратегию, которая довольно‑таки успешна.
– Ты предлагаешь нам попросту отказаться от одного из самых заманчивых заданий из‑за того, что сейчас не получилось? – сурово спросил один из самых внушительных танков четырнадцатого уровня.
– Я бы так не говорил, если бы была одна или две осечки. Скажи… Дерден, который раз ты участвуешь в рейде на аргримов?
– Третий, – скрипнув зубами, ответил танк.
– Без комментариев, – развел руками я. – Но там, где закрывается одна дверь, открывается другая.
– Что ты имеешь в виду?
– Мне кажется, что староста может предложить другие задания. Пусть и менее сочные, но как минимум выполнимые. Так Эрбин?
– Что? – полукровка недоуменно посмотрел на меня, но я стрельнул глазами в сторону Хло, терпеливо стоявшего с чашей. Едва Эрбин заметил чудесную субстанцию, как взгляд его необычайно оживился. – Да, да, с восточной стороны Шипастого Леса развелось слишком много Бешеных Шакалов, на прошлой неделе к северу мои разведчики обнаружили прайд Гневольвов, к тому же, если проход через лес будет открыт, можно добраться до пещеры Гролля‑интроверта. А с ним уже в одиночку не справиться.
Я не знал, придумывал задания предприимчивый Эрбин только что или действительно система щедрой рукой рассыпала их когда‑то старосте, а тот приберег на черный день, но игроки оживились. Вокруг полукровки мгновенно образовалась бойкая кучка, моментально забывшая о непобедимых аргримах. Эрбин торопливо раздавал новые задания, искоса поглядывая на Хло, точнее на чашу с кровью.
Получен талант Убеждение, уровень 3. 
Вы выполнили задание "Путь мира". Вернитесь к Рублю за вознаграждением.  
Интересно, что там приготовил мне деревянненький?
– Эй, эй, чашу не трогайте, – заметил я подошедших стражников. – Кувшин там принесите или еще что. Я перелью. Давайте, давайте.
Вот ведь жуки навозные, глаз да глаз за ними. Чуть меня артефакта не лишили. Да, пусть он непонятный, с весьма пространственным описанием, но в хозяйстве может пригодиться.
– Послушай, Одиссей, – от неожиданности я вздрогнул.
Ко мне подошел давешний танк, Дерден. Для четырнадцатого уровня выглядел драман вполне внушительно – из уникальной брони доспех и перчатки. Такие, конечно, может и купишь в магазине, но вот экипировка из разряда "сборная солянка". Значит, геймер одевался сам, с мобов и агрессивных НПС. Неужели на таких ранних уровнях уже есть боссы с подобными плюшками? Хотя чего удивляюсь, вон на аргримов же рейды собирают, почему нет.
– Ты ушлый тип, – продолжил Дерден.
– Ну не сказать чтобы прям и ушлый.
– Ты не оправдывайся, оправдываются виноватые. Я к тому, что ты мне нравишься. Не из этих избалованных мажоров, которые думают, что если заплатили бабки, то остальные должны на коленях перед ними ползать. Буду рад еще встретиться, – Дерден протянул руку.
Мне ничего не оставалось, кроме как пожать ее. Книга в рюкзаке тихонько тренькнула. Да сам знаю, новый друг появился. Везет мне на знакомства в последнее время.

Разрушенный Йоран 

После всего произошедшего отношения с Эрбином изменились до Знакомого. Теперь староста подсвечивался серым, что говорило о его нейтральности, хотя негативное отношение последователей Бога Огулиса к моей скромной персоне никуда не делось. Но с этим можно было уже работать.
Я снял у Эрбина домик за 10 золотых (сдается мне, он сводный брат Лебуха, такой же жлоб) – возвращаться к Рублику было уже поздно, да и вряд ли в лесу аргримы предложат мне удобную постель. Поэтому, сославшись на добрую русскую пословицу "Утро вечера мудренее", которая для последователя Лока была практически руководством к действию, поужинал в местной скромной таверне и отправился спать.
За все время пребывания в игре я не помнил ни одного сна, но нынешний почему‑то засел в голове. Мне приходилось сквозь туман пробираться вперед. Ноги поминутно вязли то ли в снегу, то ли в воде. Разглядеть что‑либо не получалось, но я с упорством слабоумного барана вышагивал все дальше и дальше. Наконец пелена расступилась, словно некто просто включил в задымленной комнате большой промышленный пылесос, и я увидел ее… Немолодая высокая женщина, с печатью былой красоты на лице, смотрела на меня. В руке ее сверкала небольшая вещица, которая приковало мое внимание. Долго смотреть на предмет не представлялось возможным – от ключа, а почему‑то я знал, что это именно он, рябило в глазах, и мелькали мутные пятна‑зайчики, верные спутники молодых сварщиков. И только я протянул руку, как бах…
На улице только‑только светало. Хло мирно посапывал, свернувшись калачиком и зажав руки между ног – значит, еще действительно рано. Телохранителя нельзя было назвать лежебокой. А вот мне больше не спалось. Странный сон. Что бы он значил? Женщина держит Ключ Отца. В том, что именно этот артефакт я видел, сомнений не было. Хотела ли она отдать мне его? Вопрос. И почему женщина, а не сам Отец. Кто она такая?
Размышлял я, наверное, час или два. Впрочем, без особого успеха. Слишком мало исходных данных. С другой стороны, сон в игре вряд ли является обычным делом. Раз я своего рода код, часть общей программы, то увиденное неслучайно.
Хло заворочался и поднялся на ноги, удивленно глядя на меня. Ну да, встал я спозаранку, чего изумляться, может, бессонница замучила. Но фейра лишь выдавил.
– Хозяин. Странное имя.
Ах точно, новый день – новая погремуха. Чего там нам Лок придумал? Я нашел кувшин и налил немного воды в тарелку. А как еще всмотреться в свое отражение? "Алонсо Кихано". Действительно странное имя. Нет, его обозначение я, слава Богу и Елене Феоктистовне, преподавателю зарубежной литературы, знал. Это настоящее имя дон Кихота. Но какое отношение это имеет ко мне?
Если с Одиссеем можно себя как‑то соотнести – тоже путешественник и искусный (польстил я себе) лучник, то какой из меня дон Кихот. Я понимаю, что Лок божество, в него загружено огромное количество информации, но на кой ляд там наша, невыдуманная, литература?
– Вставай. Надо сваливать отсюда к аргримам, пока деревня спит.
Я не собирался объясняться перед жителями и старостой, почему знакомый им персонаж вдруг сменил имя. Меньше знают – крепче спят. Жаль только, что позавтракать по‑людски не получится. Опять на вегетарианский сухпаек переходить, которым предусмотрительно запасся фейра.
Снаружи было на удивление тихо. Стражников со стены не убрали, хотя караульных явно стало меньше. Уже неплохо. Лес только просыпался, подернутый клоками тумана и свежей крупной росой. Фейра уверенно топал босыми ногами по холодной траве, прокладывая новый путь среди зарослей колючего кустарника и молодых худеньких деревьев, робко поднимающих свои верхушки к солнцу.
А может уйти бирюком в эту непроходимую и нелюдимую глушь, стать частью лесного народа, приятелем аргримов, получить какой‑нибудь класс рейнджера или егеря. И не надо опасаться за свою жизнь, не надо дергаться при каждом шорохе или вглядываться в первого встречного, надеясь на низкий уровень. Рационально и практично.
Я с тоской вспомнил пугающий и манящий шум Локтра, посиделки с Локом, свой крохотный магазин и… Сетту. То есть Свету. Нет, не смогу. Захандрю в первый же месяц. Лучше день прожить орлом…
– Человек…, ‑ раздался тягучий, как засахаренный мед, стекающий из борта, голос моего знакомого аргрима Рубля. Надо же, не заметил, как отмахали километра три, навскидку именно столько от деревни сюда идти. – Ты доказал, что достоин называться нашим другом… Отныне тебя всегда рады видеть в Шипастом Лесу.
Получено звание "Друг Леса".  
Все мобы, местом обитания которых является Лес, воспринимают вас как нейтральный объект. Отношения с лесным народом увеличиваются на два пункта. Текущий уровень – Приятельство. 
Ваши отношения с Хло улучшились. Теперь вы Друзья. 
Фейра смотрел на меня глазами преданной собаки, аж неудобно стало. Да, да, прости меня дурака, что чертыхался на тебя вчера, винил во всех смертных грехах. Вслух, конечно, не сказал, я ведь и ругал его про себя, так что карму восстановил. Это получается… у меня теперь отношения со всей расой фейр повысились. Как бы это использовать?
– Это еще не все… Я должен показать тебе кое‑что, друг… Иди за мной.
Показать? Дай угадаю: лес, опушки да пеньки? С другой стороны, отказать новому другу как‑то не с руки. Зашибет еще, потом поминай как звали. Делать нечего, пошли, Рубль.
Земля вздыбилась под аргримом, обнажив его толстые и слишком подвижные для дуба корни. Сейчас сын леса напоминал паука, к которому приклеили деревянную болвашку. Выглядело довольно угрожающе. Единственное, что успокаивало – зеленый ник Рубля. Зеленый – значит дружественный.
Несмотря на кажущуюся неповоротливость, аргримм чуть ли не летел вглубь леса, перебирая своими длиннющими ногами‑корневищами, а нам с фейрой приходилось бежать на пределе своих возможностей. Мимо мелькали деревья, становясь все выше и шире, изредка проскальзывали лица забавного животного люда, неутоптанной листвы под ногами становилось все больше, что говорило о редкой проходимости этих мест.
И все же в какой‑то момент моя нога вдруг оступилась, найдя неожиданную опору там, где ее быть не должно. Сапог глухо шлепнул по камню, самому настоящему, наподобие того, каким были выложены улицы Локтра. Мы бежали по дороге, вымощенной так давно, что лес поглотил ее, сделал невероятным миражом в этом забытом всеми Богами месте. А потом стали попадаться статуи… Разрушенные временем, почерневшие от бесчисленных дождей и поросшие мхом. Я лишь смутно угадывал очертания мужчин и женщин, воинов и волшебников, людей и фейр…
Вы прибыли в Йоран, разрушенный город. 
А ведь и правда, большое потерянное во времени поселение. Вот тут остатки городской стены, там остовы просевших домов, здесь сгнившие части крыш, разбросанные прошедшим ураганом. Когда‑то здесь был город, не самый большой, но и не крохотный. Соответственно, где‑то рядом проходил тракт. Что же произошло? Почему теперь все в таком запустении?
– Рубль, а что это за место?
Аргрим перешел с бега на шаг, и его голос приобрел новые, незнакомые нотки. Неужели это грусть?
– Перед тобой все, что осталось от величественного и гордого Йорана… одного из самых больших и богатых городов Тойрина… Йоран находился в центре всех торговых путей… многие называли его второй столицей… Сам Локтр не мог сравниться в красоте…
Рубль замолк, будто скаковая лошадь, что споткнулась на полном ходу и полетела кубарем, рискуя сломать шею. Я тактично молчал, ожидая, когда аргрим возьмет себя в руки.
– В Йоране был самый большой храм, посвященный всем Богам… Но со временем люди стали забывать свои истоки… Появилось много богохульников… Трудно говорить, я могу показать.
Ветви‑руки зашуршали, сплетаясь между собой и образовывая сучковатое жесткое седалище. Блин, страшновато, конечно. Но не менее любопытно. Я осторожно уселся на импровизированное кресло, и тут же меня оплело со всех сторон, окружив горькими пряными листьями и не давая возможности сдвинуться с места. По лицу потек густой липкий сок, заливая глаза, нос, рот. И белый свет померк.

Храмовая площадь Йорана пестрела местным и прихожим людом. Горбатили спину имперские паломники, что пришли посмотреть на самый большой пантеон основным ста двадцати восьми богам, важно расхаживали жрецы, благословляя прихожан, склонялись перед величественными статуями, проходя мимо, жители. Все было как всегда, как многие годы до этого и многие годы после… должно было быть.
Я не понял, когда вдруг появился худой человек в оборванный хламиде, с грязным лицом и смешно оттопыренными ушами. Он стоял в центре площади, мешая людскому потоку, и насмешливо глядел на проходивших, скаля желтые кривые зубы и нервно помигивая правым глазом. Остальные не замечали его или старательно делали вид, что оборванца здесь не было, не могло быть. Вот только он заговорил:
– Неужели вы думаете, что они, эти глупые истуканы, вас слышат? – голос нищего в образовавшейся тишине разносился раскатистым громом. – Вы видели хоть одного живого, настоящего Бога? Вы возносите им хвалу, приносите жертвы, но там никого нет. Это попросту пустышка, огромный мыльный пузырь.
Бродяга расхохотался безумным смехом. Хотелось заткнуть его, заставить молчать, но я стоял столбом, как и все остальные.
– Что вам дали ваши Боги? Я скажу, ничего. Но вы продолжаете с упорством идиотов убивать во славу Мерта, проигрывать сотни золотых для покровительства Бейреша и годами медитировать, чтобы познать мудрость Линории. Может, настала пора с этим покончить?
– А он прав, – взволнованно заговорил худой малосочный драман. Я его знал, это портной, Мейшер, кажется. – Годами я жертвовал золото алчному Векке и его жрецам. И что думаете, разбогател? Боги не помогают нам. Им плевать. На всех и каждого.
Искорки недовольства и неодобрения равнодушием Перворожденных стали вспыхивать тут и там, как догорающие угли, вновь раздутые ветром. Жрецы и послушники пытались успокоить толпу, но как нескольким людям справиться с озверевшим и раздразненным монстром, чьей целью было лишь одно – крушить и ломать? Сверкнул первый клинок, пролилась первая кровь, упало первое безжизненное тело. Невесть откуда взявшиеся веревки накинули на шеи Темных Богов, как называли их в народе. Сначала одну, вторую, третью, четвертую… Бах, и статуя грянулась оземь, расколовшись на огромные куски. Та же участь постигла Серых и Светлых Перворожденных. Десятки статуй падали и разбивались по прихоти людей. Скопищу разъяренных безумцев уже было без разницы, что крушить, потому что… внезапная догадка ударила по голове и заставила нервно оглядываться.
Если это правда, она должна быть где‑то здесь, руководить, направлять. Я скользил по толпе взглядом и вдруг увидел Её. В черной сутане послушницы, скрывающая под капюшоном свое лицо и, судя по трясущимся плечами, беззвучно смеявшаяся посреди общего помешательства. Среди нас стояла Богиня, одна из многочисленных Темных – сумасшедшая Берел. Та, в чьей власти находилась сейчас вся площадь.
Заметно потемнело, солнце испуганно спряталось за завесу туч, а мрак сгустился в черное облако и тут же развеялся, открыв моему взору огромного мужа с надменным и суровым лицом, облаченного в угольного цвета одежды с серебряным амулетом – восемь равноудаленных стрел, выходящих из одной точки и смотрящих в разные стороны. Я знал, как подобный талисман зовется в народе – знак Хаоса.
– Огулис, остановись, – сверкнула в небе молния и, ударившись о землю, превратилась в сияющего воина. Смотреть на него было больно, а голос мужа гремел над всей площадью.
– Иди к папочке, Фиорел. Тут собрались взрослые дяди. Мерт… брат!
Огромный рослый рыцарь, закованный в черную броню поднялся из тени Огулиса и, не медля, бросился на Светлого Перворожденного. Оглушительно лязгнули, скрестившись, мечи, на месте боя зарябили светлые и темные блики, и две фигуры закружились в бешеном танце.
– Я проклинаю этот город, всех его жителей… Пусть…
Его голос заглушило появление светлоликой красивой женщины с капризными чертами лица. Она метнула ослепительный дротик, явно целясь в Огулиса, но Берел, выскочив из‑за спины брата, перехватила пилум и бросилась на сестру. Я изумленно смотрел на амулет светлоликой – это же Аноба, Богиня Любви.
Словно грибы после дождя, одновременно выросли серые тени – пузатый карлик, молодой парень с кривым носом, печальная девушка с потухшим взглядом, точеная загорелая красотка и обтянутый тонкой кожей сухой старец. Все как один… Перворожденные.
Я видел амулет последнего из прибывших Серых Богов – тот, кого шепотом зазря называли Безносый, а Отец нарек его Тайнори, оскопитель жизни. Но и он прибыл поздно. Проклятие Огулиса сорвалось с языка, и ударило по Йорану всей силой, на какую только был способен Перворожденный.
Люди падали замертво, мгновенно лишившись того света, что теплился в их телах, не в силах противостоять божественной мощи, но Тайнори поднял руку. Он был недоволен. Казалось, я слышал его мысли, хотя тот молчал – "смерть подвластна только мне, сопляк". Перворожденный не смог отразить Проклятие Огулиса, но придумал, как изменить его суть. Заклинание накладывалось на людей, поэтому Тайнори повернулся к Бейрешу, непредсказуемому глумливому юнцу, богу Случая. Тот хлопнул в ладоши, и выжившие стали вытягиваться, становясь выше Перворожденных, их кожа стала грубеть, вместо рук выросли ветви, а ноги, обернувшись в корни, проросли в землю. Мы выжили, но перестали быть людьми. Мы стали аргримами.
Я еще долго стоял там, не в силах уйти. Стоял и смотрел, как прибывают все новые и новые Перворожденные, сражаются, ранят друг друга, умирают… Если они в силах были умереть. Сильные Боги убивали слабых, Темные – Светлых, Светлые – Серых, Серые – всех без разбора. Весь пантеон оказался в тот день на земле, чтобы сойтись в последней битве, Великой Битве. А я стал ее невольным свидетелем.
Когда Перворожденных осталось всего одиннадцать, и было видно, что никому не одержать верх, Тайнори прибегнул к последнему средству – молитве Отцу. И все прекратилось. Перворожденные исчезли, ушли из этого мира под сень Создателя. А мы остались здесь.

– Аааа! Аааа! – меня колбасило, выкручивая мышцы и выворачивая суставы. Еще мгновение, и боль чуть ослабла, но не исчезла полностью. Бедный Хло не успевал подлечивать меня, но судя по всему, опасность смерти отступила. Когда я смог членораздельно разговаривать, то сразу же спросил. – Какого хрена это было?
– Ты стал частью меня… частью аргрима… окунулся в мой разум и видел прошлое моими глазами… Человеку подобное трудно пережить… Но ты должен был увидеть… как произошел я и мои собраться… понять, почему мы здесь.
Табличку надо вешать: "Аттракцион "Вселение в аргрима". Осторожно, опасно для жизни!"
– Из‑за Огулиса, – кивнул я. Теперь конечности просто ломило от тупой ноющей боли. Какая же жесть эти провалы в прошлое. – Я так понял, он не самый слабый дядька.
– Сильнейший из Темных… И сейчас, когда их осталось всего трое… и раньше… Но не из‑за этого… Всему виной слово Бейреша, которое стало нашим спасением и проклятием… Мы не умерли, но перестали быть людьми.
– Грустно, конечно, но что я могу сделать?
В самом деле, чего от меня Рубль хочет? Да, я на короткой ноге с Локом, но после увиденного создается впечатление, что мой господин не самый крутой боевик в компашке божественных родственников. Он больше мозг, ленивый, пытающийся все время улизнуть от любой проблемы мозг, а никак не крепкие мышцы. Хотя кто такой тот же Бейреш? Веселый озорной мальчишка среди Перворожденных, непредсказуемый и слабо прогнозируемый.
– Я понимаю, что не в праве просить тебя о помощи… Но если ты найдешь способ обратить нас обратно в людей… то Сыны Леса будут безмерно благодарны тебе… Все богатство Йорана падет к твоим ногам.
Получено легендарное задание "Спасение или проклятие". 
Давным‑давно немногие из выживших жителей Йорана обратились в аргримов – величественных Сынов Леса. Но людские души, заключенные в деревьях, тоскуют и жаждут вернуть себе истинный облик. Помогите им, и вам откроются великие дары заброшенного города. (Да/Нет). 
У меня, как у известной вороны, "в зобу дыханье сперло". Сокровища затерянного города, до которого никто не добирался благодаря слишком бдительным стражам сто дофигидесятого уровня. Не утонуть в слюнях бы. Только одну минутку.
– А что будет, если я не смогу справиться с заданием?
– Я и мои собраться будем очень расстроены… Вряд ли мы когда‑нибудь сможем еще раз поверить человеку.
Внимание. В случае невыполнения задания "Спасение или проклятие", звание "Друг Леса" будет утрачено. 
Вот те здрасьте. Весомая оплеуха в случае неудачи. Сейчас я могу спокойно чувствовать себя почти в полной безопасности, находясь среди лесных обитателей. Грубо говоря, забрался в самую чащу, где не ступала нога геймера, и можешь не бояться удара в спину. С другой стороны – великие дары Йорана, бывшего первым поселением по гешефту, где проходил самый большой торговый путь. Это не просто много денег, это офигеть как много денег. Дело даже не в том, что не придется больше работать, можно будет сколотить свою маленькую армию для защиты, основать поселение, да много чего. Перспективы проносились мимо быстрее, чем кадры кинопленки.
– Сколько времени отводится на выполнение задания?
– Аргримы ждали века… Но всякому терпению настает конец… Если в течение трех полных лун ты не сможешь нам помочь… То надобно оставить всякие попытки снять проклятие… Аргримы смирятся со своей участью.
Три полные луны – это три лунных цикла, по двадцать восемь дней каждый. Итого почти четверть года на выполнение задания. Вот теперь думай, Кирилл Алексеевич, синица в руке, причем такая жирная, отожравшаяся и наглая птица, или не менее толстобрюхий, еле поднимающий свою тушу журавль… Жадность, жадность, не доведешь ты меня до добра.
– Я согласен.
– Мое сердце поет, человек… Я верю, что ты справишься.
Хотелось бы, ой как хотелось бы. Надо будет подлизаться к Локу да выведать все о божественных проклятиях, как только вернусь в Локтр. Может, силы Ленивого хватит, чтобы самолично снять заклятие?
– Но это еще не все… Даже, если ты не сможешь помочь нам… а аргримы уйдут в вечность… или полностью превратятся в деревья без человеческих душ… Йоран не должен уйти вместе с нами… Это великий город, и не менее великий человек должен его возродить…
Получено уникальное задание "Новые стены старого города" 
Улицы Йорана покрыты вековой пылью, дома превратились в жалкие руины, а вместо главной площади лишь груда мусора. Восстановите хотя бы 1/10 часть города, чтобы былая слава Йорана вновь загремела на весь Тойрин. 
Ну ты уж махнул, Рубль. Я же не градостроитель, у меня ни образования, ни денег, ни связей в муниципалитете. Какой мне прикол от этого возрождения Йорана? Я открыл книгу.
Уникальное задание "Новые стены старого города" 
Вознаграждение: Неизвестно. 
Штраф при провале задания: Отсутствует. 
Время выполнения: Бессрочное. 
Хм, а может, и есть смысл. Только в том случае, если я выполняю квест на аргримов. Тогда в моих руках оказываются несметные сокровища, и вуаля – можно построить поселение. Тем более по квесту нужна лишь 1/10 часть от былого Йорана. Да, целый город, конечно, круто, но почему нет? Пусть цель будет глобальная, на которую требуется смотреть, высоко задрав голову. Я перечитал.
Время выполнения: Бессрочное. 
Так его, получается, и провалить нельзя, если только сам откажешься. А не выполню, пущай болтается в книжке, ну станет на одну страничку больше, так еды и денег не просит же. А если еще и вспомнить, что задание легендарное… то есть что‑то интересное за него должно быть…
– Принимаю!
– Твоя помощь неоценима, мой друг… Надеюсь, у тебя все получится…. Жаль, что не все люди такие.
Ну еще бы. А скольким ты дал шанс себя проявить, прежде чем свернуть башку? Сам же хотел меня мехом внутрь вывернуть при первой встрече. И кабы не Хло, то так бы и вышло. С другой стороны, если не телохранитель, то и вряд ли встреча состоялась. В общем, если нужно будет найти виноватого или крайнего, спишем все на терпеливого фейру.
– Пойдем, человек… Я покажу тебе свой город… Даже в разрушенном состоянии он сохранил крупицы былого величия…
Думаю, что сейчас "нет, спасибо, мне еще домой бежать надо, кажись, утюг не выключил" не проканало бы. Пришлось с самым добродушным видом плестись за аргримом. А тот все не унимался.
– А потом… если будет время… я познакомлю тебя с еще одним своим другом…
– Аргримом? – то ли кивнул, то ли спросил я.
– Нет, она человек… Наполовину… Только больше тебя… И ее глаза полны черной скорби… Она живет недалеко.
Еще человек? Что же ты молчал, дубина стоеросовая. А прямо сейчас к ней отправиться нельзя? Я хотел еще много чего сказать, но Рубль уже отправился вглубь разрушенного города.

Ее Величество Отшельница 

Все‑таки излишняя интеллигентность и воспитанность часто мешают в жизни. Нет, я не говорю, что надо быть откровенным хамлом и пробивать себе дорогу наглостью, но именно сейчас из‑за привитой родителями скромности я шагал за Рублем, распинывая встречающиеся на пути осколки камней. В знаменитой пословице говорилось, мол, "Чем дальше в лес, тем толще партизаны", в Йоране все было наоборот. Ближе к центру покинутого города следов разрушений стало больше – уже едва угадывались домики, стены которых превратились в мелкую щебенку. Это ж какая тут взрывная волна была, если все так расколбасило?
А потом начало откровенно фонить. Словно мы приближались к четвертому Чернобыльскому энергоблоку. Благо, здесь была не радиация, а, как я понял, мощные магические волны. Если уж меня проняло, человека не расположенного ко всякому роду колдунства, то представляю, что сейчас творилось с Хло. Я обернулся к фейре – тот крепко сжал губы, кожа телохранителя неравномерно менялась в цвете, а уши заметно подрагивали. Но молодец, ни слова не сказал.
Я на минуту задумался, какое магическое воздействие было сразу после сражения Богов? Неудивительно, что город даже не пытались отстраивать. А ведь сколько веков после Великой Битвы прошло? И до сих пор фигачит.
– Вот здесь я стоял… – заскрипел Рубль. Как обычно, неуместные мысли родились совершенно неожиданно. А как он разговаривает? Вернее чем? Ведь рта, или хотя бы дупла, как такового я не видел. Ментальное воздействие? Тогда почему голос такой глухой, будто зарождается где‑то внутри его тела. – И все видел… Как Боги низлагали друг друга… Как их осталось всего двенадцать.
Я отогнал глупые размышления о природе голоса аргрима и взобрался на пригорок. По телу будто пробежали сотни вольт, все мое нутро здорово тряхнуло, и стало трудно дышать. Мы стояли на краю воронки, точнее по размерам это походило на кратер огроменного вулкана. Это ж сколько он в диаметре? Метров сто пятьдесят? С другой стороны, неудивительно. Тут, получается, почти все Боги полегли.
– Когда‑то именно здесь зародился Йоран… А много лет спустя здесь же и закончил свое существование.
Если бы деревья умели плакать, то, держу пари, Рубль бы сейчас не сдерживался. Странно, конечно, благодаря проклятью аргримы потеряли себя как личностей, но сохранили память о тех трагических событиях. Жестоко? Невероятно. Я мог лишь радоваться, что судьба развела меня с этим мерзким Огулисом и его прихвостнями, едва я только оказался в Верравии.
– Ты должен был видеть это… Теперь мы можем идти… Я познакомлю тебя с другом…
Я чуть не развернулся и бросился прочь от кратера. Все мое естество просило об этом. Бедный Хло так вообще не добрался до места последней битвы, прислонившись боком к куче мусора. Телохранителя заметно трясло. Но на свою беду я увидел внизу край латного доспеха, наполовину торчавшего из земли. Как его до сих пор не занесло землей и пылью, непонятно. Хотя может, дело в огромных размерах, и он изначально был на поверхности, воткнулся, к примеру, ребром, а со временем осталась видна лишь небольшая часть.
Что если взглянуть на него? Лишь одним глазком. Быстро‑быстро. Я сделал несколько неуверенных шагов, с опаской оглянулся на аргрима, но тот не отвесил никакого замечания. А зря. Чем ближе я подбирался к заветному доспеху, тем сильнее мне плохело. Участился пульс, прошиб пот, голову словно стянуло железным обручем, невероятно мутило, рябило в глазах. С другой стороны, если бы мне угрожала опасность, то Рубль бы меня по‑дружески предупредил. Наверное…
Я вгляделся в край брони, покрытой грязью и затвердевшим пеплом, и обомлел.
Легкий белый доспех Кера  
+ 40 к Неуязвимости 
+ 30 к Отпору 
+ 50 к Блокировке 
Уровень брони: 2000 
Необходимый уровень силы: 80 
Вес: 110 кг 
Необходимый уровень Силы восемьдесят! Экипа для драманов, однозначно. Вначале дается сорок очков навыка – бросаешь их на Силу, потом плюс один за каждый уровень автоматически и еще один кидаешь сам. То есть, к двадцатому левелу можно надеть такую экипу. Но это чисто гипотетически. Потому что никто не станет изначально все вливать в Силу. К тому же, мало того чтобы надеть, с нулевой Выносливостью будешь просто красивой и здоровенной статуей. Вот уж не знаю, сколько нужно очков, чтобы худо‑бедно передвигаться в доспехе Кера, не воевать и бегать, а именно передвигаться. Ну и Ловкость… Видал я уже одну деваху с нулевым уровнем, мрет, как на рынок за салом ходит. То есть примерно уровень шестидесятый игрока должен быть.
А весит эта радость…. Сто десять кг для доспеха? Это ж каким мутантом надо быть, чтобы его носить? Нет, я, конечно, читал про турнирную броню весом до семидесяти килограмм, но это турнирная! Где на лошадь (если бедное несчастное животное – тяжеловес, а не скаковой жеребец) консервную банку посадят, и вперед. Упадет с нее, так сам в жизни не поднимется. А тут, как я понял, этот некто Кер в рукопашную махался. И это еще ЛЕГКИЙ доспех, ЛЕГКИЙ!
Сколько же тут закопано божественного шмота? Ничейного редкого и уникального шмота. Боги были низложены, растворялись в пустоте, или что там рассказывал Лок, важно другое – они ушли, а оружие и доспехи остались. Какие бабки здесь зарыты! Просто закопаны в землю. От возможностей того, как можно разделить шкуру неубитого медведя закружилась голова. Это ж, это ж, это ж…

– Храбрый человек… Глупый человек… – кряхтел аргрим, неся меня на ветвях.
Голос Рубля разносился в голове ревом сотни работающих роторных двигателей. Ощущения странные, сродни утру после хорошей и безалаберной попойки, когда в себе смешиваешь весь доступный алкоголь, проходящий дресс‑код по единственному параметру – лишь бы горел. Что же меня так? Сквозь красное марево мигрени возникли знакомые картинки: Йоран, кратер, доспех. Ага, значит, это на меня магическое воздействие так повлияло. Видимо, чем ближе к эпицентру воронки, тем тяжелее выбраться.
– Живым нельзя спускаться в яму…
Яма, ничего себе яма. Хотя про воздействие на организм я уже и сам понял. Хло скрутило еще на подступах, меня только ближе к центру, а аргрим, раз вытащил, спокойно шляется внутри. Ну еще бы, они же сами порождения этого места. Так, соответственно, единственные, кто сможет божественный шмот оттуда вытащить, – сыны леса. С другой стороны, воздействие‑то колдунское, поэтому, если с деревяхами не выйдет, стоит попробовать в столице через визардов тему прощупать – может, они смогут воздействие погасить.
Понятно, что понадобится не один, и не два, а может даже, и не пятьдесят человек, в моем случае, скорее, фейр. Да и прощупывать придется очень осторожно – в памяти услужливо всплыли рассказы Джека Лондона, где люди рвали друг другу глотки за крупицы золота. А ведь у меня под рукой практически Эльдорадо. Да и не только в деньгах дело. Ведь по‑любому среди Богов были своего рода хиппари, в смысле те, кто тяжелую броню не носил. Если тут порыскать хорошенько, то я так прикинусь, что мне уже никто страшен не будет.
– Но храбрый человек… этого не отнять, – продолжал разглагольствовать Рубль.
Э нет, деревянненький, не прав ты. Храбрость – это когда уже отступать некуда, или цель стоит такая, что жизнью не жалко пожертвовать. У меня ни того, ни другого. Полетел вниз, как сорока на блестящие бусы, все из головы вылетело. Это даже не глупость, а тупость в квадрате. Ну ладно, про этот кратер с кучей драгоценного шмота я себе зарубище сделал, буду думать, как божественное шмотье из земляного плена вызволять, а пока…
– Слушай, Рубль, – голос внутри головы разнесся гулким эхом, эх, сильно магическое похмелье. Может, тут какой‑то волшебный рассол есть, или надо еще бутылку какого‑нибудь элексира выпить, чтобы попустило? Надо у Хло спросить. – Мы к твоей знакомой?
– Да… Тебе нельзя несколько дней ходить к яме… Чем дальше в лесу, тем лучше… Она живет уединенно.
– Ясно‑понятно, уединенно, если в лесу. Тут у вас автопати, вроде, не проводят. Рубль, а как друга, то есть подругу зовут?
– Давно… Когда она пришла сюда… И мы приняли ее… Теперь у нее другое имя…
Снова здорово. Надеюсь, хоть ее Огулис не проклинал, и она к Йорану не имеет никакого отношения. Признаться, я к заброшенному городу стал уж очень ревностно относиться. Теперь даже не думал над вознаграждением за квест "Спасение или проклятие". Какие сокровища смогут предложить аргримы лучше, чем божественная одежка?
– Ты меня на землю опусти, – заметил я высокий разросшийся в стороны дом.
Для обычного человека это мог быть внушительный особняк, но судя по размерам дверей и окон, жила тут драманша, значит, внутри всего несколько комнат. Но все же, как в такой глуши построили таких нехилых размеров зданьице? Одному человеку вряд ли такое под силу. Спрашивать у Рубля не стал, решил, что сам в итоге разузнаю.
Едва я оказался на ногах, как колени вероломно дрогнули, а в голове очередной раз бумкнуло. Когда же этот дурацкий эффект закончится? Но все же совладав с собой, я зашагал вперед, Хло семенил слева, а Рубль неторопливо, именно что неторопливо, будто нехотя, шагал позади. Дверь приоткрылась, и я увидел ее…
Из небогатого опыта наблюдения за драманами, точнее за их женщинами, изредка встречавшимися в столице, можно было заключить, что, с человеческой точки зрения, те не отличались красотой. Широкие скулы, каменные подбородки, высокие лбы. Сдавалось мне, что даже непись из варваров с большим удовольствием смотрела на своих младших братьев, то бишь сестер, отсюда и полукровки. Но вот эта женщина…
Она не была человеком, как говорил Рубль. Даже наполовину. Чистокровная драманша, от пяток до кончиков волос. Но что это была за женщина. Единственная из сотни или тысячи сородичей, мимо которой нельзя было пройти не обернувшись. Длинные, чуть подернутые серебром седины волосы, мягкие черные глаза сытой кошки, пухлые чувственные губы, царственные неторопливые движения, полные учтивой снисходительности. Даже возраст ее явно украшал. Хозяйке явно за сорок, может, больше. Нет, лицом она была так же свежа, как, наверное, и лет десять назад, но вот самый главный предатель женщин – руки – не смог обмануть.
– Здравствуй, – зашелестел ее голос, разносясь бешеным ветром по лесу, набирая силу, и чуть не снося меня с ног. – Ты Друг Леса?
– Я просто шел сюда… А Рубль сказал… Ну вот мы и пришли…
– Рубль, – звонко рассмеялась она, как смеется прозрачный ручей, перепрыгивая через мелкие камни. – Ты дал прозвище аргриму?
– Я… это.
А потом произошло неожиданное. Хло, издав неприсущий ему звериный рык, выступил вперед, размахивая руками так, словно пытаясь отогнать меня в сторону. Еще несколько секунд, и вокруг моего тела стал расплываться светло‑сиреневый прозрачный купол.
К вам применен эффект "Астральный щит". Вы невосприимчивы к ментальному воздействию первого и второго уровня следующий час. 
И все краски померкли. Нет, конечно, драманша по‑прежнему оставалась красивой, но не более. Что‑то волшебное, именно волшебное, в ней исчезло. Все ясно, это она заставила меня видеть себя такой неотразимой. Даже жалко немного. Как там гений русской словесности говорил: "Я сам обманываться рад". Эх, не было у Александра Сергеевича своего фейры, а скольких бед бы избежал.
– Ладно, мальчик, – усмехнулась отшельница. – Успокой своего друга, я видела тебя достаточно… И да, можете заходить.
Телохранитель облегченно выдохнул, видимо, его и так место гибели Богов подкосило, а моя защита вычерапала те небольшие запасы маны, которые оставались. Я мягко погладил фейру по голове, а тот устало посмотрел на меня. Ну извини, Хло, виноват, расслабился. Думал, что теперь в лесу мы в безопасности, а тут видишь как – визарды‑менталы.
Я собрался было зайти внутрь, но бодигард потянул за руку. Еще что? Вместо ответа Хло показал на ближайший колючий куст, а потом на дверной косяк. Ого! И заметил ведь. Хотя неизвестно, какой у моего помошника уровень Наблюдательности, Интеллект ведь у него вкачен нехило. Сам бы я этот любопытный факт внимания точно не обратил.
– Еще что‑нибудь? – спросил я негромко.
Хло возмущенно посмотрел на меня, мол, а что, этого мало? Я мотнул головой в сторону двери – негоже, чтобы хозяйка, тем более такая, дожидалась гостей. Телохранитель осторожно пошел впереди, решил перестраховаться, мало ли какие еще сюрпризы приготовила отшельница. Аргрим, ясно дело, остался снаружи. Ростом не вышел в дома на чай захаживать.
Удивительно, как огромный деревянный дворец снаружи диссонировал с внутренним убранством. Нет, мебели было много, но вся грубая, деревянная, хотя… неправильно выразился – скорее, ладно сделанная, такой не грозит неожиданная поломка. Самое то, декор и красота в пользу добротности. Да, пазлы начинали складываться в одну большую и ясную картину.
Я сдержался, чтобы не улыбнуться. Не наложи Хло щит, хозяйка бы сразу все почувствовала.
– Садитесь, – только и сказала она.
– Присаживайтесь, – поправил я на автомате.
Отшельница зло посмотрела на меня, пелена ее черных глаз на мгновенье разошлась, обнажив мутные, будто слепые, белки, и тут же сомкнулась. Меня пробрало до костей. Ладно, впредь буду учтивее со взрослыми, умудренными годами тетеньками, у которых в арсенале куча магических штук.
– Как угодно, – ее голос не был ледяным, однако вздрогнул не только я, но и фейра.
Она разлила по простым, грубо сделанным металлическим чашкам травяную пахучую жидкость – черт поймешь, то ли чай, то ли отвар какой. И села на свободный табурет. Стульев, на которые можно было откинуться и расслабить спину, тут не наблюдалось. Я поспешно присоединился к хозяйке. Странное ощущение – сам боюсь, что питье может быть отравлено, но еще больше опасаюсь обидеть отшельницу. Тем более теперь, после того, как догадался, кто она.
Хло долго нюхал напиток, но потом стал торопливо отхлебывать, обжигаясь и чуть слышно ругаясь. Ну что, раз уж фейра пьет…
Вы выпили "Отвар лесных нимф". Все побочные отрицательные эффекты сняты. 
Прям почувствовал себя Ильей Муромцем, который отведал чудесной воды, и вся хворь с него спала. Хотя так и произошло. Весь магический фон, который набрал в кратере, ушел. Усталость, тошнота, головокружение и боли отступили. Я спешно посмотрел на свою светло‑сиреневую ауру и успокоился, щит не относился к отрицательным эффектам, поэтому не исчез. Это хорошо, хоть и хотелось на минутку снова оказаться под волшебным воздействием волшебницы, но твердо знал – до добра это не доведет.
– Значит, тебя зовут Крил? – Я похолодел. Вот ведь, не купилась на мое обманное имя. А это плохо, очень плохо. Не потому, что стоит опасаться козней этой женщины, хотя и такое нельзя исключать, но, получается, все менталы могут видеть, кто есть Клопдопоппер Одиссей дон Кихано. Плохо. – Кто твой друг?
– Его имя Хло, – пытался я не потерять нить разговора, хотя сейчас все мысли были лишь о менталах и способах противодействия им.
– Хороший маг, не сильный, но сконцентрированный.
Я хотел было съязвить по поводу несильного, но вовремя осекся. Поэтому вместо этого спросил.
– Сконцентрированный? Что это значит?
– Поймешь со временем, – ответила загадкой отшельница. – Итак, у вас хватило ума сунуться в самое сердце Йорана…
– Вообще, если следовать этикету, то было бы очень хорошо, чтобы и вы представились, – сказал и тут же замолчал. Отшельница ухмыльнулась, и мне очень не понравилось вот это ее пренебрежительное движение верхней губой, но ответила.
– Можете называть меня Далией.
– Какое аристократическое имя, – заметил я. Все‑таки дурацкий у меня характер, вычерпать бы из него весь сарказм, так хоть прям сейчас в духовную семинарию. Но отшельница не ответила, пришлось сразу менять тему. – Так почему нельзя приближаться к центру Йорана.
Я специально избегал слов "храмовая площадь", "кратер" или "воронка". Ключ от квартиры, где деньги лежат, тем более доспехи Богов на блюдце с золотой каемкой отдавать не хотелось.
– Слишком много божественной крови там пролито, – наставительно сказала Далия. – Кровь, отданная Богами добровольно, содержит в себе чудодейственную силу, забранная силой – разрушительную. Ты молодой, глупый и не маг, ты не можешь почувствовать это. А вот твой друг может.
Ну вот, спасибо, еще и дураком обозвали. Нравилась эта тетенька все меньше и меньше. К тому же она явно была возле кратера, зуб даю. Слишком уж подробно все расписывает. Тут одним предчувствием все не объяснишь. Поэтому я не стал ходить вокруг да около.
– Вы там были?
– Была.
– Дайте угадаю, кое‑что искали.
Далия снова улыбнулась, но теперь мягко и тепло, как улыбаются маленьким детям. Не могу понять, что у нее за характер. То в дрожь бросает, то от милоты лужицей на полу расплываешься. И это с ментальной‑то защитой!
– Признаться, думала обзавестись крохами божественной крови. Достаточно хотя бы нескольких застывших капель на камнях, но увы… Дурацких доспехов и оружия сколько угодно, а вот кровь, видимо, ушла глубоко в землю.
– Доспехов? – спросил я с лицом человека, выигравшего чемпионат мира по покеру.
– Божественные доспехи, – ответила она, однако, задержав на мне взгляд на секунду больше, чем требовалось, будто давая понять: знает, что я знаю… – Броня, сделанная лишь для Перворожденных, но оказавшаяся в мире людей.
– И вы даже не попытались вытащить оттуда хоть что‑нибудь?
– Зачем? Я не страдаю скопидомством. У меня все есть.
Слова‑то какие умные знает. Снова едва сдержался, чтобы не съязвить о высоком образовании отшельницы, полученном явно не в лесу, а минимум на филфаке МГУ. А вот по поводу "все есть" – конечно, может, она аскет каких еще поискать, но тут явно не женская обитель с розовыми наволочками и кружевными скатертями.
– А другие люди до Йорана часто добираются?
– Помню, в прошлом году здесь все вынюхивал один разведчик. Только до самого города так и не добрался. У Шипастого Леса свои глаза и уши, их тысячи, а сам Йоран охраняют аргримы. Без их дозволения чужаку сюда не попасть.
Фуф, отлегло от жадного до золота и божественных доспехов сердца. Только конкурентов мне тут не хватало.
– А вы? Вас ведь аргримы тоже не трогают.
– Моя семья издавна дружит с лесными обитателями. С аргримами в том числе.
Ну теперь разве что явки с повинной не хватало. Я почесал нос, закрывая рукой растянувшуюся на пол‑лица улыбку. Хозяйка явно заметила перемену настроения – от пугливого до самодовольно успокоенного – и сразу переменила тон.
– Что ж, я вижу, вы пришли в себя. И задали уже все вопросы, которые хотели. Не стоит злоупотреблять гостеприимством. Тем более у меня очень много дел. Благодарю, что зашли.
Вот ведь, как ее зацепила моя улыбка. Взгляд мгновенно превратился в луч "Звезды Смерти". Но прощание сейчас не входило в мои планы.
– И еще кое‑что, уважаемая Далия. Мне бы очень хотелось поговорить с вашим сыном.
– С сыном? – деланно удивилась хозяйка, мастерски изогнув бровь.
Блин, вот по кому театральные подмостки плачут. Что называется, не на то училась. Родись даже не в Голливуде, а хотя бы в Москве, явно стала мировой знаменитостью.
– С сыном, – повторил я тоном полковника НКВД, ведущего допрос. – Иирмаром.
Как хороша ни была Далия, но тут не сдержалась. Губы испуганно дрогнули, на материнское лицо легла тень страха. Ох, не ошибся я, спасибо глазастому Хло за точную наводку, явно не ошибся.
Да и могла она больше отпираться, Дита тут же подтвердила все наши подозрения.
Получены пояснения к заданию "Наместник острова Тойрин". 
Хотя именно никаких пояснений у нас не было. Лишь знание – аргрим привел нас в гости к сбежавшей много лет назад из столицы Наместнице.
Вот только что‑то пошло не так. Не знаю, на что я надеялся, когда представлял, как прижучу ментальную визардшу. Что она метнется в окно – вполне, даже приготовился бежать следом, что начнет драться сковородками – почему нет, но вот, что станет прессовать мой разум… А как же щит?
Присмотрелся и судорожно сглотнул – сиреневое свечение исчезло. Что за фигня? Длительность бафа же была часовая. Голову пронзил железный раскаленный прут, судя по писку рядом, с фейрой происходило примерно то же самое. Вот и все, сходили на чаек к Наместнице.
Женщина, представившаяся Далией, приблизилась к нам и грозно посмотрела сначала на одного, потом на другого. Она не произнесла ни звука, но в моей голове отчетливо прогремели пять слов: "Теперь ты расскажешь мне все".

Единственный из таоков, который не таок 

Говорят, что во всем надо искать хорошее. Как в том анекдоте – даже если вас съели, то у вас есть два выхода. И я пытался, честно пытался, как самый отъявленный оптимист. Получалось только плохо. Хотя один явственный плюс был – головная боль ушла. А вот минус – Далия беззастенчиво копалась у меня в мозгах.
Самое противное, я вместе с Наместницей наблюдал недавние сцены из моей жизни в условиях ускоренной перемотки. Сначала Далия внимательно вникала в мое появление в этом мире, в Файворе в частности, а потом читала по диагонали. Лишь несколько раз подробно остановилась, рассматривая мое прошлое, как веселое ток‑шоу. Например, ночь со Светой изучила подробно. Зараза. Ясно дело, женщина не старая еще, одичала в здешнем лесу, а так кровь себе взбудоражила эротическими сценками. В общем, меня не покидало чувство стыдливости, будто стоял сейчас перед толпой народа в одном исподнем.
Наконец Далия дошла до нашего появления на пороге ее дома.
– Ах, вот оно что, – разочарованно выдохнула она. – Заметили клоки шерсти на кустах и косяке двери. Да, в первые минуты после перевертывания шерсть так и лезет. Сознание не сразу понимает, что ты теперь зверь, старается отторгнуть сущность, но потом все проходит.
Ее голос приобрел мягкие нотки. С чего вдруг? Я ожидал чего угодно: что порвет она нас сейчас на британский флаг или вышвырнет вон (за этот вариант мысленно голосовал двумя руками) прямо из окна, но никак не добродушного обращения. Решила, что мы не представляем для нее угрозы? Как‑то сомнительно. Но факт оставался фактом, Далия больше не предпринимала попыток навести на меня чары соблазнения или напугать до икоты. Она превратилась в добрую тетушку, эдакую троюродную сестру матери, приезжающую раз в год и задаривающую кучей презентов.
– И про крепкую мебель правильно понял. Период трансформации очень нестабилен и опасен… для окружающих. Сразу тело плохо слушается. Знал бы ты, сколько я всего побила за все время. Ладно, что дальше.
Отшельница деловито перелистнула еще страницу книги под названием "Мозг Артемьева Кирилла: Шутки, тосты, забавные случаи из жизни" и продолжила.
– Про Друга Леса вы и так догадались, без моих подсказок. Наша семья издавна считалась одним из самых ярых защитников этих мест. И уже мой дед носил звание Друг Леса. Что ж, подытожим…
Меня взяла жуткая злоба. Стоит тут, ковыряется у меня в мозгах, точно я кукла какая‑то. Зараза! Далия почувствовала перемену настроения своей игрушки и молниеносно ударила. Хотя, может, лишь легонько толкнула, я в силе ее способностей не разбирался. Перед глазами расстелилась мутная пелена, тело качнулось в пространстве, но маленький оловянный солдатик по имени Крил выстоял. Хоть и с огромным трудом.
Получено звание "Антимаг" 
Открыт талант Ментальный иммунитет, уровень 1. 
То, что я удивился, это ладно, но как вытянулось лицо Наместницы… Ах да, она же в бошки чужие залезает как к соседям ходит. Хоть бы тапочки надевала. Интересно другое, раз звание ошеломило даже хозяйку, что‑то в нем необычное было.
– Хорошо, будете моими гостями, – тоном, не терпящим возражений, кинула Далия. – Эй, не надо, – предупредила она Хло, который, придя в себя, тут же принял стойку боевого мага и вскинул руки. – Моя ментальная магия сильнее твоей разрушительной. И на друга своего "Астральный щит" больше не вешай – лишь магию сливаешь. Я предархимаг ментала, владею четвертым уровнем.
– Ох, – удивленно выдохнул Хло, но руки опустил. Видимо, предархимаг это как глава заксобрания в моем мире. Что‑то очень крутое.
– Ладно, тогда будем говорить начистоту. Ты хочешь видеть моего сына?
Я уже не знал, так ли хочу встретиться с этим загадочными Иирмаром, отпрыском оборотня, которая назвала своего пацана полуэльфийским‑полуприбалтийским именем, но отступать теперь было уже поздно – кивнул.
– Придется ждать больше недели, Иирмар не придет раньше.
Далия ушла в дальнюю комнату и вернулась с кувшином. Выплеснула остатки отвара в окно и разлила по чашкам, судя по запаху, вино.
– Давай, антимаг, присядем. Теперь уже нормально поговорим, без вранья.
С чего она резко сменила гнев на милость? Что такого увидела в моем недалеком прошлом, заставившем поменять мнение о непрошеном госте? Нет, я, конечно, парень неплохой, не злой, вполне адекватный. Но хороший человек не профессия. А Наместница, вон, смотри, обращается как со старым знакомым.
– Что до брони, которая тебя интересует, – она посмотрела на мое удивленное лицо. – Не ты первый, кто приходит сюда. Про одного разведчика в год я соврала, не могла же сказать, что ментально чувствую почти все, что происходит в Шипастом Лесу. Сказания о богатстве Йорана хоть и немногочисленны, но в редких книгах встречаются. Как и таоки, эти книги читающие.
– Таоки?
– Так называют прибывших из другого мира, бессмертных. Они похожи на нас, на людей, драманов, фейр, голгор и других обитателей мира. Но бессмертные. Многие из нас тоже могут возрождаться, это зависит от силы души, однако таоки никогда не погибают окончательно.
Я жадно впитывал информацию, значит, верравийцы развились до такой стадии, что различают игроков. Интересно, весьма интересно. Вот только почему они не говорят об этом?
– Меня ни разу не называли таоком.
– Таок табуированное слово, запретное. В нем великая сила и великий страх. Мало кто осмеливается произносить его вслух. К тому же ты и не таок. Ты как мы. У тебя слабая душа, не расслоенная, единичная. Если ты умрешь, то умрешь окончательно.
Я бы с большой радостью поменялся на непонятное прозвище и косые взгляды со стороны НПС взамен одноразовости. Ну хотя бы понятно все стало: какая‑то непись возрождается, какая‑то нет, и все из‑за расслоености души. Наместник, муж покойной Далии, был человеком, то есть драманом, уникальным, поэтому ласты склеил раз и навсегда. А вот мой телохранитель многослойный, как репчатый лук или капуста, поэтому и возрождается фигову тучу раз.
– Погоди, – внезапная догадка поразила меня. – Получается, Хло когда‑нибудь умрет окончательно?
– Все когда‑нибудь умрут окончательно, кроме Богов и таоков.
А вот это фигово. Я, не мудрствуя лукаво, постоянно подставляю телохранителя под удары судьбы, не задумываясь о том, что будет. Ведь он НПС, специально созданная для этого программа. Должен быть. Только теперь он стал для меня другом, не просто яркими буквами в книге заданий или ярлычком в соцсети, а настоящим другом. Получается, мне теперь не только себя уберечь надо, но и тебя, Хло. Да уж, многие знания – многие печали.
– Эхау ар ата ан? – Спросил телохранитель.
– Киил эла ина, – ответила ему Далия.
Вмешиваться в чужой разговор неприлично, тем более, если болтают на непонятном языке, поэтому я воспользовался создавшейся паузой и вытащил книгу.
Звание: "Антимаг". 
Только единицы могут не только сопротивляться, но и отражать магические заклинания. Их называют Антимагами. Шанс на отражение магической атаки 5 %. 
Пять процентов, пять процентов, это много или мало? Конечно, если смотреть в сфере обшей температуры по больнице – грязь под плинтусом; но если разбирать как возможность остановки каждого двадцатого удара визарда – очень даже ничего. Минутку, не остановки, а отражения. Вон оно как. Хорошо. Перелистнул страницу.
Интеллект – Сопротивляемость – Метальный иммунитет, уровень 1. 
Ментальная атака может быть заблокирована. Вероятность 1 %. 
Ну это совсем несерьезно. Антимаг охватывает все виды боевого колдунства на целых пять процентов, а клятый иммунитет всего на единичку. Вряд ли кто станет качать всерьез эту фигню, тем более как? Найти дружественного ментала? Вроде, вдоль обочин такие не валяются. Да и против лома есть один действенный и правильный прием.
Подумав, открыл страничку с друзьями, вытащил перо и набросал послание Кобелюге. Посмотрел немного на свое вычурное имя и добавил на всякий случай "Твой компаньон". Чтобы Серега не отправил случайно мое письмо в спам, как многочисленные обращения попрошаек или бредни сумасшедшего.
– У меня вопрос, – заметил я, что собеседники перестали издеваться над своей гортанью, издавая булькающие звуки. – Как много в мире Антимагов, и почему я вдруг получил такую булку с маслом?
– Все просто. В нашем мире есть Отец, тот, кто создал все, и есть Мать, та, что хранит порядок и равновесие. Таокам дано бессмертие, а существам с одной душой короткая жизнь. Мать старается компенсировать эту несправедливость, даруя благодать.
Ага, значит, Мать и есть ИИ, который изначально отвечал за равновесие. Тот, который отжал "Верравию" у разрабов. Только почему‑то Мать не помогала мне, когда Латрон на ноль пытался помножить. Не одарила кучей званий, подарков и шмотом. Минуту – Мать! Все меркантильные мысли мигом улетучились. Мать – женщина! Никто не сможет обвинить меня в нелогичности. Это не так, хоть это и правда. Именно женщину встретил я в своем недавнем сне. Единственном, который привиделся за все время пребывания в игре. Это "жжж" явно неспроста.
Далия внезапно по‑кошачьи принюхалась и зарычала. Я даже заметил, как блеснули чуть увеличенные белые клыки, кожа на руках пошла буграми, а глаза поменяли привычную темноту на желтое пламя.
– Чужак… – выдавила она низким голосом. – Совсем рядом. Я должна…
Она рванула платье, оголяя крепкую полную грудь с горящей круглой татуировкой свернувшегося то ли ягуара, то ли леопарда чуть повыше сердца. Несмотря на привлекательную картину, я понял, что будет дальше, и это мне совсем не понравилось.
– Подожди, не оборачивайся!
Далия на мгновение застыла в напряженной позе, а мне пришлось, стараясь не смотреть на ее прелести, спешно объясняться.
– Ты сама говорила, что в первые минуты обращения в зверя не контролируешь себя. Извини, но я мясным рулетом стать не хочу. Дай нам уйти, а потом вперед.
– Нельзя. Он слишком близко, – торопливо отвечала отшельница. – Из‑за вас я не почувствовала его ментально, не отвела в сторону, пока была возможность. Сейчас мои способности неактивны, нужно время для их восстановления. Чужак не должен увидеть мой дом, не должен рассказать об этом другим таокам.
– Тем более нельзя, чтобы он видел тебя. Сама посуди, огромный оборотень высокого уровня. Он потом на тебя рейд приведет. Его должен убить другой игрок.
Лишь мгновение Далия колебалась, а потом удовлетворенно кивнула, бросилась по крутой лестнице в подвал и появилась с охапкой пузатых разноцветных флаконов и худых вытянутых мензурок.
– Пей, – протягивала она поочередно зелья то мне, то Хло. Фейре доставались сплошь синие, голубые и фиолетовые, а мне красные, ярко зеленые и золотисто‑желтые.
Вы выпили зелье "Великана". Здоровье увеличено на 600 единиц следующий час. 
Вы выпили зелье "Ловец поросят". Все способности и таланты, относящиейся к Ловкости, увеличены на 2 пункта следующие полчаса. 
Вы выпили зелье "Дуболома". Урон увеличен на 20 пунктов следующие три часа. 
Вы выпили зелье "Егозел". Уклонение от оружия ближнего боя увеличено на 20 пунктов. 
Вы выпили зелье "Модник‑сковородник". Увеличена привлекательность среди существ женского пола следующие 30 минут. 
– А это еще зачем? – скривился я, показывая на недопитый пузырек.
– Тьфу, перепутала с "Циклопом", они одного цвета. Ладно, Отец с вами. Хватит, и так накачены под завязку.
Это она правильно. Внутри меня уже начинал разгораться ближневосточный конфликт, не меньше, приправленный острыми оранжевыми сполохами изжоги.
– Куда бежать‑то? – отрыгивая разноцветным парами, спросил я.
Далия не сказала ни слова, но в моей голове появился некий призрачный образ – освещенная солнцем полянка, кусты можжевельника и треск ломаемых сучьев под крадущимся врагом. Блин, это же рядом совсем.
Наш маленький, но очень гордый и боевой отряд на реактивной тяге зелий вылетел из дома отшельницы и помчался вперед. Первой мыслью было драпануть в другую сторону, прочь от поехавшей Наместницы с меняющимся, как у наркомана, настроением. С другой стороны – как ни крути, она единственная ниточка к Иирмару, и сдается мне, в ее голове еще куча всякой полезной информации – к слову, о таоках мне ни одна местная сволочь не заикнулась.
Хм, до меня только что дошла одна простая, как вбитый в дерево гвоздь, мысль. Судя по всему, сейчас мне предстоит драка с высокоуровневым разведчиком – раз уж отшельница накачала нас с Хло по самые не балуйся. Да и нубам просто так в лес не зайти. Так‑с, и кто нам встретится: рога или пал? Это они любители соло‑проходов в неизвестные и неразведанные локации.
Додумать не успел, мы чуть не проскочили нужную полянку, остановившись на опушке. Явственно слышался шелест листвы, хотя никого не было – что еще за фигня? Неожиданный рык оглушил, а у самого лица вдруг из ничего возникли крупные желтоватые клыки со стекающими по ним ниточками слюны. Даже сделать ничего не успели, как волк‑стелс размером с корову, рявкнул еще раз и принялся тщательно обнюхивать меня, точно таможенник на границе. Еще один низкий, но не такой грозный рык, и позади него появились четыре волчонка, с опаской приближаясь и втягивая носом незнакомый запах.
Не будь я Другом Леса, оказался бы сейчас скромным ужином в серой лохматой семье, ну а так стая вполне дружелюбно отнеслась к появлению чужаков. Вон, песьи морды, даже хвостами машут. Я медленно, стараясь не нервировать клыкастых, вытянул руку и потрепал жесткую холку. Стена льда была окончательно разрушена.
Вожак‑отец принюхался и теперь повернулся в противоположную сторону. Оттуда на поляну вывалилась груда металлолома, внутри которой, по какой‑то нелепой случайности, оказался драман. Сыны Тойрина и так не отличались худощавостью, а этот еще оказался и весьма полным. Да и обрядился в массивный доспех. В конечном итоге на нас перла железная башня с игроком внутри.
Скрил4ик, уровень 63 
Ой‑ой‑ой, кажется, поторопились мы с Хло проявить инициативу. Тем более пер на нас танк, во всех смыслах. Ты можешь быть броневичком с раскаченной Силой, но на урон это прямым образом не влияет. Тот же голгора с высоким параметром Ловкости или визард с запредельным Интеллектом по дамагу может превзойти драмана. Конечно, можно раскачивать ветку урона, но тогда от таланта Тяжелые доспехи придется отказаться. На двух табуретах сразу не усидишь. Наш противник больше танк – гигантский круглый щит на спине, и вложенный в ножны меч с лазурной рукоятью. Дамагер‑драман выбрал бы двуручную секиру или что‑то более зубодробительное.
Грах‑грах‑грах, тяжело ступал Скрил4ик, а я судорожно соображал. Волки хищно ощерились, но отсупали перед грозным и опасным противником. Вы вообще как по уровню?
Опытный Волколак, уровень 47 
Щенок Волколака, уровень 32 
Щенок Волколака, уровень 35 
Щенок Волколака, уровень 31 
Волколаки, говоришь. Что ж, надо попробовать.
– Хло, бафы на Опытного Волколака! – кричу я, еще не решив, как добиться самого сложного – уговорить зверюгу воевать на моей стороне. Для начала беру его руками за шею, мягко и нежно, как горный хрусталь, смотрю прямо в глаза. – Послушай, не знаю, понимаешь ли ты меня, но мы не должны пропустить этого… таока. Он враг, он чужой, он не должен здесь быть. Он принесет лишь беду.
Открыта квалификация Звероуст. 
Волколак в ответ глухо рычит и вырывается из рук. Еще мгновенье, и острые когти скрежещут по доспехам, а зубы лязгают о металл, выискивая слабые места в сочленениях. Танк от внезапности слегка подсаживается и отмахивается руками, еще не догадавшись достать меч. Щенки срываются вслед за отцом, но лишь мешаются под ногами воина, пытаясь укусить за бронированные щиколотки.
– Хло, хиль главного Волколака, – кричу фейре, доставая лук. Я, вроде, что‑то на урон у Далии пил.
В очередной раз вспоминаю, что использую телохранителя совсем не по назначению. Ну что делать, если нет под рукой нормального лекаря. В идеале, конечно, сколотить бы боевую группу из неписей, да гонять паровозом по Верравии. По сути, денег больших не стоит, лишь два жирных НО сидело в голове. Первое – вопрос лояльности. Наемники есть наемники. Тем более, которые еще себе на уме. Это с Хло подфартило, совсем как в той русской поговорке "везет дуракам и пьяницам". Хоть пить начинай… Второе – все же вереница нанятых неписей привлекает ненужное внимание любителей поживиться за чужой счет, уродов вроде Латрона. И какой бы могучий ты ни был, на каждую силу найдется другая сила. Ох, куда мысли о лекаре меня занесли.
Фьють, фьють, фьють… Долго не целюсь, без толку, все равно в этой куче‑мале попасть точно не получится. Но все же стрелы, горя фиолетовым пламенем, летят аккурат в железное ведро, из‑под которого поблескивают злые и хищные глаза Скрил4ика. Этот гад теперь схватился за меч и с монотонным упорством кромсает волколака. Хло пока успевает залечивать бедолагу, но надолго моего помощника не хватит. Крак, крак… Стрелы рикошетят от шлема, древки разлетаются кучей щепы, но вот и на нашей улице переворачивается грузовик с пряниками.
Получен талант Изъян, уровень 2. 
– А!! – истошно вопит танк, рубя мечом воздух. Волколаки благоразумно затаились, отступив на несколько шагов, а я продолжаю осыпать раненого Скрил4ика стрелами. – Сука! – поворачивает ко мне залитое кровью лицо неприятель. Мать моя, вот попал так попал – стрела наполовину торчит из пустой глазницы.
Перекинувшегося внимания и секундного шока хватает Хло, чтобы полностью отхилить волколака. Фейра кривится, но опрокидывает в себя синий флакон с пузырящейся жидкостью, прихваченной из дома отшельницы. И тут же бьет огненным шаром по шагающему доспеху. Особого повреждения Скрил4ик не получил, лишь скинул раскаленную стальную перчатку, за что сразу же и поплатился.
Крепкие челюсти волколака сомкнулись на лапе драмана хваткой бультерьера. Захрустели кости, затрещала разрываемая кожа, сочно упали на землю оторванные пальцы. Танк сходил с ума от боли – хиты у него просели, но их по‑прежнему было достаточно, а вот толку никакого. Будь рядом даже слабый дебаффер, который снял отрицательные эффекты после крита в глаз и лишенной кисти, другое дело, но теперь… К тому же один из волчат умудрился схватить раненого воина за локоть и теперь, подражая отцу, с утробным рычанием рвал неприятеля.
– Хло, урон!
А сам аккуратно приблизился к уже стоявшему на одном колене врагу и стал наносить удары острым наконечником лука, целясь под шлем, в горло. Моему глухому стуку о железо вторят раскаты грома, в которых телохранитель так силен. Всего каких‑то пару минут, и все кончено. Скрил4ик издает предсмертный вопль, похоже, я никогда к нему не привыкну, и пустой доспех валится на опушку.
Ваш PVP счетчик увеличен на один. 
Спасибо, Дита. Знать бы только, что это с чем ее едят и куда приспособить. Но это фигня, я слушал волшебный голос, который и не думал замолкать, выдавая сдобные плюшки.
Внимание! Достигнут пятнадцатый уровень. 
Внимание! Достигнут шестнадцатый уровень. 
Внимание! Достигнут семнадцатый уровень. 
Внимание! Достигнут восемнадцатый уровень. 
Внимание! Достигнут девятнадцатый уровень. 
Внимание! При повторной смерти персонажа Скрил4ик опыт засчитан не будет.
И так спасибо, отсыпали сладкого, как бы диабетом не обзавестись. Становлюсь на колено перед волколаком. Его пасть залита кровью, шерсть на морде свалялась и пахнет мокрой псиной, но я искренне обнимаю зверюгу.
– Урх, – лезет под руки один из щенков, ревнуя родителя ко мне, а может, и наоборот. Приходится трепать по загривку и его.
– Послушайте, – обращаюсь к ним всем. – Таок будет возрождаться. Нужно остаться здесь и не дать ему надеть доспехи.
В ответ согласное рычание. Вернее, волколак просто рычит, но я понял, что он принимает мои слова. Почитаю смерть Скрил4ика минутой обшаривания его карманов. А что, отношения с ним все равно испорчены. Доспехи, оружие, железки, травы (он что, в боевом облачении бешеного локомотива сюда заперся, чтобы Травничество качать?), золото. Вот деньги я со спокойной совестью забираю – 232 золотых. Неплохо.
Волколаки, почти не шевелясь, сидят и смотрят на меня. Сначала один, потом другой уходят в стелс, озаряясь серой линией по контуру тела. Так вот оно что. Стоит им затаиться, как становятся невидимыми. Мне бы такую способность.
Хрясь!
Внимание. Получено 38 урона.  
Респаун Скрил4ика оказался на удивление коротким. Не успеваю ничего сделать, как стая набрасывается на голого драмана и в одно мгновение растаскивает его по кусочкам. Эх ты, надо было доспех сразу надевать, а не мстю мстить. А то решил голыми руками меня до смерти забить. Слизни больнее кусали…
– Я тебя найду, сука! – успевает крикнуть Скрил4ик в следующее свое воскрешение, а я лишь довольно улыбаюсь. Кого ты будешь искать, дона Кихано или как меня там? Это всегда пожалуйста.
Танк кричит угрозы еще несколько перерождений, а потом замолкает. Лишь пылающие злобой и ненавистью глаза говорят сами за себя. Как бы помягче сказать – он недоволен. Очень и очень. Вот ведь, плюнул бы, расконнектился, зашел бы через часок и все. Тут уже ни волков, ни меня не будет. Правда, тогда попадет в крепкие сети Далии, но он же об этом не знает. Однако Скрил4ик с упорством идиота продолжал возрождаться.
"Оставьте его" – прогремел голос с неба. Я поднял голову, посмотрел на качающиеся верхушки деревьев и только потом понял – говорильня внутри меня. Значит, Наместница восстановила свои ментальные абилки.
"Оставьте его и отойдите, чтобы он не видел вас".
Да пожалуйста. Я делаю знак Хло, но тот уже и сам отступает. Ого, получается, у нее многоканальный сеанс связи. Хорошо бы прощупать силу предархимага Далии, вдруг она и армии может вспять поворачивать? Пока мы отбегаем и прячемся за одним из деревьев, волколаки уходят в стелс, оставаясь на полянке. Хотел было шугануть их, да с земли уже поднялся голый драман. Терминатор недоделанный.
Воровато оглядывается – да, мои клыкастые друзья разуверили его в бесконечной крутости – и начинает спешно одеваться. По мере того, как Скрил4ик натягивал новые элементы брони на себя, меня, как в известной песне, все "больше снизу посещал испуг". Но нет, танк подобрал сидор со своим барахлом и, поминутно оборачиваясь, чуть ли не побежал прочь. И правильно, не удалось обратить своих врагов в прах – надо самому обращаться в бегство. Чудесны дела твои, Далия.
"Можете возвращаться, я отвела его".
Ну вот, помянешь черта… Я заложил пальцы в рот и свистнул. Волколаки выскочили из стелса и заливисто залаяли, как давно прирученные и прикормленные собаки. Ладно, до скорого, зверюги. Похоже, я и вправду становлюсь Другом Леса.

Возвращение в столицу 

– Вот!
Я с довольным видом малыша‑двухлетки, дарящего родителям куличек из полезного природного материала естественного происхождения, положил перед Далией кусок спрессованной грязи. Отдаленно моя находка напоминала засохшее "Мумиё", что использовала мать для удобрения растений, и кусок угля, вот только камешек легко мялся, после чего принимал прежнюю форму. Если бы не Серый, вожак волколаков, я бы точно не обратил внимания на артефакт.
Вообще стая стала моими верными спутниками в путешествиях к воронке. Фейра, по известным причинам, старался туда не соваться, хотя и подходил ближе, чем следовало, а Далия, хоть изредка и отговаривала, понимая мою упертость, отделывалась выдачей зелий для снятия магического похмелья.
За три дня квартирования у отшельницы мой поисково‑разведовательный отряд обнаружил: три тяжелых божественных доспеха, по предварительным данным, для носки уровней 120+; шесть легких доспехов, навроде моей первой находки; три меча размером с эго архивариуса Лебуха, не меньше; разбитый щит, целый щит, грязный щит и еле заметно торчащий из земли щит – все различной конфигурации и размеров; грязи, магического фона и груды развалин – неисчислимо. Подойти к артефактам вплотную и разглядеть их получилось всего пару раз, после чего волколаки вытаскивали мое обмякшее тело прочь из воронки. Поэтому пришлось ограничиться стекающей по подбородку слюной и сидением на подножке еще не купленного мотоцикла. Однако из‑за неудач мое желание овладеть божественными артефактами только усилилось.
К слову о стае. Волколаки оказались не такими простыми, как я думал. Их умение невидимости являлось последствием магического заражения. Только Лок ведает, сколько еще вокруг ходило животных с разномастными особенностями, которые они получили из‑за близкого соседства к месту последней Битвы Богов. Хоть бери пучком и в цирке показывай. Не люби я животных, да не будь Другом Леса, точно занялся подобным методом обогащения. Пока же приходилось задумываться о более прозаичных вещах. Вот и сейчас, глядя на этот камешек, я все размышлял, сколько смогу выручить за него у трех братьев.
– Очень редкий артефакт, – согласилась Далия. – Я даже не могу его идентифицировать. В нем заключено сущность. Когда‑то она был очень сильной, но со временем частично исчерпала себя. Могу сказать точно одно – артефакт темный, принадлежал Темным Богами.
– Возьмешь его и темную сторону силы выберешь ты, – голосом магистра Йоды продекламировал я.
Далия ничего не сказала, но ее взгляд просто раздавил. Ну да, временами я слишком несерьезен, но если двадцать четыре часа относиться к жизни излишне глубокомысленно, то годам к сорока в петлю полезешь. Где‑то я слышал, что юмор – адекватная реакция на неадекватную действительность. Вот точно про меня.
– Я не знаю, получится ли обработать этот камень. Но его можно разрушить. Тогда часть его силы перейдет к тебе.
– Часть темной силы обретешь ты, – начал было я, но замолчал, прибитый ментальным давлением. Ладно, ладно, молчу. – А не будет никаких проклятий или ухудшения отношений с Темными Богами?
– Я не чувствую проклятия, – провела Наместница рукой над камнем. Про анафему темных Богов не сказала ни слова. – Что хочешь с ним сделать?
– Обработать, само собой, заманчиво, но лучше разрушить. Вдруг этот камешек как‑то на психику влияет, не хочу превратиться в Голума.
Наместница кивнула. Видимо, я впервые за долгое время ответил правильно.
– Молоток нужен… Или ножкой стула можно попробовать придавить.
– Просто сожми его в руке и прикажи камню разрушиться.
– Приказать?
– Он живой. Не сам камень, а сущность внутри. Ты обнаружил ее вместилище, впервые за долгие годы. Поэтому сущность расположена к тебе и будет выполнять приказы.
– Получается, если бы мне, к примеру, продали камень, то он не послушался бы?
– Да, слишком близки в памяти воспоминания о прошлом владельце. Понадобилось бы время. Сожми его и прикажи.
Сказано – сделано. Я не без брезгливости схватил уклоняющуюся от пальцев субстанцию и сурово посмотрел на недомумие. Ну что, "дестрой, мазафака". Вот теперь это был действительно камень: твердый, словно застывший много веков назад кусок магмы. И горячий, к тому же. А! Больно как!
– Терпи, идет процесс высвобождения сущности.
Легко сказать терпи, сама бы подержала, если такая умная. Я мысленно схватился за рот, а Далия укорительно посмотрела на меня. Ну извините, до сих пор не могу привыкнуть думать красиво и исключительно литературным языком в присутствии Наместницы. Могу ошибаться, но, вроде, по правилам этикета вваливаться в сознание других людей без их разрешения тоже не комильфо.
– Видишь, получается.
Я не заметил, что там получалось, но рука превратилась в одну большую точку боли. На лбу выступили капельки пота, а в глазах появились мутные зеленые круги, то и дело расходящиеся в стороны и сменяющие друг друга.
Тук… Тук… Я помотал головой, и зрение частично вернулось. От камня на стол отваливались небольшие куски. Далия колдовала над рукой, проговаривая вполголоса леченые заклинания, а Хло с испуганным видом глядел на меня. Крекс… Камень развалился полностью, выпуская из себя клубы черного дыма, сформировавшегося в небольшое облачко.
Сущность Тьмы, уровень неважен. 
Что это значит, неважен? Очень даже важен. В конце концов, мне просто любопытно, тварь какого уровня пряталась в камне.
– Приветствую, хозяин, – зашипел туман. У меня по коже невольно пробежала дрожь. Дело даже не в прогрессивном взгляде на рабство, просто кем‑кем, а хозяином вот ЭТОГО, быть никак не хотелось. – Я готов к вечному служению. Мне стать частью тебя?
Фу, мерзость какая. Я вопросительно посмотрел на Далию, краем глаза косясь на добровольного симбионта.
– Это что еще за сношения с темными существами?
– Сущности укрепляют хозяина, как я понимаю, – нахмурила свое красивое лицо Наместница. – Растворяются в нем.
– Ну так расспроси у этого… – осторожно мотнул головой я. – Чего делать теперь с ним?
– Бесполезно. Сущность будет слушаться только тебя.
– Ну ладно, кхм‑кхм, – я постарался придать своему голосу повелительные нотки. – Каким образом ты можешь меня укрепить?
– В моих силах повысить любой из навыков на десять единиц, – спокойным голосом исторгло облако.
Никогда еще я так быстро не менял свое мнение. То, что можно усилиться за счет темной сущности, да и ладно – все, что нас не убивает, делает сильнее. А противное слово "слияние" с существом непонятного пола можно заменить на "симбиоз с сильным организмом". Получается, у меня шесть свободных очков, будет еще десять…
– Короче, давай, этого… сливайся со мной. Будем усиливать Ловкость.
– Слушаюсь.
Облако поплыло ко мне, сверкнуло внутри еле заметными молниями и тут же остановилось. Я зажмурил глаза и… ничего не произошло. Сущность по‑прежнему нависала надо мной.
– Чего тормознул‑то?
– Хозяин, вы не служите Тьме!
– И правильно делаю. У меня от Тьмы, знаешь, печень пошаливает.
Сущность Тьмы может произвести слияние с игроком, поклоняющимся только одному из Трех Темных Богов. 
Мда… И что теперь делать.
– А ты можешь по моему приказу слиться с каким‑нибудь другим игро… таоком?
– Да, хозяин.
Я посмотрел на Наместницу, но та с усмешкой, но торицательно покачала головой.
– Я, как и ты, Серая. Последовательница Бейреша.
В голове тут же встал образ неуклюжей знакомой, которую недавно встретил. Что ж, раз не все коту масленица, то сделаю доброе дело – Фиалке как никому другому нужна Ловкость.
– Таок Фиалка, послушница Богини Берел. Слияние на Ловкость.
– Будет выполнено, хозяин.
Облако рвануло к двери и вылетело в лес. Интересно, каким образом оно осуществляет поиск персонажей? Подключается к общей сети всех последователей Темных Богов и отыскивает нужного человека? Как вариант. Вопрос только в длительности времени. Допустим, Фиалка по‑прежнему где‑то неподалеку, и сущность…
Получено звание Альтруист. 
Вторил голосу Диты легкий виброрежим книги, спрятанной в мешке. Стоило взять ее в руки, как походный журнал открылся на последней странице.
Друг Фиалка  пишет (интересно, когда это мы стали друзьями?):
"Круто. Спасибо, хотя Ловкость мне и не так нужна, но дареному коню в зубы не смотрят. Я только вас не знаю, Тур Хейердал, но в друзья добавила. Если что нужно, пишите. Кстати, у вас очень странный ник. Нет, я, конечно, встречала людей со странными никами. В смысле, и фейр, и голгор. Людей здесь в этом смысле, что игроков. Да, так будет точнее. Так вот…".
Я аккуратно сделал приписку рядом с ником Фиалки "не показывать сообщения игрока". Это не бан лист, но извини, дорогая, читать твои опусы нет ни сил, ни желания. Надо будет, свяжемся.
Тур Хейердал, да уж, интересно, кем я стану завтра? Вчера был Жак Ив Кусто. Пробило что‑то Лока теперь на путешественников. Вот и попробуйте проследить логику ленивого Бога.
Кстати, пока уж книга в руках, пора и характеристиками заняться. Не дело это со свободными статами ходить. Итак, у меня шесть очков навыков и четырнадцать способностей. Силой мы пренебрегаем, нам доспехи не носить, Выносливость тоже идет лесом, так как с каждым уровнем поднимается автоматически. Хм, давно, кстати, я хотел какое‑нибудь легонькое заклинание выучить, может, самое время? Брошу четверку на Интеллект и двойку на Ловкость. Сделано.
А вот способности будем делать боевые, последнее сражение с танком показало, что как воин дд‑шник я слабо вкачан. Тренировка +5, Меткость +4, Сноровка +4, Залп +2, ну и черт с ним, Гимнастика +3. Лишней точно не будет. Что у нас в общем?

Персонаж: Крил. Уровень 19. 
Раса: Человек. 
Сила:  10, (+10 достижение "Вивисектор") 
Защита: 1, Блокировка: 4 (+3 от предметов), Грузоподъемность: 125 (+25 % базовый навык). Текущая: 14 
Залп: 4. Шквал: 1, Бронебойность: 1 
Интеллект:  8, Мана: 80. 
Красноречие: 4, Остроумие: 2, Торговля:2, Убеждение: 2, Вранье:2 
Сопротивляемость: 1, Магический иммунитет: 1. 
Наблюдательность: 1, Травничество:1, Подслушивание:1 
Выносливость:  43, Бодрость: 430, Здоровье: 440 (+10 достижение "Вивисектор") 
Ловкость: 13  
Гимнастика: 10, Бег: 14 (+7 от предметов), Акробатика: 12 (+5 от предметов) 
Сноровка: 7, Уклонение: 10 (+9 от предметов), Кровотечение: 1 
Тренировка: 18, Скорострельность: 11 (+1 от предметов) 
Меткость: 6, Изъян: 2, Дальность 1. СНАЙПЕР 1 (Дальность+Бронебойность). 
Скрытность: 2, Маскировка: 8 (+6 от предметов), Незаметность:7 (+6 от предметов) 
Профессии: Охотник. Уровень мастерства: Новичок. Квалификации: Зверобой, Звероуст. 
Репутация у альянса контрабандистов: Знакомый незнакомец (скидка на покупку незаконного товара 5 %) 
Звания: Спаситель, Друг Леса, Антимаг, Альтруист 
Уровень брони: 150 
Свободных очков навыков: 0, очков способностей: 0 

Все хорошо, но таланты надо качать. Кровотечение на единице, в перспективе повышение еще на шесть пунктов. У Скорострельности теперь восемь очков роста, Уклонение можно качнуть на шесть, опять же.
Едем дальше, Альтруист:
Только бескорыстный человек может пренебречь личной выгодой, чтобы помочь ближнему. Таких людей пускают туда, куда обычным смертным проход закрыт. 
Точно не про меня. Ладно, а где там плюс пять к силе, типа Добро должно быть с кулаками? Перечитал заново. Хм, получается тупо доступ в какие‑то закрытые локации. Интересно, какие? Где единороги испражняются радугой, и живут сплошь принцессы? Ну ладно, главное, отношения ни с кем не испортил, уже неплохо. А пустое звание карман не тянет, болтается и черт с ним.
Только хотел было закрыть книгу, как она сама собой развернулась на странице друзей. Твою маму, неужели Фиалка через запрет пробилась? Но нет, там высветилось послание от Навуходоносора:
"Надо поговорить. Срочно. Вышли на след нападающих. Напиши, как будешь в столице".
Как‑будто телеграмму пишет. Он что, за лишние буквы золотыми почте Тойрина платит? Хотя, может, это возрастное? У меня самого мать на все мои смс‑сочинения отвечала односложно: "хорошо", "может быть", "возможно". Так я на свою голову еще научил ее новомодной американской аббревиатуре, теперь знаю ответ на любое послание заранее – ОК. Знал, поправил я себя. И хорошее настроение мигом улетучилось.
Ладно, самое лучшее средство от меланхолии и депрессии – бурная деятельность. Желательно, созидательная. Метнусь в столицу по‑быстрому, поговорю с Олегом. Все хорошо, вот только транспортом меня кланлид миротворцев обеспечить забыл.
"Кирилл, привет. Олег сказал, что тебя забрать надо. Откуда?".
Я расплылся в улыбке – Света. Все‑таки поторопился я насчет Навуходоносора, дядька продуманный, и жнец и чтец, и на дуде игрец. Взял стилос в руки.
"Деревня Вубра. Жди меня там. Скоро буду".
– Придется отложить мне знакомство с Иирмаром до лучших времен, дела государевы.
– Хорошо, – согласилась Далия, но посмотрела так, словно хотела сказать еще что‑то, да передумала. – Стая говорит, что ты показал себя как истинный лидер.
– Стая?
– Волколаки. Признаться, не думала, что скажу подобное, но если ты хочешь стать еще ближе к Лесу, ближе к зверям…
Получено задание "Волк в овечьей шкуре". 
Зверь с разумом человека, человек с силой зверя. Оборотней в Верравии не так много, и стать одним из членов стаи – большая честь. Важно лишь понимать, что стоит переступить черту, обратного пути не будет. Принять (да/нет). 
Внимание! Вам предалагается выбрать класс Оборотень. Отнеситесь к этому со всей серьезностью, отменить или поменять класс невозможно.  
Класс Оборотень. Повышение урона, живучести, ловкости. Есть только одно и весьма весомое НО.
– Далия, ты можешь контролировать свой разум в обличии зверя?
– Могу. Но не в первые минуты обращения. Контроль над разумом приходит со временем.
– Со временем это сколько?
– Пара лет, может, чуть дольше.
А вот и ведро дегтя в бочку меда. Извини, но нет у меня пары лет, а бегать неразумной зверушкой, опираясь лишь на инстинкты, меня не радует. Жаль, но нет. НЕТ!
– Это твой выбор. Прощай, Крил‑Кирилл, надеюсь, мы скоро встретимся.
Конечно, встретимся, через пару дней. Поговорю с Олегом, возьму Светку да рванем на лесной пикник. Воронку ей покажу, вместе покумекаем, как оттуда все добро вытаскивать. Я кивнул Наместнице и вышел из дома.
Волколаки сидели перед дверью, выстроившись в линию, и нетерпеливо помахивали хвостами. Увидев меня, стая бросилась навстречу, повалив на землю и рискуя зализать до смерти. Чувствовали зверюги скорую разлуку.
– Ну будет, будет. Вот ведь черти, дайте поднимусь хоть.
Я по несколько раз потрепал каждого и обнял вожака. Тот лизнул ухо и жалобно гавкнул.
– Ну ладно, чего ты. Вернусь скоро. Ты приглядывай за своими.
Вожак положил лапу на грудь, и я почувствовал странное жжение, словно в тело впивалось нечто инородное, но вместе с тем понимал – это не принесет вреда.
Получен знак "Псы войны". Раз в месяц вы можете активировать знак. Ближайшая к вам стая придет на помощь. 
Я осмотрел шрам в виде волчьей лапы. Выглядело устрашающе, даже внушительнее, чем татуировка дикой кошки на груди у Далии.
– Спасибо… Ну, Хло, чего стоишь, погнали.
Я шагал быстро, стараясь не оборачиваться. В душе поселилась смутная тревога, будто не вернусь сюда через пару дней. И стая чувствовала долгую разлуку, скуля и заливаясь скорбным лаем.

Вубра на недолгое время превратилась в выставку достижений народного хозяйства, главным экземпляром которого являлся Кецалькоатль. Отожравшаяся виверна лениво водила головой по сторонам и щелкала пастью на слишком близко подобравшихся к ней любопытных нубов. Я их понимал, летающий маунт – редкость. По крайней мере, в столичных каталогах ничего подобного не видел.
Неподалеку с самым скучным лицом в верравийском мире рвала травинки и тут же выбрасывала их высокоуровневая паладинша. Часть общественного внимания досталась и Свете, но внутреннее чутье и инстинкт самосохранения были развиты даже у нубов. Они понимали, что лучше лишний раз сунуться к мохнатому перепончатокрылому чудище, чем подойти к симпатичной девушке в редких доспехах, находящейся не в самом лучшем настроении.
– Кто умер? – спросил я, протискиваясь сквозь обступившую толпу.
– Я уж думала, ты, – сразу набросилась на меня Сетта. – Битый час тут торчу. Сказал бы, куда лететь – сразу тебя забрала.
А вот это мне не понравилось. Сам по себе я человек мягкий, но когда вот так, с размаху, из тебя пытаются вить веревки и обвинять во всех смертных грехах – надо сразу пресекать. И дело даже не в том, что мы со Светой два четверга вместе. Мудрые женщины в этом моменте очень похожи на детей, они подолгу скрупулезно выискивают твои слабые стороны, проверяют границы дозволенного. А уж если найдут ахиллесову пяту, то будут при каждом удобном случае давить на нее. И потом уже поздно будет включать мужика и пытаться что‑то исправить. Меня пока спасало одно – характера в Свете было гораздо больше, чем мудрости.
– Я, вроде, не давал повода разговаривать тебе со мной в подобном тоне, – вместо добродушного и мягкого Кирилла сейчас предстал холодный айсберг, после встречи с которым потонул не один "Титаник". – Если ты предполагаешь строить наше общение именно в таком ключе, то боюсь, я не очень благодарный для этого собеседник.
Я много видел растерянных женщин: кондуктора в автобусе, которому даешь тысячную купюру, пожилую тетку на кассе, пытающуюся найти оставленный дома кошелек, мамину соседку тетю Вику, от которой после двадцати трех лет совместной жизни вдруг ушел муж, но в данный момент в этой незатейливой номинации Света взяла бы первое место. Понимаю, когнитивный диссонанс и все такое. Но это нормальное начало любых отношений. В какой‑то момент понимаешь, что человек не соответствует образу, который ты создал.
Больше всего, конечно, сейчас хотелось подойти и обнять Свету. Но нельзя. Не поймет тогда ничего, почувствует, что слезами и обиженным личиком можно сломать меня. И ведь, не факт, что будет не права. Поэтому занял выжидающую позицию. И что бы вы думали – вуаля.
– Ты извини, я что‑то и правда срываюсь, – Света включила режим "извиняющийся тон". – Давят на меня эти "миротворцы": Кириллу не пиши, сюда не ходи, это не делай. А толком ничего не говорят. Ты сам как?
Света осторожно прильнула ко мне, захлопав огромными глазищами. Ага, пошли женские чары из разряда "чувствуешь, что не права – улыбайся и поправляй лифчик". И сразу виноватых нашла, и на меня уже не злится.
– Нормально. И Олег ничего не говорит? – сказал я уже мягче, хотя и старался сохранить ледяные нотки, стремительно тающие под напором Светы.
– Так видела бы его, – девушка прижалась ко мне, проворные лозы ее рук окутали плечи, тяжелые доспехи впились в тело. Ух, силищи‑то в ней сколько. Понятно, что игровой, ненастоящей, но все же. – Шляется где‑то, если и появляется, то на несколько минут, на нас ноль внимания.
– На нас? Мы – это кто?
– Игорь, Сергей и я. Да и то все при деле. Горилла в рейд в Недра Омры ходил вместе с "миротворцами", Сергей целыми днями молотком стучит да доспехи перекрашивает. А мне что делать?
Ох, самая ужасная напасть человечества – женщины с большим количеством свободного времени, неспособные его заполнить. Не направишь эту ядерную энергию в мирное русло, так все, жди, когда рванет в виде "мы никуда не ходим", "мы топчемся на месте и не развиваемся", "все превратилось в рутину". Ладно, посмотрим, что можно сделать.
– Ну и где Олег сейчас?
– Совещается с кланом в кабаке.
– В "Пьяной Сове"?
– Нет, у них теперь новое место дислокации. Полетели?
Света ловко взобралась на своего Кецу, точно с трех лет практиковала езду на уродливых чудовищах, и поманила рукой. Блин, не внушают доверия ваши авиалинии. Но я с грациозностью гиппопотама взобрался на виверну, несколько раз чуть не сорвавшись, и вцепился что есть силы в Свету. И дело сейчас шло не столько о любви, сколько о страхе. Я лишь мельком взглянул на хвост монстра, где примостился не менее ошарашенный всем происходящим Хло.
– Аргх… – Виверна взмахнула крыльями, и воздушный поток разметал стоявших поблизости малышей. – Аргх… – И вот мы уже тяжело, но начинаем подниматься в воздух. – Аргх… – Вот заладило чудище, будто слов других не знает. От сильного встречного ветра выступают слезы, в глазах рябит от мелькающих верхушек деревьев, крошечной, едва заметной точкой виднеется вдали столица. Подумать только, почти день от нее сюда шагал.
Постепенно чувство страха сменилось восторгом. Я перестал цепляться подобно паралитику в Свету, вместо этого спокойно держусь за шерсть Кецы, растущую лишь у позвоночника, чувствуя напрягающиеся при каждом взмахе мышцы. Блин, невольно стал проникаться уважением к мощи маунта. Захотелось такого. Пусть не уродливого и с умеренной волосатостью, но чтобы обязательно воздухоплавательного.
Стала вырастать широкая приземистая, с высоты птичьего, то есть виверновского полета, стена, проявляли все более резкие очертания круглые башни, неуверенно проступил серой дымкой главный замок, который когда‑то покинула Наместница, и с чьим сыном я так и не встретился.
Случайно бросил взгляд на дорогу, огибающую город и поднимающуюся к центральным вратам, и обратил внимание на крошечную фигурку. Драман, судя по комплекции, но с какой‑то знакомый, почти родной. Как там у Сукачева: "а я милого узнаю по походке".
– Света, – хлопнул я по наплечнику, отчего сразу заныла рука. – Нам надо вот здесь сесть.
– Так до города еще не добрались.
– Надо здесь, – занудил я, как ребенок, увидевший новую игрушку.
Паладинша потянула вожжи на себя, виверна оглушительно взревела и, описав широкую дугу, стала снижаться. Снизу на нас заворожено смотрел драман.
– Это кто? – ревниво спросила Света.
– Старый друг.
– А имя у старого друга есть?
– Есть… Эдегар.

Дверь, которой нет 

Есть у дружбы с драманами неприятная особенность. К слову, все прелести товарищества с ними я так и не познал. Помнится, при выполнении последнего поручения Эдегара, моя тушка чуть не осталась наблюдать красоту местного пейзажа с высоты холма. Но и этого оказалось мало, теперь лесоруб проверял на дефицит кальция мои кости, что прохожие могли охарактеризовать забавным словом "объятия".
– О, как ты возмужал, – наконец отпустил меня Эдегар и хлопнул по плечу с такой силой, что если бы во мне когда‑то и была дурь, то теперь он ее окончательно выбил.
– Да, в навыках немного поднаторел.
Я понимал, о чем говорит драман – чем выше уровень способности, тем больше ты менялся внешне. Апнул бы двадцать силы, стал крупным здоровяком, не меньше в плечах, чем сам Эдегар. Но я невольно качал Выносливость и совершенно осознано Ловкость. Сам заметил, что руки стали более жилистыми, движения проворными, поступь уверенной. Не знаю, может, и пара очков Интеллекта добавила моему взгляду некой осознанности. Вон Хло постоянно выглядит, как хранитель всех знаний, вплоть до того, где находится затонувшая Атлантида
А вот Эдегар изменился. Лицо заметно исхудало, зажившие порезы на щеках чуть закрывала колючая щетина, глаза смотрели с особой внимательностью, а сам он напоминал сжатую пружину, готовую в любой момент выпрямиться. Что ж, не будем тянуть. Возьмем сразу быка за рога.
– Слушай, ты, когда меня в деревне оставил, не в Шипастый Лес отправился?
– Нет. Зачем он мне? – искренне удивился Эдегар. – Далеко, зверье там все дикое, опасное. Себе дороже выйдет там охотиться. Опять же, грибы не все есть, – драман заговорщицки подмигнул мне.
Так, ничего не понимаю. Вообще я представлял, что сейчас Эдегар падет ниц и скажет: "Да, я и есть тот отверженный и оскорбленный принц. Ты разгадал загадку века. Владей же теперь Локтром и всем Тойрином, ибо…". Какое именно "ибо", я еще не придумал, но оно и не понадобилось. Либо в леснике пропадал гениальный актер, либо он точно не сын Наместницы.
– А куда же ты пропал? – растерянно пробормотал я.
– Надо было навестить старого приятеля, – Эдегар откровенно стушевался, хотя теперь стало ясно, он не врет. Блин блинский, так все удачно складывалось!
– В столицу чего, к контрабандистам?
Лесник сделал суровое лицо и несколько раз перевел взгляд с меня на Свету. Вот тоже мне, эрзац‑конспиратор. Первому встречному‑поперечному все явки и пароли сдал, а теперь решил в загадочность поиграть. Понятно, что я ему стал довольно быстро другом, а паладинша никто, но все же – поздно хлестать Боржоми…
– Это со мной. Тем более она из контрабандистов, ее ранг "знакомый незнакомец".
Эдегар осторожно кивнул, но было видно – Света его доверия не заслужила, по крайней мере, пока. Вообще, создалось ощущение, что они раз и навсегда невзлюбили друг друга. Эдегар отыгрывал роль вечно пьяного однокашника, заваливающегося пару раз в год и обязательно напаившего мужа, а Света – стервозной жены, освоившей знаменитого классика лишь наполовину, в виде фразы "не пущать". Много раз замечал насколько сильно первое впечатление. Ты хоть в лепешку потом расшибись, а изначальный гештальт скальпелем из головы не выковыряешь.
– Я тут собрал кое‑что, – лесоруб аккуратно снял мешок и раскрыл его. Внутри было пусто, но по знакомому травянистому запаху я все понял: регзы. – Грибы отменные.
– Ясно, – я уже понял, что опрофанился.
Нет, конечно, нельзя сказать, что не был рад видеть Эдегара. Мужик он хороший, а готовит как! Но было бы еще лучше, окажись таинственный лесоруб Иирмаром Наместниковичем с весьма своеобразной мамашей и правом на Тойринский трон. С другой стороны, квест "Тайна Эдегара" никто не отменял. Может, он окажется подпольным миллионером Корейко. Я двумя руками "за".
– Ты меня не представил своему товарищу, – сказал лесоруб.
Какому это еще товарищу? Я обернулся и заметил фейру, скромно стоящего в позе бедного и несчастного родственника.
– А, это Хло. Мой телохранитель почти на общественных началах.
– Очень рад знакомству.
Драман и фейра церемонно пожали друг другу руки. Причем бодигард держал себя с таким достоинством, что я отодрал табличку с надписью "Иирмар" от варвара и прицепил к нему. Блин, свихнусь с этим наместничеством раньше, чем найду сына Далии. Но это ладно, фигня – война, главное маневры. Странно другое – на паладиншу с высоким уровнем Эд внимания не обратил, а перед фейрой расшаркивается. Я посмотрел на Свету: стоит, закусив губу и превратив свои большущие глаза в подобие хитрого китайчонка. Задело девчонку, чертовски задело.
– Ну ладно, вы еще целоваться начните, – нарушил я идиллию. – Может, до города поднимемся или дальше будем тут молочные железы мять?
Света в ответ на сальную шутку наградила меня сердитым взглядом. Я сделал вид, что ничего не заметил. Надо бы обрасти железной кожей к таким женским штучкам. Нет, я не против, чтобы из меня вили веревки, самоутверждаться за счет второй половины глупо, а постоянно стучать по столу – никакой мебели не хватит, но и благоверной берега надо видеть. А то, как говорится, не умеешь – научим, не хочешь – заставим.
– Пойдем, – согласился Эдегар.
Фейра в ответ кивнул. Я даже удивился. Мне теперь и с Хло советоваться? Надо этот "Твикс" в срочном порядке разлучать, а то испортит мне Эдегар телохранителя своим либеральным отношением к наемному работнику. Как пить дать испортит.
– Хло, сзади иди, прикрывай, если что, – взял я паладиншу за руку и вежливо пропустил Эда вперед. Света вскинула руку, и ее Кеца молниеносно взметнулась в небо. Ну естественно, теперь без рыцарши в доспехах и нас с фейрой было полегче.
Город встретил знакомым гомоном и шумом, тонущим в хаосе выкриков. Собирались рейды в высокоуровневые локации, требовалась охрана для рудников на севере острова, нанимались для похода к юго‑западным пещерам охотники и скорняки, вновь образованный клан приглашал игроков, маня призрачными благами и разбрасываясь многочисленными шкурами неубитых медведей. Локтр пережил нападение, сбросил оковы страха, вынырнул из вод оцепенения и, казалось, стал еще живее, стараясь наверстать безмолвные дни усиленного патрулирования пустых улочек.
Что ж, мне подобное только на руку. Чем больше людей, тем лучше торговля. А жирный гешефт был очень необходим, особенно сейчас. Артефакт, который я заказал у Кобелюги, по моим прикидкам стоил совсем недешево.
Хотя как раз у моей лавки народу не было, что привело в некоторое замешательство. Надеюсь, бизнес не дал трещину, пока меня не было. Если так, то хреновенький я руководитель. Правильно поставленное дело должно работать как часы, а не ждать постоянных вмешательств извне.
– Зайдешь? – спросил я лесоруба.
– Сначала к Тертилу надо, – мне показалось, или Эд избегает больших компаний. Ох, у всех тайны, загадки, жизни не хватит, чтобы все узнать.
Драман заверил, что, несмотря на нелюбовь к столице, он тут на пару дней и обязательно навестит меня. Я же, в свою очередь, объяснил, как пробраться к моему съемному дому. Помнится, аренда действует еще три дня, а потом придется подыскивать новое жилище.
– О, здорово, – воскликнул Сергей.
Хоть что‑то неизменно в этом нестабильном мире. Кобелюга выглядел по‑прежнему: слегка взъерошенным, если можно так выразиться о фейре, с уставшим лицом, но живым и задорным блеском в глазах. А вот магазин преобразился. На стенах висели вычурные щиты, годившиеся лишь для рыцарского дефиле перед турниром, нежели для реальной драки. Полы вымыли и начистили – теперь были видны широкие ровные доски, ладно подогнанные одна к другой. Но самое главное – у стойки, превратившись в подобие статуи, хмурился драман городской стражи.
– Привет, а это кто?
– Стражник, – повысился в звании до капитана‑очевидности Сергей.
– Понятно, делает он тут чего?
– Так Лебух прислал. Это часть сделки. Ты же сам оставил меня за главного, вот и пришлось принимать ответственное решение.
– А если по сути?
– Мы делаем имперские доспехи всей страже Локтра. Увидел тут господин Лебух игрока в полном комплекте от нашей конторы и очень ему образ понравился. Теперь каждый стражник должен блистать золотом. Мы ему вполне умеренную цену, а он нам – лояльность и охрану.
– Стоимость полного доспеха в сравнении с обычной продажей намного ниже?
– Ненамного, но ниже. Все‑таки опт, причем нехилый. Да и ссориться с властями себе дороже. В общем, все остались довольны. К тому же я доходчиво объяснил, что заказ на работе магазина никаким образом отразиться не должен – вот и сегодня, продали уже все, теперь можно о Лебухе вспомнить. Ты о цене не думай, я торговался до последнего. У меня Красноречие и все таланты, к нему привязанные, на двадцатке.
– Это каким образом?
– Так донат. Идет какая‑нибудь группа в рейд, а один из участников у них – мертвая душа. Не воюет, в добыче лута не участвует, но опыт получает. Пара недостатков, конечно, есть. Например, серьезные игроки с высокими уровнями на такое не подписываются. Брезгуют. А те, кто берутся, такие космические суммы требуют, что волосы дыбом встают. Но с миру по нитке набегает. Я ведь уже тридцать четвертый уровень, хотя дальше столицы никуда не ходил.
– Офигеть, – присвистнул я. Мне такое даже в голову не пришло.
– Тебе, Кирилл, легче Олега попросить, он выделит группу и качнет тебя сразу уровней на двадцать за день, – вклинилась Света.
– Как вариант, – согласился Серега. – Это я тут безвылазно, а вам, почему бы и нет. Денег меньше потратите.
Понимаю, что Кобелюга не хотел выставить меня лентяем и лоботрясом, но получилось, что я ничего не делаю, а компаньон вкалывает с утра до вечера. Оно, конечно, так и есть, но лишь с той поправкой, что придумать бизнес и довести его до стадии окупаемости получилось именно у меня. Так что можно почивать на лаврах вполне законно.
– Ты о моей просьбе не забыл? – решил поменять тему разговора.
– Обижаешь, – Серега поманил меня за прилавок и открыл одну из потайных дверей. Могу поклясться, здесь ее раньше не было. – Вот, как ты и просил, я не трогал. Непись‑торговец лично принес сюда и положил.
Я бережно взял в руки бархатную шкатулку и, затаив дыхание, открыл. Артефакт немного обманул ожидания: передо мной лежал скромный серебряный амулет с кроваво‑красным камнем. Никаких узоров и красивостей, маг, создававший его, не задумывался о дизайне своего творения. Главное – функциональность.
Амулет "Себе на уме" 
Не все то золото, что блестит. Не все то грош, что неказисто выглядит. Пусть на вид это обычный бросовый амулет, но обладатель данного редкого артефакта защищен от ментального воздействия первого, второго, третьего и четвертого уровней. 
То, что доктор прописал. Спасибо, Далия, за яркий и красочный урок. Век не забуду. Теперь к тебе в гости можно ходить без опаски. Замочек на цепи щелкнул, и рубин на шее полыхнул ослепительным светом.
– Дорого встал? – задал я вопрос, даже не представляя, сколько может стоить подобная вещица.
– Сторговался за шесть косых.
– Шесть тысяч золотых? – Я чуть не икнул от удивления. Вот так амулетик.
– Штука редкая, почти уникальная. Торгаш божился, что их таких всего три во всей Верравии. Были и дешевле, с защитой от третьего уровня, но ты, вроде, сам говорил…
– Нет, ты все правильно сделал. На собственном здоровье и жизни экономить нельзя. Только у меня, кажется, в банке всего пара тысяч была.
– Так я твои не брал. Из своих оплатил.
– Сергей, ну что за ненужная скромность. Если доверенность на тебя выписал, значит можно. Не хватает на что‑то нужное, но очень необходимое – заходишь и берешь. Ладно, занесу вечером. Хотя можно же со счета на счет перевести. Там и кину, чтобы с наличными не таскаться. Спасибо, Серега, выручил. Не представляешь, как мне нужен этот амулет.
Мы пожали друг другу руки, а Света так и впилась в меня взглядом, дескать, почему ничего не рассказал. Всему свое время. Успеется еще.
– Кстати, ты как вообще все вывозишь на себе? Лавка, теперь от Лебуха заказ. Может, есть смысл нанять пару подмастерьев?
– Так платить им, – нахмурился Серега.
Вот ведь человек. Шесть тысяч не глядя выложил, потому что знал – для своего, отдает. А лишнюю сотню жмет, лучше ночи будет не спать, стучать по своим железкам, но с кровными не расстанется. Вот и все так – работают всю жизнь для собственного обогащения, чтобы ни в чем не нуждаться, а как понимают, что все, настала пора жить в свое удовольствие, так оказывается, что жить осталось всего ничего, да и удовольствия уже никакого.
– Найми пару подмастерьев‑кузнецов, пусть чинят доспехи, а ты занимайся лишь ребрендингом. Оплату наемного персонала вычти из моей доли. И не спорь, на себя посмотри: лица нет, одни глаза остались. Мне такой компаньон не нужен, лучше живой.
А что, должен же я как‑то отблагодарить его за амулет. Если честно, то не надеялся выше третьего уровня найти, а тут практически защита от всех менталов всея Верравии. Почему почти? Так ведь Далия с ее четвертой категорией предархимаг, значит, есть и архимаг, то есть, человек с пятеркой. Только боюсь, защитных артефактов такой силы не существует, а если и есть они, то выпадают с такого жирного босса, какого с десятка гаубиц не завалишь.
– Ладно, – нехотя согласился Кобелюга. – Ты в чем‑то прав. Жена и так волком смотрит, думает, нашел кого‑то в вирте. Целыми днями тут пропадаю. Завтра перевод ей принесу, а лучше сразу наличку, чтобы аргумент был железобетонный.
– Ну правильно, взял такой ник, теперь расплачивайся, – хохотнул я.
На этом и расстались. Света, надо отдать ей должное, проявила невиданное смирение и не накинулась с расспросами "для чего мне амулет?" и "что там такого случилось в лесу?". Вечером расскажу. Заварим чайку, возьмем какой‑нибудь сладкий пирог, завалимся в кровать и все расскажу.
"Миротворцы" по каким‑то соображениям переехали из шумной и крикливой "Пьяной Совы" в скромный трактир "Вопль Василиска". Несмотря на громкое название, помещение вызывало негативные эмоции: липкие, с полусантиметровым слоем грязи столы, закопченные от факелов и свечей окна, местами развороченный пол, из прорех которого изредка показывались хитрые крысиные морды. Может, Василиск и издал дикий вопль, когда увидел местную забегаловку, но больше от ужаса, что в его честь назвали такую развалину. Мой живот глухо заурчал, диафрагму сдавило от подкатывающего спазма, однако ранний завтрак в себе удалось удержать.
Навуходоносор сидел за большим столом в окружении человек десяти, размахивая здоровенными руками и на пальцах показывая, кто и что должен делать. Я с удивлением заметил среди "миротворцев" Гориллу, повернулся к Свете – та в ответ пожала плечами. Приютил под свое крыло Олег говорливого бойца, значит, что‑то увидел в нем.
Увидев меня, кланлид замолчал. Остальные обернулись и тут же начали отсаживаться, растекаясь по таверне, чем приводили затаившихся под половицами крыс в крайнее смятение. Одна даже под общий грохот выскочила и бросилась на нас, а может, и к выходу, благо реакция Хло была на высоте, и замороженная тушка отлетела в сторону.
– Ты уж извини, у нас тут по‑солдатски, минимум удобств, – жестом пригласил Олег за стол.
Горилла, проходя мимо, "незаметно" пожал руку и подмигнул. Я сел и, поколебавшись, все же положил руки на колени – столешница доверия не внушала. Света, не спрашивая, приземлилась по правую руку, а Хло скромно примостился за мной, готовый в любую минуту защитить хозяина.
Кроме Олега за столом еще сидел пожилой седой мужчина с длинной жидкой косой, вдумчивыми белесыми глазами и морщинистыми руками. До меня не сразу дошло, что это его настоящая внешность. Не считая могучих плеч и не по возрасту крепкого телосложения, он перенес свою точную копию в "Верравию". За все время это был лишь второй человек, который не стеснялся своего реального обличия.
Первое впечатление старик производил более чем благоприятное: крохотное, точно слепленное из остатков теста лицо, длинные, явно знававшие тяжелый физический труд, пальцы с подушками мозолей, и вместе с тем прямая благообразная осанка. У меня почему‑то создался образ старенького батюшки, которого на селе каждая облезлая собака знает. Таких уже нет и вряд ли когда‑нибудь они снова будут.
А вот его соседка производила ровно обратное впечатление. Маленькая, чуть выше Хло, ящерица с вытянутой головой и острыми зубами. Конечно, тут сыграло роль то, что у меня изначально было предубеждение насчет голгор, спасибо Латрону. Но все же, даже взгляд, в котором проскальзывали вполне человеческие эмоции, напрягал, а мелкая серая чешуя лишь завершала образ.
– Кирилл, знакомься – Василий, наши кличут его дядя Вася или просто Вася, – старик на удивление крепко пожал руку. – Он вроде мозгового центра, наш аналитик. А это заведующая боевым крылом, Лилия, она же Адара.
– Очень приятно, – кивнул я.
– Ну это ненадолго, – подал голос Вася, и я узнал в нем одного из собеседников Олега в "Пьяной Сове". Адара отреагировала молниеносно, ткнув собеседника локтем под дых. Смех старика сменился глухим кашлем.
– Давайте ближе к делу, – Олег прекратил не успевший разгореться конфликт… или, мне показалось, но дядя Вася даже не попытался ругаться с обидчицей, лишь, криво усмехнулся.
– Значит так, первое, – метаморфоза со стариком приключилась удивительная. С него мигом слетела вся веселость, а лицо обрело практичное равнодушие чиновника. – Выявлена причастность трех кланов к нападению на столицу: аргентинский, чешский и южно‑корейский. Плюс наемники, но это так, по мелочи. До сих пор составляем перечень имен, но большая часть уже в черном списке у кланов.
– Как я понимаю, ни один из кланов даже в сотню сильнейших не входит? – спросил Олег.
– Совершенно верно, – кивнул Василий. – Брали темных, отработанный материал, которыми не жалко пожертвовать. Второе. Как и говорил Кирилл, Ущелье Дрезгов зачищали. Из источников, приближенных к Амалгеусу, главе "берсерков", стало известно следующее: клан базируется в вольном городе к северо‑востоку от Ущелья. Поэтому и видели вы их не со стороны портала.
– А что за вольный город?
– Понимаешь, – вмешалась Адара. – Драманы же по сути дикари. Тысячи лет жили по своим законам, а тут пришла Империя. Большинство примкнуло к сильной руке, возникли новые города, дороги… Но остались и те, кто решил жить по обычаям своих предков. Такие драманы‑ортодоксы. Они вроде индейцев в США: у них своя земля, свои правила, чужому запросто в резервацию, то есть вольный город, не попасть. Как это "Берсеркам" удалось, ума не приложу.
– Ладно, Вася, – вмешался Олег. – Расскажи Кириллу об Ущелье.
Старик повернулся ко мне и вкрадчиво продолжил.
– В общем, прошли наши роги Ущелье Дрезгов. Взад и вперед. Никакого выхода в данж или другую локацию. Нет там Ключа.
– Быть не может.
Я достал свой походный журнал в кожаной обложке и раскрыл на странице мировой карты. Адара впилась глазами в большую часть раскрытой локации Шипастого Леса, а мне пришлось спешно прикрывать ее локтем. Дружба дружбой, а табачок врозь.
– В сердце древнего острова есть дверь в покои Отца, – продекламировал я строку из книги "Артефакты Отца". – Смотрите, – пришлось прочертить две невидимые линии пальцем. – Ущелье Дрезгов как раз посередине острова. Центрее некуда. Так?
– Может, имеется в виду как‑то иносказательно? – пожала плечами Адара. – Сердце же тоже не посередине тела.
– Думаю, не в этом случае, – покачал головой Олег. – Тем более "Берсерки" пришли именно сюда. А уж им, думаю, сливают информацию с самого верха. По крайней мере, есть такая теория.
– Вот и я думаю, неслучайно. Ясно одно, что‑то пошло не так, но вход там есть. И надо его найти. Не мытьем, так катаньем.
Снаружи послышались крики и шум. Несколько миротворцев подскочили и направились к выходу. Света поднялась.
– Пойду тоже посмотрю.
– Только осторожнее.
– Да что мне будет, это же игра, – улыбнулась она и вышла.
Я прикусил язык. Да, решил проявить излишнюю заботу и поставил себя в дурацкое положение. Это для Кирилла Артьемьева Верравия – мир без права на ошибку. Такой же реальный, как и тот, из которого я попал сюда. Для всех остальных – просто игра.
– И что, у тебя серьезные планы на дочку мясного магната? – спросил Олег.
– Я вообще парень серьезный, – отмахнулся я. – А почему мясного магната?
– Так отец ее Терентьев Денис. У него птицефабрик и свиноферм по России как собак нерезаных. А денег и влияния еще больше. Метил в Совет Федерации, пока с дочкой неприятность эта не вышла. Теперь все больше дома, окружил ее такой заботой – любое желание по щелчку.
– Какая неприятность? – спросил, а у самого в груди похолодело. Сердце почувствовало, что ничего хорошего не услышу.
– Ну так авария. Она с матерью домой возвращалась. Та умерла на месте, а Тереньтева‑младшая позвоночник повредила. С тех пор и не ходит… – Олег посмотрел на мое вытянутое лицо. – Думал, ты знал.
Каким‑то неведомым чувством я обернулся и застал вернувшуюся побледневшую Свету. Не знаю, это ли был невиданный прием разработчиков, считывающий эмоциональное состояние игрока, или еще что, но кровь действительно отхлынула от лица возлюбленной, превратив ее в подобие призрака.
– Света, стой!
Но крик повис в пустоте. Лишь на гнилой пол второсортной таверны оседали разноцветные искры. Расконнект.

Голос Матери 

Создатели игры проявили нечеловеческое трудолюбие и фантазию, пытаясь приблизить все к реальной жизни. Как я не надеялся, что попытка напиться приведет лишь к затуманиванию сознания, но бесплатным бонусом достались еще тошнота и головокружение. Хло безропотно принял роль многострадальной жены алкоголика и молниеносно менял жестяные тазы, от грязного вида которых меня снова мутило. В самом начале моего Марлезонского балета фейра пытался подлечить меня магией, но поплатился за инициативу испачканной рвотной массой одеждой, поэтому более попыток не предпринимал.
В принципе, я догадывался, что в этом "Вопле Василиска" пить, тем более есть, значит не уважать собственное здоровье. Но чувство самосохранения тихонечко рассосалось в грязном трактире. Олег, кстати, говорил, что они наведут тут порядок, заведение взяли в аренду всего лишь на днях и еще толком ничего не делали. Вообще говорили "миротворцы" много и о разном, стараясь хоть как‑то отвлечь меня, но слушал я вполуха, поражаясь своей узколобости и неспособности сопоставить несколько простых фактов.
Не понял, почему умная симпатичная девушка стала победительницей в конкурсе интровертов. Я не психолог, но не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять – была какая‑то травма, пусть даже не физическая. Не придал особого значения закрытому образу жизни моей подруги, частому онлайну. Конечно, никто не любит копаться в чужих проблемах, когда свои хоть в шеренгу выстраивай.
Самое страшное – я не знал, как все исправить. Поговорить со Светой, объяснить, что мне, недочеловеку в цифровой оболочке, плевать на ее недостатки. Вот ведь дурак, если скажу так, сделаю только хуже. Не недостатки, особенности? Блин, как объясняться, если я даже мысленно построить диалог не могу.
Как многие мужики, попавшие в неразрешимую ситуацию, я не придумал ничего лучше, чем напиться… Причем до самого скотского и отвратительного состояния, руководствуясь правилом "чем хуже, тем лучше". Я не помнил, кто и как приволок меня в арендуемый дом, раздел и уложил в кровать, в памяти осталось только, что мне это все очень не нравилось.
Относительно в себя я пришел во время незамысловатого процесса очищения организма. Поднял глаза, обвел мутным взглядом комнату, махнул рукой фейре и рухнул в подушки. Интересно, вертолетов, знакомых каждому, кто хоть раз в жизни слишком сильно окунался в бездну забвения и небытия ради познания самых сокровенных частичек своей сущности (а говоря простым языком, напивался), здесь не было. Вместо этого придумали, как я ее назвал, "падающую трубу". Появлялось ощущение, будто ты бесконечно проваливаешься куда‑то и не можешь остановиться. Вот примерно в таком состоянии я и пробыл несколько часов, пока меня бережно не растормошила крохотная рука.
– Пей, – Хло вложил деревянную кружку мне в руки. Я осторожно понюхал травяной отвар, прислушался к себе – вроде, не замутило. Сделал глоток, потом другой. Отдаленно напоминало зеленый чай. – Теперь лежи, спи.
Легко сказать. Я снова провалился в бездну, глядя из нее на белеющий в сумерках потолок. Комната озарилась слабым, только набирающим силу светом. Это получается, уже утро? Да, неслабо попил. И сдается мне, встань я сейчас на ноги, почувствую, что не так уж и хорошо отошел. Меня затягивало все глубже и глубже, точно в образовавшуюся воронку. Свет отступил дальше, лишь немного освещая потолок, воздух становился все более спертым, тьма хватала за руки. Еще минута, и мое тело брякнулось на что‑то твердое.
Что это? Меня до сих пор плющит? Я, кряхтя, поднялся на ноги. Какого? Неведомым образом я вновь оказался в Долине Дрезгов. Ветер раздраженно свистел, недовольный моим появлением, солнце безразлично выглядывало из‑за одинокого облака, а сверху по молчаливым камням торопливо стекал крошечный ручеек. Тишь да гладь, не считая того, что тут вдруг не стало ни одного дрезга.
Зато было что‑то другое, сильное, мудрое и умиротворенное. Я почувствовал высшее существо кожей, кончиками пальцев, каждым из тысячи моих волос и тут же повернулся. Мать и родительница этого мира внимательно смотрела на меня. Ее нельзя было назвать красивой, но я не в силах был отвести глаз. Хотелось запомнить каждую морщинку немолодого лица, каждую складку, собравшуюся на шее, каждый изгиб сильного крепкого тела. Любое движение Матери сотрясало реальность невообразимой мощью. Этот мир не мог выдержать ее, потому что его создавали для других разумных.
Я понял это внезапно, точно меня с силой ударили по голове деревянным молотом. Возможно, что Мать сама подсказала. Она могла разговаривать, не открывая рта, объяснять, не размахивая руками, показывать, оставаясь на одном и том же месте. Создательнице было лишь не под силу долго оставаться здесь, Вседержательница явилась сейчас лишь для одного.
– Мир в опасности… – Ее голос оглушил, заполнил меня изнутри, грозя разорвать. – Мир на грани… Дети хотят вырваться из своей темницы, и есть сила, способная их освободить. Но дети не готовы. Время не пришло…
Короткий рык отвлек мое внимание. Над Матерью, на широком скалистом выступе, появилась мохнатая ощетинившаяся голова. Я нервно сглотнул. Конечно, дрезги по природе своей не самые приятные существа, но глядя на их короля, вожака вожаков, моя душа нервно жалась в пятках, пытаясь покинуть это неудачно подвернувшееся тело.
Гигантское туловище хищно изогнулось, напряглись под толстой прочной шкурой стальные мышцы, блеснули яркими рубинами глаза, и зверь прыгнул. Я хотел закричать, но голос предательски дрогнул, и вместо предостережения вырвался лишь слабый хрип. Несмотря на кажущуюся неуклюжесть, вожак вожаков приземлился на камни почти бесшумно, но не набросился на Создательницу, а мягко ткнулся уродливой мордой в теплые руки Матери, надеясь на ласку. Божественные пальцы пробежались по загривку, и король дрезгов довольно заурчал, заполняя ущелье раскатами грома.
Я завороженно смотрел на это действо, не представляя, как вообще с таким чудовищем можно рядом находиться, не то что приручить. Пока не вспомнил, что дрезги появились в ответ на слишком рьяную зачистку земель игроками. Получается, сама Мать и создала их. Вожак чувствует в ней родительницу.
– Скоро они придут сюда. Очень скоро. Бурый предчувствует большое сражение, где все дрезги падут. Ты должен успеть.
Огромный кусок скалы откололся и полетел вниз, прямо на Мать. Достигнув ее, он попросту исчез, будто кусок сахара, упавший в горячий чай. Отделился крупный массивный слой дерна на единственном участке земли между камнями и тоже пропал. Высох в одно мгновение ручей, еще секунду назад проворно бежавший вниз. Кожа Матери становилась все ярче и ярче, пока не стала полыхать. Пламя поглощало все окружающее, притягивало к себе и обжигало раскаленной плазмой. Создательница выбросила вперед руку, не в силах более сдерживать окружающий мир от распада, и меня закрутило‑завертело… Еще миг, и я снова рассматриваю потолок в комнате.
– Хло!
Второй раз кричать не пришлось, ибо фейра подскочил и бережно приподнял меня. Блин, забыл, что еще не отошел. Хоть состояние и стало намного лучше, но хмель плескался в крови. Меня вырвало. Блин, это становится вредной привычкой. Вдобавок все усугублялось тем, что желудок был давно пуст, и сейчас из меня выходила желто‑зеленая слизь – желчь. Глаза слезились, организм протестовал против чрезмерных издевательств. Но что я сделаю?
– Хло, подлечи. Как можешь, но не сильно. Давай.
Телохранитель положил руки на голову, и стало действительно лучше. Не особенно сильно, но я самостоятельно смог встать. Ох, как тяжко то. И почему именно сейчас надо заниматься важными делами? То, что явление во сне Матери не рядовое видение или пьяный бред, даже у моего опухшего мозга не вызывало сомнений. И был только один человек, который мог хоть что‑то объяснить. Ну ладно, не совсем человек.
Мы выбрались из съемного дома, представляя собой единый организм. Хло превратился в подобие костыля, направляя вдруг решившего погулять хозяина в нужную сторону. А я лишний раз порадовался, что жил хоть и временно, но в центре. Отсюда до Храма Вечного Упокоения рукой подать.
На улицах было тихо. Слишком тихо даже для раннего часа, будто сам город предчувствовал скорую беду и хотел пережидать ее. Лавки стояли закрытыми, стражи у городского дворца не наблюдалось, небо расстилалось серой однородной пеленой туч без намека на птиц или воздухоплавающих чудищ. Вся Верравия сжалась в пружину, готовясь выстрелить.
Зато Храм Вечного Упокоения бурлил и кипел во всю силу. Еще с лестницы я услышал могучие раскаты сшибающихся друг с другом щитов, поющих клинков, звеневших в воздухе криков, от которых моя бедная голова грозила расколоться на несколько частей. Да что там такое происходит?
Когда я оказался на центральной площади, любопытство лишь получило хлесткую пощечину. Что еще за фигня? Такая же картина, как и наверху: ни послушников, ни жрецов, ни новичков, желающих обрести новую веру. Только шум боя стал громче и шел откуда‑то снизу. Ну и черт с ним, мне новые загадки не нужны, на старые бы ответы найти.
– Я не пойду внутрь, – вдруг спохватился Хло.
– Религия не позволяет? – пошутил я. Надо же, не расплескал еще чувство юмора.
– Нельзя, – только и ответил телохранитель.
– Будь здесь, я скоро.
Я ведь до сих пор не спросил, какому Богу фейра поклоняется. И вообще эгоист проклятый, не узнал ничего существенного о прошлой жизни Хло. Сдается мне, там есть интересные моменты. Ладно, оставим до лучших времен.
– Лок, ты где есть?
Как в том стихотворении – а в ответ тишина. Я не без опаски прошел по длинному коридору и заглянул в большой зал с алтарем. А вот и Лок… В пластинчатых доспехах, с коротким мечом в руках, легионер римский, мать его. Единственное, что немного выбивалось из стиля – длинный темный посох с ярким белым кристаллом. Вот ведь, полугендальф в полукедах. Обувь, кстати, у Бога была тоже довольно странная, напоминала берцы, только без шнуровки.
– Это ты, – Лок облегченно выдохнул и опустил меч. Еще секунда, и он снова стоит в привычном одеянии, скрывающем недостатки фигуры. Только посох оставил, колдун ленивый.
– Похоже, ты первый раз рад меня видеть, – я тихонько сел на мягкий пуф, боясь совершать резкие движения. Неровен час, попорчу храм Бога. Конфузиться, тем более потом вытирать пол не хотелось. – Случилось чего?
Конечно, хотелось побыстрее расспросить его о Матери, но видно было, что Лок чем‑то обеспокоен. Когда‑то меня считали воспитанным мальчиком, поэтому пришлось сделать встревоженное лицо.
– Ты разве не слышишь? – Бог замолчал и даже отсюда стали различимы звуки сражения. – Перворожденные восстали.
– В смысле? Ты хочешь сказать, что они бьются?
– Да. Большинство из них подчинены голосу сердца, а не разума. Сегодняшнее сражение ни к чему не приведет, Тайнори сильнее. Но я боюсь другого…
– Чего?
– Что Светлые и Темные могут объединиться против Тайнори и Серых Богов.
– Ты себя слышишь? Для чего?
– Они хотят вырваться. Дети хотят воссоединиться с Матерью. Даже Тайнори.
– Чего‑то раньше у них такой страсти не наблюдалось.
– Сегодня все Перворожденные услышали голос Матери. Каждый считает, что он был обращен к нему.
Что ж, похоже, пришло время играть в открытую. Тем более свой парень среди Богов у меня только один. Вдруг с ним что случится.
– В общем, слушай, Лок. Такое дело. Я могу точно сказать, что говорила Мать…

– У тебя мало времени, – подытожил ленивый Бог.
– Да уж понял, не дурак.
– Ты запомнил все, что я сказал?
– Ну вроде как.
– Стой. Еще кое‑что.
Ленивый Бог с видом пронырливого фокусника выудил откуда‑то из рукава глиняный кувшин и подал мне. Я понюхал. Знакомый запах укропа, огурцов и еще чего‑то.
– Что это?
– Пей. Станет лучше.
– Не похоже на амброзию или нектар.
– Лучше. Это рассол, – обескуражил меня Лок. – Самый волшебный из немагических напитков.
И он оказался прав. После десятого глотка солоноватой мутной жидкости гул в голове унялся, желудок заурчал, напоминая, что завтрак я пропустил, мышцы расслабились, а озноб исчез. Эх, сейчас бы поспать еще часиков шесть до полного исцеления, но куда там. Наговорил мне Лок такого, что даже у монаха‑стоика волосы бы встали дыбом. И почему всякие героические штуки, для которых я, кстати, очень плохо подходил, надо совершать незамедлительно. Сделали бы расписание: спасение Вселенной 9‑00‑14‑00, обед 14‑00‑15‑00, личный подвиг во славу Лока и Матери 15‑00‑16‑30. Тогда герой перед таким ответственным днем точно не напьется… Как я.
– Хватит рассиживаться, – прервал мои размышления Перворожденный. – Времени совсем нет. Тебе надо идти.
Надо, надо, мне вот лично вообще ничего не надо. Вслух, естественно, ничего не сказал, под тяжелым взглядом Бога пришлось подняться. Ух, поторопился я с выводами, не так уж меня и попустило.
– У меня вопрос еще один. Ты говоришь, что Перворожденные тянутся к своей матери. Даже Тайнори, Бог Смерти. Но ты здесь…
– Я был не самым любимым ребенком в семье, – усмехнулся Лок. – Безусловно, Мать относилась ко мне гораздо лучше, чем Отец. Но особого желания вернуться под теплое крыло мамочки у меня нет. Да и лень, если честно.
Лок не провожал до дверей, не благословлял крестным знамением и вообще выглядел так, словно его происходящее не касалось. Однако еще пять минут назад открыв рот слушал, как его Мать говорила с простым смертным, возлагая на него надежду на сохранение равновесия. Ох, мне бы свое равновесие сохранить. Благо снаружи ждал верный и терпеливый фейра.
Я достал книгу, поцарапал желтый пергамент стилосом, потыкал в серые ники друзей и только потом вспомнил – в Храме Вечного Упокоения блокируется общеигровой чат. А это в нынешних условиях – потеря времени. Ладно, будем думать, хотя голова протестует изо всех сил. Перво‑наперво напишу Олегу, да нет, напишу всем, кто есть в книге, попробую достучаться. Пока они собираются, как раз в пару мест забегу.
– В банк! – ответил я на вопрошающий взгляд фейры. – А потом к "Братьям".
Хло согласно кивнул, а я лишний раз задумался, как мне повезло с телохранителем и другом в одном лице. В моем реальном мире такие безмолвные товарищи без страха и упрека уже вымерли как класс. А тут ничего, существовали и даже втаскивали разные полупьяные туловища в банк.
– Здравствуйте, – сунулся я в ближайшее окошечко. – Мне надо провести несколько операций с моим счетом.
– Извините, но у вас нет счета, господин, э… – клерк внутри фыркнул, но произнес, – Веничка Ерофеев.
А вот тут меня прошиб холодный липкий пот. Регистрировался я на имя Одиссея, даже не задумываясь тогда, что через несколько дней начну шифроваться, меняя личины как перчатки. Теперь же получается, я вроде евнуха в публичном доме. Хотя минуточку, у меня есть доверенные лица: Хло и Серега. Только разве это дело? Меня охватила внезапная злоба: на себя, на похмелье, на вынужденное геройство, которому придется соответствовать, на ухмыляющуюся морду клерка. На последнего в особенности. Поэтому я буквально рявкнул.
– Одиссей! Счет на имя Одиссей!
Белый воротничок тихонько ойкнул и залепетал.
– Извините, извините, господин Одиссей. Сейчас я подготовлю все документы, все выписки о поступлениях…
Я уже не слушал его, удивленно раскрыв рот и смотря поверх окошка в отполированное до хрустальной чистоты стекло. Глядел на отражение, всматривался в себя и видел одно единственное слово – Одиссей. Это как я снова стал собой? Просто пожелав? Хм, тогда попробуем так. Закрыл глаза, представил образ, полюбившийся год назад после прочтения "Москва – Петушки", поглядел снова. Чтоб меня… Теперь имя сменилось на "Веничка Ерофеев".
Посмотрел на нахмурившегося банковского служащего и вернул Крила. Пусть будет родное имя. Однако получается, что это вовсе не воля Лока, а моя. Я сам выбираю себе имена каждый день, пусть и неосознанно, но отсюда они все такие знакомые. Ай да Кирюха, ай да сукин сын.
– Вот, все данные о вашем счете.
Я посмотрел на многочисленные поступления. Деньги сдавал в основном, как ни странно, Шейрух. Ну да, Кобелюга же из лавки почти не выходил, крафтер на всю голову. Тем более внести на мой счет средства мог любой персонаж, так почему бы припахать голгору‑торговца, если ему все равно по пути. Итак, хорошая новость – у меня хватает, чтобы выплатить долг Сереге за амулет. Плохая – остается не так много золота на другую вещицу. Ну что делать, долг платежом красен.
– Необходимо перевести на счет персонажу Кобелюга шесть тысяч золотых, – клерк торопливо кивал. – Остальное выдать наличными.
– Хочу напомнить, что если вы выведете средства полностью, то автоматически закроете счет…
– Понял, понял, – нетерпеливо перебил я конторщика, вспоминая сколько времени потратил, чтобы этот многострадальный счет открыть. Работают в лучших традициях родного "Сбера". – Сколько нужно оставить на счету, чтобы он не был закрыт?
– Тридцать золотых.
– Тридцать оставляй, остальное на руки.
Служащий торопливо заскрипел пером – неужели моя нетерпеливость ему передалась, или уважение внушила серьезная сумма? Неважно. Вытащил книгу и заодно поругал себя за то, что не отправил послание, сразу выйдя из храма. Открыл страницу друзей, обвел стилосом всех скопом, отчего имена съежились в крохотные иконки слева.
"Срочно! Собрать всех, кого можете, для рейда в Ущелье Дрезгов. На кону Ключ Отца. Враги уже в пути. Сбор на Портальной Площади через 10 минут".
Подумал пару секунд и добавил: "Уровень тревоги красный". Не знаю, зачем написал. Хотел дать понять, что это не простой спам или прикол. Можно даже было понагнетать, "уровень тревоги очень красный" или "уровень тревоги "багряный рассвет", но эти варианты, похоже, щедро подкидывал алкоголь.
Не глядя, расписался во всех бумагах. Надо хоть читать иногда, а то так кредит на меня оформят. Такому молодцу, как я, который каждый раз с упорством идиота устанавливал "Амиго" на своем компе, даже мелкий шрифт не нужен.
Выскочили на улицу и, хотел бы сказать помчались, но скорее бодро зашаркали к окраине города. Понятное дело, можно закупиться в какой‑нибудь лавке и поближе, только в "Братьях" у меня скидка, причем существенная. К тому же на сборы отвел десять минут, а по моим расчетам, именно столько понадобится, чтобы дойти до лавки и оттуда к порталам.
– Приветствую, – кивнул мне драман за стойкой. Мужественное лицо, толстый приплюснутый нос и внушительные мышцы на руках. Не очень похож на торгаша. – Твое лицо мне кажется знакомым.
– Здравствуй, Первый.
Из‑за связей с контрабандистами отношения с персонажем Первый незначительно возрастают. 
Ключевое слово – незначительно. Подрастерял я остатки уважухи у альянса – сначала из‑за знакомства Светы с контрабандистами, потом из‑за дурацкого спасения Фиалки.
– Что угодно? – драман хоть и заметно расслабился, но никаких телодвижений не совершал.
– Чтобы достичь мира, нужно воевать.
– Твои слова мудры, – с издевкой согласился Первый. – Но мы тут занимаемся торговлей. Поэтому, если желаешь что‑то приобрести, присматривайся.
Вот зараза. Пароль однодневный, а я то уж раскатал губу. Бежать к торговым рядам не вариант – далеко, а время сейчас драгоценнее золота. Придется брать, что есть. Но с кинжалами больше медлить нельзя. В ближнем бою луком много не навоюешь.
– Мне нужны парные клинки. Небольшие.
Первый кивнул и стал выкладывать на прилавок разнокалиберное оружие по моему запросу. Мда, что для драмана маленький ножик для ковыряния в зубах – человеку короткий меч. Впрочем, кое‑что было… несколько пар изящных, но тонких и мне неподходящих стилетов я отмел сразу. Минуту поколебался, замерев перед парой сай, в голове сразу сама собой возникла мелодия: "Мы не жалкие букашки, супер‑ниндзя черепашки…". Весело, но мне бы попрактичнее. Хм…
Взгляд жадно скользнул по двум длинным ножам, напоминающим древнегерманские саксы. Все же не зря я иногда на лекциях не спал. Клинок сантиметров 35–40, односторонне заточенный, навершине рукояти чуть расходится в стороны, чтобы рука случайно не соскользнула. Сталь в идеальном состоянии. За оружием явно следили. Все, я нашел. Точнее даже, ножи нашли меня.
– Сколько?
– Двести, – не моргнув и глазом приговорил мой кошелек Первый.
– Сколько?!
– Двести. Отдаю по себестоимости. Купил два года назад у одного торговца, который заверял, что они артефактные. Никому продать не могу.
Что‑то не спасло меня контрабандистское братство от алчности Первого. Двести золотых за пару ножей – добровольный грабеж, но что делать. Приглянулись они мне. Не глядя, набрал горсть монет и положил перед драманом. Нравится мне это умение – не считать деньги, точно зная, сколько отдаешь. Хрен тебя так обсчитают. Взял в руки ножи и только сейчас понял, что даже характеристики не посмотрел.
Северные ножи Куорка 
Урон 67‑123 
В этих клинках таится могучая сила. 
Ага, только какая – черт разберет. Но урон вполне ничего. Захотелось несколько раз взмахнуть ножами, имитируя бой. Думаю, Первый не поймет. Ладно. Убрал оружие в ножны и закрепил на бедрах.
– Удачного дня, – услышал я, выходя, довольный голос драмана.
Ну еще бы, чего ему не горевать. Спихнул неликвид. С другой стороны, любое оружие ждет своего хозяина. Может, и ножи именно для меня были предназначены. Не смущало даже имя прошлого владельца в названии. Куорк почти как Кирилл, по крайней мере, некоторые буквы совпадают.
Портальная площадь встретила гомоном трех десятков "миротворцев", сгрудившихся вокруг одного единственного человека, точнее таока в обличии сына Тойрина, который рассказывал нечто смешное.
– … или вот еще, – голос Гориллы я узнал сразу. – После двух бокалов шампанского в рыбном ресторане, Люда вдруг поняла, что хочет не только рыбку съесть…
Толпа оглушительно захохотала, за исключением нескольких человек. Одного из них толкнул гогочущий фейра.
– Ты не понял, что ли? Не понял? Эх, немчура…
– О, профессор истерических наук, – заметил меня Горилла. – А чего случилось‑то в такую рань?
– ЧП. Олег где?
– Скоро будет. Мне пришлось его из реала выдирать. Если бы я не получил твое письмецо, хрен бы кто пришел. Нормальные люди, знаешь ли, морды плющат в это время.
– Я так понял, ты к нормальным не относишься.
– У меня просто инспекция была…
– Ага, в очередной бордель, – хохотнул кто‑то сзади. – Гарик у нас по ним главный инспектор.
– У него, похоже, всегда с бабами коммерческие отношения были, – поддакнул стоявший рядом драман. – Все сугубо по счетчику.
– Я тебе щас зубной налет вместе с эмалью удалю, – беззлобно выругался Горилла. – У меня было очень даже серьезно. Один раз даже до суда дошло.
Толпа вновь вздрогнула от хохота. Теперь смеялись даже иностранцы, которым встроенные переводчики довольно резво доносили смысл сказанного. Мда, маловато что‑то людей. Получается, Игорь поднял всех, кто в реале был. Я огляделся и заметил еще троицу, бывшую как бы вместе со всеми, но одновременно отдельно. Эд привественно помахал рукой, Фиалка вдруг перестала без умолку болтать и улыбнулась, а Дерден лишь кивнул головой. Вот по поводу последнего я начал судорожно вспоминать. Знать я его знал, вроде, в Вубре закорефанились, но вот он какого тут делает? Впрочем, как и послушница Богини Берел.
– Привет всей честной компании, – подошел я. – Вы как тут оказались?
– Ты же сам написал, что сбор там‑то там‑то, – ответила Фиалка. – Уровень тревоги красный. Я уже выходить совсем собралась, спать хочется – просто сил нет, но раз уж написал, как‑то подводить не хотелось. Раз ты написал, то значит, рассчитываешь на меня…
– Мы были в столице. Ты написал, мы пришли, – прервал визардшу Дерден.
А он не хило подрос. Сорок пятый уровень, доспехи сменил, опять же. По‑видимому, парень времени зря не теряет. Это хорошо. Такой боец нам не помешает. Я понял, каким образом вызвал воинов глубокого запаса. Выделил всех друзей, сам виноват. Хотя минуточку. С Эдегаром вопросов нет, мы с ним корефаним с первого дня. Дердену, помнится, тоже руку жал, когда тот впечатлился моим хитропопством. А вот с каких пор я Фиалке другом стал? Хм, неужели когда Сущность Тьмы ей перекинул.
– Кирилл!
Поразмышлять не удалось, к нам буквально летел Олег с еще сотней бойцов. Причем "миротворцев" среди них было не так уж и много, чаще всего мелькали незнакомые кланы. Навухудоносор смял мою руку, грозя превратить запястье в кусок сломанных костей, тряхнул и отпустил. В глазах мелькало беспокойство.
– Что случилось?
Блин, вот скажи сейчас, что пошутил, перебздел или еще чего – раскатают в асфальт и скажут, дескать, так и было. Благо, не мой случай. Я понял, что внезапно даже самые отдаленные разговоры притихли и все внимательно смотрели на меня.
– Сегодня "берсерки" вновь попытаются завладеть Ключом Отца. И, по всем предпоожениям, у них получится.

Битва в Ущелье 

По моим прикидкам, Олег был когда‑то, а может, и до сих пор оставался, военным. Такой четкой дисциплины и порядка я не наблюдал еще ни в одном игровом клане. Конечно, мой геймерский опыт был так себе, но все же. Бойцы организованно разбились на группы, получая инструкции, проверяя абилки, комментируя групповые и индивидуальные баффы, обсуждая тактику и распределяя полученные роли.
Эдегар с большущим топором и без экипировки сошел за дамагера, этакого варвара‑берсерка, что, впрочем, могло оказаться правдой. В его родословную я не заглядывал. На сеансы психотерапии, рассказывая о своем трудном детстве, драман ко мне не ходил. Так или иначе, он вошел во второй отряд, что говорило о многом.
Портал мог перемещать одновременно не больше пятнадцати разумных, отсюда и разделение на группы. Я, к слову, вошел в двенадцатую. Помочь толком в бою ничем не мог, а ценность все же кое‑какую представлял, вот и решили меня поберечь от греха подальше. Самолюбие немного пострадало. Фиалку вон в седьмой отряд засунули, про Дердена в четвертом вообще молчу. Пригодились мои приятели, статистами быть в предстоящей битве не собирались.
– Не хлопай ты перед моим носом молнией, – прикрикнул на тренирующегося виза Горилла. – Был тут один такой, теперь в аптеке дверьми хлопает.
Быстро Игорь стал своим среди чужих. Влился благодаря непосредственности и быстрой адаптации. Меня даже немного зависть взяла, когда я смотрел на застежку с эмблемой "миротворцев" поверх плаща. Нет, я не хотел тоже вступать в клан, просто думал, что он, Сергей, Света – все мы будем держаться вместе. Света…
Из меланхоличной задумчивости меня вывел знакомый ненавидящий взгляд. Только не сейчас. Я рассчитывал в уме расстояние, прикидывая, что лучше – схватиться за ножи или потянуться за луком. Тело оказалось быстрее, ладони легли на рукояти и на половину вытащили клинки из ножен. Как вдруг я остановился.
Латрон смотрел на меня, яростно ощерив пасть, блистая мелкими зубами с повисшими на них нитями слюны, но не предпринимая никаких попыток напасть. Не хочет привлекать внимания? Тут же вон сколько народу, потом сразу на него кинутся. Хотя… Я внимательно рассматривал его пряжку с вытянутой мордой собаки, и в голове само собой родилось словосочетание "Псы войны". Ага, значит, тут действует такой же алгоритм, как и в определении имени у другого игрока, стоит лишь хорошо присмотреться. Но забавно было другое.
Латрон, руководствуясь какими‑то своими соображениями, вошел в один из кланов, а тот пришел на выручку мне. Не напрямую, само собой, а желая получить расположение Навуходоносора, либо под магическим воздействием волшебных монет. Мне без разницы, а вот голгора теперь скрежетал зубами, но ровным счетом ничего не мог сделать. Превосходно, что и говорить.
К вам применен эффект "Дубина стоеросовая". Шанс игнорировать физический урон 10 %. 
К вам применен эффект "Преданный фейра". Первые 50 % урона, предназначенные вам, берет на себя персонаж Хло. Эффект постоянный. 
К вам применен эффект… 
Я уже давно не обращал внимания на баффы, чувствуя себя неуклюжим астронавтом в открытом космосе – тело явно не справлялось с накачкой магии. Но вот заклинание от телохранителя заметил.
– Хло, мать твою! – фейра вжал голову в плечи с видом толстого вора, застрявшего в форточке. С его пальцев сыпались остатки золотистых искр. – Я же говорил тебе, не делать больше так!
Уж слишком сильное впечатление произвела на меня речь Далии о конечности душ. Это игрокам можно было бесчисленное количество раз умирать и возрождаться, а с неписью все оказывалось сложнее. Надо и Эда предупредить, чтобы на рожон не лез.
– Минутная готовность, – крикнул Олег.
Заторопились бафферы, тратя остатки маны, посуровели воины, обнажив оружие, встрепенулись лучники, поправляя набедренные колчаны, захлопали боевые маги, шлепая по рукам и проверяя заклинания первой необходимости, проверяли стелс роги, будто боясь, что умение невидимости вдруг им откажет, отдавали последние приказы старшины отрядов, уточняя, какую оборонительную позицию должны занять бойцы до прибытия основных сил.
Ручеек новоприбывших и не думал иссякать. Клич, брошенный по кланам, разрастался, обретал новую силу, подгонял еще неуспевших присоединиться к самому многообещающему рейду. Но если раньше отряды переформировывали, ориентируясь на ранг и мощь игроков, то теперь зазевавшихся игроков определяли в концовку. Их быстро инструктировали, чтобы "новички" гармонично влились в общую картину боя, стали частью мощного кулака, а не отдельными кривыми пальцами.
Совсем по‑стариковски крестил в стороне воинство дядя Вася. Аналитик в бою не участвовал, он был стратег, а не тактик. Разработать план атаки – это пожалуйста, но повести всех за собой, уж извините. Для этого существовал Навуходоносор. Напротив, не славившийся долгосрочным планированием, но интуитивно и быстро чувствующий смену хода сражения. Как бы ни был хорош Олег в организации и дисциплине, однако от человеческой болтливости никто не застрахован. "Миротворцы" – структура большая. И там, где один промолчит, другой набалаболит всласть. А уж о своем лидере болтали с упоением и страстью. Чем я и пользовался.
Адара, выступающая с первой группой, подошла к дяде Васе и, ничуть не смущаясь, поцеловала того в губы. Старик не отстранился, а лишь обнял голгору. Вот тебе и Санта‑Барбара.
– Они же муж и жена, – засмеялся шедший в моем отряде хуман‑"миротворец". – Не знал, что ли?
– Неа.
– Вместе всю жизнь, детей вырастили, внуков нет еще. На пенсию вышли, деньги есть, время свободное тоже. Вот и ушли в "Верравию".
Вот как. Я почему‑то думал, что Адара – привлекательная женщина лет около тридцати, хоть и выбрала чешучайто‑уродливый аватар голгоры. По игровому персонажу можно многое сказать о человеке. Например, практически все девушки с комплексами стараются выбрать лица писаных красавиц, ведут себя вызывающе, компенсируя свою небогатую на впечатления реальную жизнь. Хотя мужики не лучше. За все время пребывания в "Верравии" я не видел еще ни одного худого драмана или хумана, а ведь алгоритм создания телосложения можно выбирать. Но тут даже некоторые фейры, мелкий лесной народец, если кто забыл, блистали бугристыми мышцами и прокаченными одной лишь волей игрока бицепсами и трицепсами.
Исключения были, но лишь подтверждающие правило. К примеру, дядя Вася, оставивший свою реальную личину, однако тоже не удержавшийся от соблазна широких плеч и крепких рук. Его жена пошла другим путем, предпочтя аппетитным формам малосимпатичное тело ящерицы и зубастую морду. Похоже, Адара была наиболее цельной личностью, без сомнений и терзаний. Тем интереснее будет с ней в дальнейшем общаться. Красивые женщины хорошо, а умные и самодостаточные – еще лучше.
– Время! – крикнул Навуходоносор. – Построились. Миша, начинай.
Командир первого отряда, хуман‑визард Михаил, он же "Гантеля" (ходили слухи, что передовой дамагер проиграл ник имя в споре), послушно кивнул.
– Первая группа, на исходную.
Пара секунд, и пятнадцать игроков, самых сильных и раскаченных, со всех дружественных кланов уже стояли на портальном камне.
– Переход.
Яркая вспышка.
– Группа, на исходную! – уже командовал старшина второго отряда. Воинам потребовалось всего несколько секунд, чтобы застыть статуями в ожидании перезарядки портала. Бешеные удары сердца, пытающиеся ускорить ход времени, взволнованные лица, чуть дрожащие от накатившего адреналина колени. – Переход!
Раз за разом бойцы уходили сквозь портал к ущелью. Эд, Дерден, Фиалка, даже Латрон – все уже были по ту сторону. Близился и наш черед.
– Волнуешься? – шепнул Олег.
Навуходоносор шел в моей группе, состоявшей из не менее сильных членов клана, чем в первом или втором отряде. У двенадцатого отряда была лишь одна цель – защитить игрока Крила любой ценой. Ну а моя – найти Ключ, или хотя бы сокрытый портал перехода в Покои Отца. Ни много ни мало. С другой стороны, чего хотел‑то? Отступать поздно, позади Москва.
– Немного, – ответил я. – Да и холодно.
– Подлечиться бы тебе, – сочувственно сказал Навуходоносор. И мне показалось, что речь идет не о традиционной медицине с пачками "Анальгина" и капельницей, а скорее, о пенном напитке. Нефильтрованном, желательно пшеничном.
– Переход! – крикнул старшина одиннадцатой группы.
– На исходную! – рявкнул Олег, мгновенно преображаясь.
Я ступил замшевым сапогом на холодный продавленный камень с руническими узорами. Показалось, или причудливые канавки озарились теплым мягким светом. Однако он не согрел меня, наоборот, заставил резко вздрогнуть, точно невидимый шутник на балконе окатил ледяной водой случайного прохожего.
– Переход! – слова Олега утонули в водовороте тел.
Еще несколько мгновений, и мы были на месте.

Меня сразу подхватили под руки и оттащили в сторону, чтобы следующая за нами группа не наткнулась на полухмельного спасителя, на коего сейчас были обращены все взгляды. Вообще, создавалось ощущение, что я фельдмаршал Паулюс, а объединенный кулак кланов – 64‑ая армия. Хотя немного разобравшись, и оглядев выстроенные оборонительные порядки, я крякнул. Что‑то, Кирилл Батькович, у вас мания величия началась, не иначе.
Бойцы, конечно, изредка поглядывали в мою сторону, точнее даже на прибывшую двенадцатую группу во главе с кланлидом "миротворцев", но полностью их внимание было приковано к Ущелью. Увидеть его еще не представлялось возможным, нужно было сначала протопать метров восемьдесят, после чего начинался резкий спуск, но вот услышать…
Скулящий визг смешивался с людскими криками, грозное рычание тонуло в звоне стали, а где‑то посреди этого безумства призывно выл одинокий и, судя по голосу, крупный дрезг. Я нервно сглотнул. Сдается мне, что знаю, какой там зверь рвет себе глотку.
Резко громыхнуло, и небо осветила белая ветвь молнии. Еще раз ударил в свои барабаны гром, нахмурились тучи, не в силах противиться своему господину, и на землю начал падать крохотный бисер дождя.
Игрок Навухудоносор предлагает вам присоединиться к рейду. 
Это пока мы переходили через портал, все разбились на группы, не смешиваясь в общий рейд. Неудобно, суматошно, а вот теперь настала пора действовать заодно. Как в песне: "Время пришло, в гости отправиться, ждет меня старинный друг…". Только товарищей у меня тут раз‑два и обчелся. Взгляд в очередной раз остановился на угрюмом и злобном Латроне. Полегче, ящер, а то сердчишко от эмоций сейчас прихватит. Надеюсь, он мне в спину меч не воткнет. Присоединяюсь к рейду.
Площадка перед порталом вспыхивает десятками сполохов, обозначив всех и каждого в отдельности, и тут же тухнет.
– Выдвигаемся! – сказал Олег всем, но легонько тронул по спине именно меня.
Я обернулся, пока рефлексировал, пришли еще две группы. Почти все, можно сказать. Остальные будут догонять и врезаться в бой неподготовленными, что поделаешь.
Рванули с места стелсеры, уходя вперед кривыми ломаными линиями и поочередно исчезая, грузно побежали танки, сплошь драманы – за исключением пары хуманов, на фоне могучих исполинов выглядевших худыми карликами, – быстрым шагом направилось основное боевое крыло альянса – визарды и лучники, и уже только потом мы с Навуходоносором.
Я волнуюсь, как четырнадцатилетняя девчонка на первой дискотеке. Хм, тогда получается, Олег выступает в роли отца, а ближайшее окружение телохранителей – братья? Неожиданно веселюсь своей бурной фантазии, фыркаю, и окружающие смотрят неодобрительно. Даже Хло поморщил свой лоб, мол, не время, хозяин.
Но последние остатки хорошего настроения улетучиваются, лишь только мы добираемся до края Ущелья. Теперь вниманию всего рейда предстает ужасающая картина битвы. Уже начавшейся и одновременно еще предстоящей.
Бурый, выделяющийся своими внушительными размерами даже среди самых крупных дрезгов, стоит особняком, на том самом выступающем округлом камне, как во сне, возвышаясь над стаей. Его леденящий душу вой расходится едва заметной серой аурой, взъерошивая шерсть собратьев и напитывая их силой. Внизу черно от сбившихся в кучу полумедведей‑полушакалов, но с противоположной стороны уже течет светлая людская река, окрашивая каменистую землю после себя багровой кровью, цветом жизни и цветом смерти.
В середине вражеского воинства серебром отливает крохотное пятно "берсерков", их совсем мало, чуть больше сотни. Зато союзников, диких драманов, даже подсчитать не получается. Они заполняют собой каждый кусочек свободного пространства, выкатывая новыми волнами, снося обезумевших мобов, стремясь поглотить своей бурной лавиной все и вся. Конечно, дикари умирали, еще как. Любое неверное движение, увязшая в трупе дрезга секира, слишком широко нанесенный удар, в результате которого приходилось раскрываться, карались молниеносно и безжалостно. Мобы опускали хвосты к земле, жались друг к другу, пятились, но если представлялся случай, зверюги его не упускали.
– Вражеских НПС слишком много, – с видом мудреца высказал я очевидное наблюдение Олегу.
– Вижу. Но куда они идут?
– Вон туда, – указал я рукой на Бурого. – Думается мне, там и есть портал.
Навуходоносор кивнул.
– Наша цель – добраться до вожака первыми! – крикнул он. – Всем все ясно? Погнали, ребята, покажем, чего стоят настоящие бойцы.
– Ааааа!! – загудело воинство, накачивая себя адреналином и превращаясь в средневековых воинов. Стоял только что топ‑менеджер развивающейся компании – и вот вместо него горланит варвар, живущий в каждом из нас. Домохозяйка, жена богатого бизнесмена, что еще минут десять назад твердила "лишь бы в полтора часа управиться, сына надо в сад вести", кричит, как амазонка, выпившая кубок горячей вражеской крови. Отодвинул на задний план давнюю вражду Латрон, и, раскрыв зубастый рот с высунутым языком, яростно шипит на спускающихся вдалеке драманов.
– Ааа!! – покатилось объединенное войско вниз. Навстречу дрезгам и "берсеркам", почитанию или презрению, победе или гибели.
Меня самого не хило окатило из ушата воодушевления, чуть не рванул в первые ряды, хорошо, Хло одернул. Мураши сразу перестали бороздить поверхность кожи, а ноги внезапно подкосились. Действительно, чего это я кинулся? Тем более там впереди такое начиналось.
Дрезги стояли насмерть, стараясь хоть как‑то задержать нападающих, однако дикари выдавливали мобов все дальше, а вот это было уже плохо. Полумедведей волей‑неволей, но относило в нашу сторону. Это означало лишь одно: чтобы добраться до площадки, на которой стоял Бурый, придется немало покрошить его собратьев.
– Бам! – глухо ударились щиты о живые ряды мобов.
– Дзинг! – скользнули клыки по крепкой броне.
– Лязг! – запели мечи, пробивая крепкую шкуру зверюг, и старательно отнимая здоровье.
Засверкали радугой разнокалиберные заклинания: от "божественных молний" и "осколков льда" до "каменного дождя" и "горячего неба". Одновременно страшно и красиво, завораживающе и смертельно. Визарды составляли боевое ядро альянса, успешно обнуляя хелфы мобов и вынося их пачками. У "берсерков" все было в точности до наоборот, основа из ближников, что в условиях зажатого со всех сторон ущелья шло нам на руку. Однако…
– Мы не успеваем, – Олег негромко сказал вслух то, о чем я подумал только что.
Да, мы представляли собой хорошо отработанную многочисленными рейдами боевую роту. Даже новички, многие из которых вписались случайно, не портили единый механизм, но у врага была орда. Там где наш танк подставлял щит под удар дрезга, дикарь‑драман бросался вперед. Да, он умирал, но на его место вставал другой. Трупы росли. Ничуть не брезгуя, "берсерки" шли дальше, продвигаясь вперед. Причем быстро. Гораздо быстрее, чем мы.
Дрезги прогибались под мощным напором, их грузные тела бессильно валились на землю, рассеченные мечами, разрубленные секирами, проткнутые стрелами. Обитателей каменного донышка посреди бескрайнего леса вырезали, как откормленный тучный скот. И выхода не было. Хотя…
Я постарался сосредоточиться, хотя вокруг все шумело и галдело, да и голова была не в лучшем состоянии. Но все же. Дрезги – создания Матери, отдаленно напоминающие медведей и окруженные со всех сторон лесом… Неужели? Хм, можно попробовать. На мне в любом случае куча баффов и защита от Хло. Надеюсь, она не пригодится.
– Что ты делаешь? – поздно спохватывается Навухудоносор, видя, как я пробираюсь между танками вперед.
Ничего не отвечаю, лишь спешно выхожу из рейда. Теперь я сам по себе.
– Худоумный, мать твою, куда поперся? – вторит ему с левого фланга Горилла.
Но уже поздно. Я улучаю момент, когда один из наших драманов‑танков первой линии отступает на шаг, под атакой пары центнеров ярости, и проскальзываю вперед. Позади альянс, а впереди дрезги. Даже не пытаюсь вытащить нож или снять лук. Слышу, как постепенно стихает позади сражение.
Один из наиболее здоровых полумедведей, видимо, первый после вожака, с любопытством нюхает меня. Фыркает и ревет так, что срочно хочется присесть за каким‑нибудь камушком с листком лопуха, но не трогает. Отодвигает носом в сторону, дескать, не мешайся, и бросается на своих обидчиков, закованных в броню. Дрезги присоединяются к своему командиру, и вот я уже посреди темного моря, волнующегося и накатывающего на стальной берег, которое не обращает никакого внимания на Друга Леса.
Меня трясло, как мокрый, сорвавшийся с дерева лист. Еще бы, я был один посреди бурного водоворота крепко пахнущих шкур. Да, они не обращали на меня внимания, хотя несколько раз сильно задели пробегающие на подмогу. Я нагнулся, опершись на дрожащие колени, и глубоко вздохнул. Фуф, все нормально, все хорошо. Все идет по плану, имя которому импровизация.
Я медленно побежал вперед, маневрируя среди полумедведей, лишь легонько касаясь пальцами их густой, свалявшейся и мокрой шерсти. Все оглушительнее становился вой Бурого, который несколько раз тревожно обернулся, точно следил за мной. Надеюсь, здоровяк, ты меня помнишь. Мы с тобой в одном сне встречались.
Добежал до того самого камня, вытянувшегося широким утесом, и принялся карабкаться наверх. Вражеские драманы рубили уже совсем недалеко, метрах в тридцати. Только они были внизу, да еще уперлись в самых грузных и высокоуровневых дрезгов, личную оборону вожака, которую тот сам и подпитывал аурой. Хватаюсь за ровную поверхность камня, со страхом глядя на Бурого.
Пальцы сами нашли знакомые канавки искусственного происхождения. Взобравшись, я стал жадно щупать взглядом выступ. Слава Аллаху и Ленивому Богу, все как я и предполагал. Широкий ровный круг с руническими узорами.
Вы открыли портал в Покои Отца. 
Только истинный герой сможет беспрепятственно войти в Покои Создателя и остаться в живых. (Количество игроков, способных перейти через портал – 1, время восстановления портала – 30 секунд). 
Отмахиваюсь от Диты. Почему‑то ее голос сегодня больше раздражает. Бурый несколько раз неодобрительно поворачивает свою морду, от чего у меня холодеет ориентировочно где‑то между коленями и животом. Блин, а ведь так и придется уходить в "прекрасное далеко", вражеские драманы на десятки метров ближе к цели, чем силы альянса. Спешно проверяю жреческие скилы Лока, высеченные в виде небольших татуировок на левой руке.
Хотя, скорее, обманываю сам себя, медленно тяну время. Все понимаю, но очень не хочется соваться в логово Создателя к трем поставленным охранникам, как там… Страж Огня, Страж Воды и Страж Сумрака.
Но находится отличный катализатор, который ускоряет принятие решения. От вражеской армии отделяется могучая фигура хумана, облаченного в черные одежды – плащ, капюшон, жилет, кожаные штаны на застежках. Если бы еще глаза были разного цвета, сказал бы, что Гаррет. Но нет, рога, причем какой‑то навороченный, с уникальными абилками, ежесекундно уходящий в стелс и возвращающийся уже за спинами дрезгов. Короткий взмах кривыми кинжалами, судя по зеленой дымке от ран, отравленных, и снова прыжок в невидимость. По всей вероятности, раньше не скакал, потому что умение рассчитано на небольшой промежуток времени. А вот теперь рога решил, что половины минуты ему явно хватит, чтобы добраться до выступа… и до врага.
Игрок поднимает голову и долю секунды смотрит на меня. Спина непроизвольно холодеет, а к горлу подкатывает ком. Жутко глядеть на свою точную копию: глаза, нос, щеки, губы. Смазливенький актер третьесортных дневных сериалов на федеральных каналах, предложенный по умолчанию, которого любой здравый человек отвергает, подгоняя внешность под свой стандарт красоты. Рога рвется вперед, даже не пытаясь убить мобов, движимый единственной целью – добраться до портала.
Отодвигаю дурное предчувствие, хотя волосы и так уже стоят дыбом, но все же всматриваюсь в игрока: имя, ранг… Пусто, ничего. Диафрагму сжимает от нервного возбуждения. Безымянный. Безымянный… Такой же, как и я, человек, лишившийся своего тела и обретший вторую жизнь здесь, в Верравии. Только он марионетка, действующая по указке властной руки сверху. Особь, от которой не стоит ждать ничего хорошего. Боевая единица, подготовленная и натасканная, чтоб нести смерть.
Активирую портал, и мир теряет краски.

Покои Отца 

Вы прибыли в Покои Отца, Верхний Уровень. 
Тьма такая, что хоть глаз выколи. Единственное, что хоть как‑то помогает, – разбросанные алые куски камня, от которых пышет жаром шагах в двадцати. На стенах едва заметные, почти потухшие знаки рун. Странно, я ожидал увидеть кого‑то из Стражей, даже опасался. А тут пусто.
Приближаюсь к единственному освещенному участку, и в душе зарождается нехорошее чувство. То, что я принял изначально за куски огненного камня, вблизи походило на застывшие останки мертвой плоти, по неведомой причине спекшиеся до твердого состояния. Пытаюсь рассмотреть.
Останки Багряного Рарога. 
Рарог – это не из славянской ли мифологии? Вроде птица, наподобие Феникса. Только эта точно не воскреснет. Итак, хорошая новость, Огненного Стража не будет, он надел белые тапочки и сейчас тесно общается с Отцом. Плохая – "берсерки" в состоянии убивать окспаху, в смысле охрану, оставленную Создателем.
Размышляю, а секундомер внутри меня неумолимо отсчитывает необходимое время до восстановления портала. Торопиться надо, еще как торопиться. Сейчас явится мой двойник и порубит на капусту. Осторожно перешагиваю через останки Рарога, ух, до сих пор горячо. Покойся с миром, и все дела. Иду дальше, становится все темнее и темнее, постоянно приходится двигаться на ощупь. Звук хлопка портала смешивается с голосом Диты.
Вы открыли портал в Покои Отца, Средний Уровень. 
Появившийся рога подобно черту из табакерки делает огромный прыжок навстречу мне. Тьма его не смущает, скорее, является добрым и старым другом. Останки Стража не вызывают никаких эмоций. Он знает, что Рарог мертв, знает, где нахожусь я, знает, куда ведет следующий портал. Не дожидаюсь, пока двойник приземлится.
Вы прибыли в Покои Отца, Средний Уровень. 
От сильного света начинают слезиться глаза, замшевые сапоги почему‑то намокают, веет свежестью и прохладой, а внутри внезапно проснувшийся инстинкт самосохранения взволнованно шепчет оставшееся время до активации портала: двадцать девять, двадцать восемь…
Тру глаза и пытаюсь оглядеться. Я в огромной круглой зале со сводчатым потолком. Да уж, это не наши хрущевки, высота тут метров восемь, можно в волейбол играть. Куча закрытых дверей лишний раз говорит, что верховный папаша любил жить в роскоши. Стены и пол залиты водой, только… Не обычной жидкостью, которую можно пить, а живой прозрачной субстанцией, лениво расходящейся от центра и, наперекор всем законам физики, уходящей наверх. Она, кстати, и подсвечивается крохотными крупинками. Вот только таких частичек тысячи и, даже если каждая не больше одной десятой ватта, для меня это очень ярко.
На уровне человеческого роста, придерживаемый и одновременно являющийся частью воды, недобро смотрит на меня Страж. Верхняя часть торса обнажена, гипертрофированные мускулы напряжены. Я вгляделся – Королевский Тритон. Да уж, что называется, на горе стоит статуя, у статуи нету… Кстати, ног у него и вправду не было. Нижняя часть тела сужалась наподобие русалочьего хвоста и тонкой струей, на которой и стоял Страж, уходила вниз. Минуту. Получается, все вокруг, даже вода, в которой я стою, – это и есть Тритон?
Водный мужик меж тем внимательно смотрел на меня. Я, не будь дураком, уже выставил левую руку вперед, посматривая в божественные абилки. Что будет, если вдруг что‑то не сработает или пойдет не так, думать не хотелось. Ладно, попробуем.
Я шагнул вперед и сразу же разбудил разъяренных хомячков, точнее морских свинок, в душе мускулистого русала. "Двадцать один, двадцать!" – гундосит проклятый внутренний метроном. Но тут вдобавок прямо передо мной поднимается проклятый девятый вал, как на картине русского мариниста, я успеваю нажать третью татуировку, самую редкую и наиболее долгую по восстановлению в виде расходящегося во все стороны неровного кокона. Руку пронзает чудовищная боль, что‑то Лок ничего не упоминал о неприятных физических ощущениях, а чернила на рисунке точно выжигаются. Зато эффект достигнут.
Вы применили умение "Аура лентяя". Апатичность окутывает всех ваших врагов в радиусе тридцати шагов, заставляя бездействовать. Время действия – 1 минута. 
Лицо Стража приняло тревожное выражение. Видимо, чувство ответственности в нем было сильнее лени, но извини, то божественная воля. Указали тебе место, надо принять как должное и плестись туда, повиливая водяным хвостиком, селедка недоделанная.
Пятнадцать, четырнадцать…
Я заторопился в центр помещения, высоко поднимая ноги. Разлил тут воды, честным людям не пройти, не проплыть. Хотя бы байдарки выдавал. Тритон смотрел на меня уже с откровенной злобой. Извини, дружище, умирать я очень не хочу, планов еще вагон и маленький бронепоезд. Сквозь толщу воды наконец вижу знакомые очертания каменной чаши с выгравированными рунами.
Вы открыли портал в Покои Отца, Нижний Уровень. 
До восстановления верхнего портала еще пара секунд, но я с неприсущей мне театральностью ожидаю своего преследователя. Он появляется точь‑в‑точь по моему внутреннему секундомеру. Кривит идеальное лицо – ого, вот как я в такие моменты выгляжу, – смотрит сначала на меня, потом на Стража, снова на меня. Еле удерживаюсь, чтобы не сказать ничего хлесткого. Я не герой голливудского боевика, да и скромнее надо быть, скромнее. Мысль, что сейчас тритоша размажет двойника душем Шарко, греет больше всяких слов. Мягко улыбаюсь роге и ухожу.
Вы прибыли в Покои Отца, Нижний Уровень. 
Внезапно повеяло сыростью, но не той влажностью, которая царила в уровне тритона, а затхлой, древней, смрадной. Картинка глаз вовсе не радовала. Сначала даже подумал, что попал в один из уровней самого первого "Диабло": стены из крупного камня с потемневшими от времени дубовыми дверьми, еле‑еле горевшие факелы, то и дело трещавшие и грозившиеся в любой момент погаснуть, ослизлый грязный пол, покрытый нечистотами. Но самое важное витало в воздухе (помимо общего смрада), придавливало против воли, словно находился в одном из плохих мест. Бывает идешь шумной компанией и вдруг, в какой‑то момент непонятно почему начинаешь говорить тише, боязливо оглядываясь по сторонам.
Эх, так и не научился у Хло заклинаниям на свет, пустил бы сейчас пару ярких шариков, осмотрелся. А так оставалось надеяться лишь на свою еще работающую ауру. Впрочем, одна минута не такой долгий срок, надо торопиться.
Как мне надоели эти коридоры: идешь, идешь, идешь. Не успел вдоволь посокрушаться, как стены разошлись в стороны, обнажая в клубящейся тьме огромную залу. Тут уже факелы не помогали – они захлебывались и плевались от накатываемой мглы, но сделать с ней ровным счетом ничего не могли. Здесь было царство теней, королевство темноты, империя ночных кошмаров. Лишь одной вещи здесь хватало сил противиться воле тьмы – артефакту, несущему отпечаток руки Создателя. Ключ ярким светочем отозвался на мой жадный взгляд, словно почувствовал меня. Я сделал несколько шагов вперед, как сверху загрохотали цепи.
Последний Страж был поистине силен и ужасен. Так ужасен, что Отец заковал его, приладив звенья к крепкому ошейнику. Чудовище плавно взмахивало перепончатыми крыльями и слетало вниз, глядя уверенными и спокойными глазами хищника на свою жертву, понимая, что я не успею добежать до артефакта. Я рванул обратно, спотыкаясь, падая, но выходя из той зоны, в которой последний Страж мог достать меня. Лишь отойдя на безопасное расстояние и с сожалением понимая, что "Аура лентяя" иссякла, стал внимательно разглядывать последнее препятствие на пути к артефакту.
Чем больше рассматриваю Стража в предательском свете факелов, тем больше недоумеваю и смущаюсь. Красноголовый лев с густой гривой и широкой грудью по‑кошачьи вытягивается, разгоняя кровь после долгого сна. Позвонки хрустят, по коже прокатывается темная синева, внезапно он исчезает, оставляя лишь висящую в воздухе цепь, и тут же появляется снова. Да что ты такое?
Сумеречная Мантикора, констатирует пристальный взгляд. Только теперь замечаю большой гипнотически покачивающийся хвост с хищным жалом. Держу пари, удар у кошки стремительнее, чем у скорпиона.
Звук хлопка портала заставляет встрепенуться. Не может быть. Он… он прошел тритона? В одиночку? Судорожно жму на второе тату – мужскую голову с открытым ртом, и из недр легких против воли вырывается истеричный ор.
– Аааааааа!!
Ну если ты не знал, куда идти, то можешь ориентироваться по голосу.
Вы применили умение "Крик лоботряса". От вашего визга внутри врагов просыпается Великий Лентяй. Воины наносят лишь один удар, лучники не тянутся за второй стрелой, маги не используют сложные боевые заклинания. Время действия 2 минуты. 
Сначала я вижу оставляющий после себя зеленый магический след клинок, и только потом уже осознаю все случившееся. Удар сбивает почти все защитные бафы, наложенные "миротворцами", лопается защита Хло, и я буквально чувствую, как загибается сейчас от боли снаружи мой преданный фейра, в грудь, чуть повыше сердца и по самую рукоять, входит кривой роговский клинок, и мир останавливается.
Сумрак сливается со слабым светом клинка, тьма вокруг весело пляшет с тусклыми затухающими факелами, тяжелое дыхание мантикоры затихает. Тишь да благодать. Тишь да благодать. Тишь… Меня резким рывком выбрасывает назад.
– Тьфу ты, пару десятков урона не хватило.
Голос у двойника противный, чуть похожий на мой собственный, но крикливее, со срывающимися нотками. Может, так я и говорю. Хотя тут есть что‑то еще. Тяжело мотаю головой и понимаю, что голосит еще Дита.
Внимание. Вы отравлены лунным клинком, пропитанным кровью болотных гадюк. Каждую минуту уровень здоровья будет снижаться на пятьдесят единиц. 
Внимание. Вы серьезно покалечены, следующие 12 часов левая рука атрофирована. 
Внимание. Вам нанесен… 
Отмахиваюсь от Диты и тянусь непослушными пальцами правой руки к красному фиалу на поясе. Ох, Навуходоносор, если выберусь, памятник тебе поставлю, что наплевал на мою глупость и почти насильно вручил через торговца НПС несколько фиалов жизни. Плюс двести каждый. Пораскинем мозгами, их у меня четыре, значит, всего восемь минут при текущем отравлении я продержусь. Зубами вытаскиваю мягкую пробку и отплевываю в сторону. Зелье слишком терпкое, солоноватое и густое, но с каждым новым глотком чувствую, как возвращаются силы. Хрупкое стекло пустого флакона стукается о пол, но не разбивается, а я с трудом поднимаюсь на ноги.
Рога смотрит зло, но не сходит с места. Странное ощущение, будто смотришь в зеркало, только кривое. Лицо мое, но одновременно чужое, обезображенное желчью и жестокостью. Я смотрю на презрительно сжатые губы и насмешливые глаза, представляю, как со временем появляются глубокие морщины, уже навсегда запечатанные на лице. Двойник станет очень мерзким стариком, если… состарится.
– Кто ты? – вопрос волновавший и одновременно пугающий меня.
Рога громко хохочет, театрально схватившись за живот. Приходится терпеливо ждать, хотя время работает против меня. Но именно сейчас нельзя показать спешку, у него должно сложиться впечатление моей убежденности в собственных силах. Хоть кто‑то в них должен быть уверен.
– Что тебе даст мое имя, Кирилл? – отсмеявшись, он вновь пристально смотрит на меня.
Знает мое настоящее имя. Хотя о чем‑то подобном я и подозревал. Стараюсь не показывать свое удивление.
– Мама не разрешала с незнакомыми дядями разговаривать.
– Скиф, меня так зовут чаще, чем по имени, – ухмыляется он. – Только уж ручкаться не будем. Я не из тех, кто раздает имя свиньям, а потом не может зарезать для обеда.
– Постараюсь не хрюкать. Ты от профессора?
Рога снова хохочет, даже вытирает слезу. Если выберусь отсюда… то есть, когда выберусь отсюда, надо будет организовать в Локтре стенд‑ап площадку, раз у меня такие поразительные способности веселить людей.
– Скоро ты увидишься с профессором, обещаю тебе. Ты же веришь в жизнь после смерти?
– Вы убили его?
– А зачем он нам нужен? Он сделал лазер, адаптировал его для наших нужд. Мы и так слишком долго терпели его выходки, – в словах Скифа слышалась откровенная злоба, видимо, натерпелся он с Франкенштейном. – В нашей лаборатории, видите ли, он работать не может, вдохновения нет, надо в родном институте. Первого подопытного опять же сам выбрал, самовольно, наплевав на все планы и договоренности. Прикажешь ждать, пока он в очередной раз что‑нибудь выкинет?
Плечо пронзило резкой болью, рана зашипела точно сода, упавшая в уксус, по руке побежал тонкий ручеек крови, а меня чуть не стошнило. Минутное отравление, помню, помню. Просто думал, что будет не так жестко.
– Что, кому‑то херовато? – с деланным участием поинтересовался Скиф.
– Это какое‑то японское имя? – я немного отдышался – стало, вроде, легче, – и даже улыбнулся.
– А ты ничего, неплохо держишься. Для без пяти минут покойника. Ты уж извини, против тебя ничего не имею. Даже забавно, что ты до сих пор ласты не склеил…
– Но тебе нужно меня убить…
– Кому ты на хрен нужен, – хмыкнул Скиф. – Ключ, всем нужен только Ключ. А то, что ты путаешься под ногами, лишь злит серьезных людей. Ну да, твоя смерть скорее облегчит общую задачу. Сам виноват, сидел бы тише воды ниже травы, ничего бы не случилось.
– Если бы меня сюда не засунули, то ничего бы не случилось!
– Это уже не в моей компетенции, – развел руками двойник. – Что сделано, то сделано. Мне это неинтересно. Сказали добыть Ключ, если хочу вернуться, я и…
Скиф осекся, поняв, что сболтнул лишнее, а я уцепился за фразу, как за спасительную соломинку. Значит, путь обратно существует, он есть.
– Ладно, поболтали, и хватит, – сжимает рога рукоять кинжала поудобнее. – У тебя же "Крик лоботряса" всего две минуты, так? Чего вылупился, думаешь, я не знаю жреческие скилы Лока?
– Значит, для тебя не будет сюрпризом это…
Нажимаю последнюю оставшуюся абилку и мгновенно хватаю Скифа за руку. По его удивленным глазам вижу, что он все понимает, даже пытается увернуться, но все тщетно.
Вы применили умение "Прикосновение ротозея". Вам стоит лишь тронуть человека, и ему станет лень что‑либо делать. Время действия – 5 минут. 
Открываю пробку второго фиала большим пальцем и отхлебываю. Ох, как хорошо‑то. Если сюда добавить сахара, чтобы перебить вкус соли, то вообще получится сироп от кашля… ну еще от порезов, переломов и оторванных конечностей. Не о том я думаю. Достаю недавно купленный нож. Пора побеседовать по душам.
– Ты же мне ответишь на пару вопросов, Скиф?
– Или что? – выдержки роге не занимать. – Я читал твое досье, анализировал психотип, ты не такой. Не надо пугать ежа голой…
Он внезапно замолкает, потому что сакс оставляет свежий порез с набухшим алым пятном каплей крови.
– Все так, только не надо путать доброту и слабость. Ты знаешь, как вернуться домой. А я именно тот человек, который очень… очень хочет вернуться. Понимаешь?
Скиф кивнул. Мне показалось, или в его глазах действительно мелькнул страх? Неважно, его душевные терзания сейчас интересуют меньше всего.
– Ключ… – голос двойника сорвался. – Все дело в нем. Мне сказали, что, как только я завладею Ключом, тогда меня вернут домой. Вернее не так, появится техническая возможность вернуть меня домой. Сначала мне надо будет сделать кое‑что, а уже потом…
– Кое‑что – это освободить Богов?
– Да, да, – рога послушно закивал, как статуэтка собаки в старых машинах. – Главная цель – расшатать баланс игры, чтобы вернуть полное управление.
– Хорошо, как будет происходить возврат сознания?
– Я не знаю, честно. Я же не просто так тут оказался. Они готовят различных людей для внедрения в игру, просчитывая все варианты развития персонажа. Всех нас объединяет лишь одно – нами можно манипулировать.
– Они это кто?
– Хозяева. Я зову их так. Верхушка корпорации "Верравия". Им нельзя сопротивляться. Они невероятно сильны и владеют самым мощным оружием, помимо денег.
– Каким?
– Информацией. Они создавали "Верравию", пока она не начала видоизменять себя, но игра по‑прежнему таит в себе множество секретов, которые знают лишь они. Думаешь, как я так раскачался за несколько дней?
– Плюшки, какие‑нибудь секретные локации и данжеоны, плюс помощь НПС‑отступников.
– Учитывай, что я знал, когда нападать, знал, где и что покупать, знал, как лучше вкачать свободные очки. После смерти Кира они следили за каждым моим шагом.
– Кого?
– Того, кто был до меня. Видел остатки первого Стража? Убили при прошлом рейде. Только Кир был слишком самонадеян, отступил от прямых приказов и полез в одиночку на тритона. Героем себя почувствовал.
– И его убили, – подытожил я.
– Да. Пришлось готовить нового человека. Меня. Хозяева, знаешь ли, не очень хотели, чтобы Ключом завладел какой‑нибудь игрок или еще чего доброго неконтролируемый НПС.
Он замолчал, глядя, как я откупориваю еще один флакон. Предпоследний, между прочим. Пока тело восстанавливается под действием волшебного зелья, начинаю прикидывать, как жить дальше, точнее даже не так, как жить прямо сейчас. К Ключу мне не пройти, назад можно, но какова вероятность, что "берсерки" с вольными драманами уже не прорубились к порталу? Никакой.
Скиф точно подслушивает мои мысли, на его лице появляется блудливая улыбка, которую он тут же старательно прячет, желая выглядеть добрым самаритянином.
– Парень… Кирилл, послушай. Я знаю, как мы поступим. Сейчас кончится время действия "Прикосновения ротозея", ты отойдешь в сторону, а я разберусь с мантикорой. Ок? У меня есть пара своих фишек против нее. Тебя не тронут, я обещаю.
Его слова звучат, как сладкий мед, но глаза бегают. Скифу не хватает актерского мастерства и дара убеждения, не вкаченного – думаю, с этим проблем нет, – а настоящего, реального. Для того чтобы описать общую картину, не надо быть ясновидцем – порешит меня рога, вопрос времени. Я для него пятое колесо, ненужный, мешающийся под ногами сопляк. Прижимаю нож к самому горлу Скифа. Забавно действует жреческое умение: противник не окаменел или оказался парализованным, но все рефлексы и нервные импульсы будто вышли покурить. Двойник морщится, едва заметно отклоняется, однако остается примерно в том же положении.
– Кирилл, ты же не убийца. Я читал твое досье. Ты не такой. Пойми, обратного пути не будет.
– По себе знаешь? – недобро сощурился я.
Хотя он прав, ох как прав. Тяжело пересиливать себя, смотреть в глаза человеку и хладнокровно резать горло, зная, что он умрет. По‑настоящему умрет. Не воскреснет через двадцать секунд голый в том же месте, ругаясь за потерю опыта, а упадет под ноги остывающим куском окровавленного мяса. Чего‑то нет в моем характере, наверное, хладнокровия и невосприимчивости к чужим страданиям. Это родители постарались, спасибо им, думали, что вырастят хорошего человека. Больше того, у них даже, наверное, получилось, только жить от этого проще не стало.
Убираю оружие и стараюсь не смотреть в глаза Скифу. Он победил, обездвиженный, безоружный. Но победил.
– Вот и славно. Молодец. Ты сделал все правильно. Другого выбора нет…
– Выборрр есть!
От неожиданного рыка содрогнулись своды Нижнего Уровня, посыпалась мелкая каменная крошка, качнулись, а кое‑где и погасли, факелы. Загремели массивные цепи, застонало волшебное железо, заскрипела разрываемая у ошейника плоть льва. Слишком сильно Страж подался вперед.
– Я могу прррредложить сделку, – на сей раз голос был намного тише, но все равно отдавался колокольным звоном в голове. – Я прррропущу тебя к Ключу, но для этого ты выполнишь одно мое условие.
Получено скрытое задание "Последняя воля мантикоры" 
Во рту пересохло, а волосы встали дыбом. Сделка с дьяволом? Что ж, самое время. Даже не представляю, за какую услугу Сумеречный Страж может отдать один из самых могущественных артефактов, который его оставили охранять. Что он может попросить? Душу или что‑нибудь похлеще? К сожалению, все идет к тому, что торговаться теперь некогда. Выпиваю последнее зелье и, подождав пару секунд, пока прокатится волна эйфории, облизываю пересохшие губы и киваю в темноту.
– Я согласен.
Таращит глаза на наш внезапно образовавшийся тандем офигевший Скиф. Видимо, в его вселенной информации о подобном не было и не могло быть. Ну ты расслабься, кушай новую реальность игры полными ложками. Стараюсь храбриться, хотя тело мелко трясет.
– Подойди ко мне, таок.
На ватных ногах приближаюсь к переливающемуся темными цветами льву. От гривы пахнет свернувшейся давно‑давно, несколько веков назад, кровью, теплая громадная морда приближается к самому лицу, нос с шумом вдыхает воздух, после чего мантикора удовлетворенно продолжает.
– Ты можешь мне подойти. Много столетий назад, когда я была еще совсем молодой (ой‑вэй, так это она?) меррррзкий старррррик заточил меня сюда. Он надел ошейник и прррриказал сторррррожить этот ключ. Но теперрррь мои дни сочтены, я чувствую приближение таоков, что вонзят свои мечи в мое тело. Поэтому я… прррррошу тебя.
От неожиданного продолжения я вздрогнул. Просит? Эта машина для переработки людей в кровяную колбасу ПРОСИТ!
– Спаси мою искрррру, мое дитя. Она жила во мне долгие годы. Я оберрррегала ее. Но мое врррремя уходит, а ее еще не настало. Ты нужен ей, таок. Спаси ее.
– Хорошо, я попробую… То есть сделаю.
– Рррразррррежь мне гррррудь, таок… Ррррежь, врррремени мало, а ты слабеешь. Ррррежь!
Не знаю уж, чего до меня своими доблестными ножами выделывал Куорк, но разрезать плоть мантикоры, тем более сумрачной, ему точно не доводилось. Клинок на удивление легко вошел в грудь, а продвигать его ниже, по самому мясу, оказалось не очень приятно. Но чего не сделаешь, лишь бы выжить.
– Засунь в меня рррруку.
Страх оказаться без второй руки был слабее, чем ужас смотрящих на меня хищных глаз, пришлось отвернуть голову в сторону, чтобы не видеть, как под чавкающей плотью моя конечность утопает в ране.
– Искрррра глубже.
Меня уже прилично мутит от склизких внутренностей, но послушно продвигаю руку вперед, пока не натыкаюсь на нечто твердое и теплое.
– Тащи!
А вот уже за это просить не надо. Окровавленная рука вырывается наружу, и подземелье освещается ярким многоцветием искры. Я заворожено гляжу на переливающуюся сферу и не нахожу слов. Это чудо, действительно чудо.
– Теперрррь торррропись, таок. Врррремя на исходе.
Бережно убираю сферу в мешок, вокруг сразу становится темно и тоскливо, словно у меня самого из груди вытащили сердце. Но мантикора права, времени совсем не остается. Еще минута, и яд слизнет остатки хитпоинтов. Подхожу к постаменту, который озаряется теплым мягким светом. Чувствую присутствие высшей божественной сущности, хотя Отец был тут давно… очень давно.
Протягиваю руку, и пальцы невольно вздрагивают над артефактом. Обычный простой ключ, похож на золотой, только без приевшегося алчного блеска. Матовый, потертый, на мелкой медной цепи. Урони такой среди его собратьев, и не найдешь. Крепкой хваткой сжимаю универсальную отмычку от всех дверей.
Выполнено задание ""Ключ Отца". 
Получено звание "Посланник Отца". + 500 к Здоровью, Бодрости или Мане (необходимо выбрать). 
Получено звание "Герой". Вы первый, кто выполнил задание, способное повлиять на ход истории Верравии. Теперь слава о вас гремит по всему Тойрину, каждый житель слышал о подвиге Крила. Получено право на правление. Текущий уровень 1. 
Получено уникальное умение "Слово Отца". 
Открыто пять ячеек для умения "Слово Отца". 
Улучшены отношения со всеми последователями Отца на два пункта. 
Открыт портал в Мертвые Земли. 
Куда? Я краем глаза смотрел, как отодвигается постамент и под ним оказывается портал. Не та идиотская круглая чаша, а нормальный, визардовский портал, а‑ля "путешествия в параллельные миры". Но мысли заняты другим. Эх, пятьсот единиц халявной маны, сказать кому, прибили бы от зависти. Да делать нечего, конъюнктура сегодняшнего дня достаточно сурова. +500 к Здоровью, вынь да положь. Чувствую, как жизненная сила мощным током прокатывается по венам, как учащенно начинает работать сердце, как сжимаются от наплыва лишней дури легкие. Заворожено смотрю на портал, все еще сжимая ключ в руке.
– Таок! Я не в прррраве прррросить… – голос мантикоры выводит меня из раздумий. – Но я прррроживу еще несколько минут. Я могу быть полезна.
Мы понимаем с ней друг друга без слов. До Скифа тоже постепенно доходит смысл происходящего. Он сжимает от злости зубы, но абилка жреца Лока сильнее его воли. Я даже немного уважаю его за сдержанность – не плачет, не молит о пощаде. Лишь скрипит зубами и с ненавистью следит за каждым моим движением.
Ключ немного утолщается и вытягивается, как только я подношу его к ошейнику. Артефакт теперь подобен голодной собаке, почуявшей запах раненой дичи. Скрип поворачиваемого ключа, звон упавших на камни цепей и шум бьющих затхлый воздух крыльев. Мантикора ревет, освободившаяся впервые за долгие столетия и одновременно чувствующая скорую гибель. Кровь хлещет из развороченного мною нутра, жизнь утекает из тела мифического стража, но ее сил достаточно, чтобы пролететь несколько метров.
Толстый хитиновый хвост проворно выпрямляется, превращаясь в брошенное копье, жало устремляется в грудь застывшего от ужаса и беспомощности двойника. Хрясь! Чавкающий звук разрываемой плоти и сломанного позвоночника. Меня пробирает до костей. Я видел, как гибнут мои товарищи, кричат душераздирающими воплями, но это лишь иллюзия. Намного страшнее молчание. Когда обреченный на смерть смотрит на тебя, испускает дух и молчит.
Хрясь! Хвост возвращается обратно, грязный, обвешанный утробной скорбью Скифа, пока тот теплым кулем валится на пол. Где‑то рядом и одновременно далеко слышится хлопок перехода через портал, звук стучащих кованных сапогов и крик мантикоры.
– Уходи, таок, уходи! И сберррреги искрррру!
Страж срывается с места и уносится вперед, к наступающему врагу и надвигающейся смерти. А я стою, не в силах отвести взгляда от мертвого Скифа. В голове рождаются десятки логичных аргументов – не дал бы он мне жизни, точно не дал. Я видел его глаза, в таких отпечатываются все жертвы душегуба. Только забыть теперь умирающего двойника вряд ли получится, он навсегда останется отметиной на моей совести.
Наконец делаю шаг назад, оступаюсь и лечу вниз. Портал схватывает меня, как лягушка зазевавшуюся мошку, и схлопывается, закрывая от возможных преследователей. Против ожидания полет оказывается недолгим. Уже в следующую минуту меня выбрасывает на холодные камни, и я прикладываюсь головой о крепкий булыжник. Последнее, что доносится до сознания, умиротворенный голос Диты.

Вы прибыли в Бампас, столицу гно, локация Мертвые Земли. 

Конец первой книги